(Роксолана в теле Алины)
Утро настало неожиданно с противным писком, доносившимся из кармана куртки, что была на ней вчера. Роман не реагировал, бодро посапывая, а, значит, угрозы для них в том не было. Пришлось выбираться из его объятий, чтобы найти этот источник дурных звуков и по возможности избавиться от него.
Покидая парня, Роксолана с некоторым разочарованием, граничащим со странным чувством уважения, взглянула на него. Да-да, вчера между ними ничего не было, и спали они в одежде. Надо же, какое благородство! Ведьма вздохнула с сожалением, потому что привыкла, что раньше мужчины так к ней не относились. Каждый только и норовил забраться к ней под юбку, правда, и она тоже не слишком была против… некоторых экземпляров. Именно они жили чуточку дольше, пока не надоедали ей в качестве очередной игрушки. Другие же моментально превращались в жабу или горсть пепла в зависимости от настроения.
Но сейчас…
Поймав своё отражение в зеркале, Роксолана поняла, что она, конечно, миловидна, но уже не так эффектна, как ранее, в её истинном теле. Но Роман всё равно продолжал ухаживать именно за этой девушкой, хотя, как она уже знала, в прошлом, у них не очень-то и ладилось с этой… Алиной. «Ну и дура» — подумала она, роясь в кожаной куртке, которая теперь принадлежал ей на всех основаниях.
Небольшой плоский предмет прямоугольной формы трезвонил как не в себя, и по циферкам, что были на нём нарисованы, Роксолана поняла, что это… будильник. Да-да! Только немного другой, совершенно не похожий на эту вещь в её мире. Благо, она понимала надписи, что буквально светились на нём. И просто коснувшись одной из них, она угомонила шумную вещь, решив поваляться ещё подольше.
Вернувшись к Роману под бочок, она не удержалась, и коснулась его щеки губами. Мужчина заворочался во сне, а после резко распахнул глаза, пытаясь вспомнить, где он и что здесь делает.
— Чёрт! — подскочил он на месте, словно чего-то испугался.
— Зачем он тебе? — буднично поинтересовалась Роксолана. — Одной ведьмы недостаточно?
Кажется, тот шутки не оценил. Бросившись к собственной «коробочке», что в отличие от её собственной молчала, Роман принялся метаться по квартире, забегая то в туалет, где находился волшебный белый камень, что, громко урча, был способен в считанные мгновения избавить от необходимости убирать за собой испражнения, то в ванную, с которой у Роксоланы теперь были свои счёты. То на кухню, где он плеснул себе в стакан кипятка, залив им какой-то ароматно пахнущий порошок коричного цвета, после чего, выпив полученный напиток залпом, он почти бегом кинулся к двери.
— Куда ты⁈ — не выдержала девушка, уставившись на него полными страха глазами. После вчерашнего происшествия теперь она ужасно боялась сделать что-нибудь не так, и если Романа не будет рядом…
Он вернулся, чтобы поцеловать её в губы. Благо, хоть на это времени ему осталось, да он и не слишком торопился завершить это занятие.
— На работу. Я сегодня в первую смену, и уже опаздываю… — но видя, что девушка опять на взводе, ласково ей улыбнулся и добавил. — Я позвоню… Закрой за мной дверь.
Позвоню… Парень ушёл, а Роксолана уставилась на тот самый будильник, что весьма докучал ей утром. В голове зашевелилась какая-то мысль, что тот звон, про который ей уже не в первый раз говорит Роман, как-то связан с этим странноватым предметом. Значит, стоило держать его поближе к себе.
Хм, может быть, этот мир был всё-таки не так безнадёжен, и кое-какая магия в нём тоже имелась? Конечно, Роксолана задумывалась об этом не впервые, но пока чаще её подкарауливало разочарование нежели великие открытия.
Но да ладно. Есть хотелось жутко, а потому ведьма отправилась на кухню, чтобы по примеру Романа сделать себе для начала тот же напиток. Она подсмотрела за парнем, как и что он делал, и в точности повторила каждое его действие. Нагрев воду в электрическом чайнике (подумать только, до чего здесь дошёл прогресс!), Роксолана насыпала в кружку две ложки коричневого порошка и залила их кипятком, после чего долго и усердно размешивала маленькой ложечкой. Аромат и впрямь был божественным, но едва этот напиток оказался во рту, как девушка едва сдержалась, чтобы не выплюнуть его на пол!
Кофе! Он так походил на кофе, вот только… чего-то ему явно не хватало! Порывшись в баночках в шкафу и на столе, Роксолана, наконец, обнаружила недостающий ингредиент. Белый и мелкий, но такой приятный на вкус, что сомнений не осталось: это был сахарный песок. И, добавив его в свой горький кофе, Роксолана, наконец, смогла насладиться отменным вкусом
Правда, голод это притупило, но не утолило. И порывшись ещё немного в холодильнике, как услужливо подсказала ей память, назвав так высокий железный шкаф с двумя отделениями — одним прохладным, другим просто ледяным, Роксолана принялась изучать его содержимое с видом настоящего алхимика, разбирающего реагенты для зелья.
На полках её ждало странное собрание съедобных и не очень артефактов. В плотной упаковке тускло поблёскивало что-то розовое и влажное. «Варёная свинина? — с надеждой подумала она, приоткрыв крышку. — Нет, какая-то „колбаса“». Пахло она подозрительно странновато, и девушка, решив не рисковать, запихнула её обратно. Рядом лежали несколько яиц — вот это уже было знакомо и приятно.
— Быть яичнице! — зловеще воскликнула она
Осталось только развести огонь и не спалить здесь всё к чертям. Но это было уже гораздо, гораздо сложнее…