Хэллоуин не по плану, или Миллион золотых за голову ведьмы 2

Глава 7

(Алина в теле Роксоланы)

— Дорогая, — рогатый красавчик застал меня врасплох, пока я шарилась по комнате, правда, если он и обратил на то внимание, то вида не подал. Да и вообще, он уже вёл себя так, как будто мы были женаты десять лет и всё было в порядке вещей. — Мне нужно отлучиться по делам…

Похоже о том, что совсем недавно я на его глазах целовалась с другим, да ещё и охотником на нечисть, он успел позабыть. Или просто не видел в Маркусе настоящего соперника, и достаточно доверял мне. Ну и ладно, не стоило ему о том напоминать раньше времени.

— И, чтобы ты не скучала, с тобой побудет Джеймс… — добавил «любимый».

Всё же, значит, я поторопилась с вы водами, и верил он мне недостаточно…

— О, прошу, не надо утруждать дворецкого такими мелочами! — я попыталась улыбнуться искренне, но моё красивое лицо при упоминании этого зомби явно перекосило на оскал. — Пусть Джеймс занимается своими делами, а я тем временем попытаюсь найти свои…

Барон рассмеялся, обнажив белые, идеально ровные зубы, с чуть выступающими клыками, придававшими злодею определённого шарма.

— Дорогая Роксолана! — произнёс он высокопарно и весьма напыщенно. — Джеймс будет рад составить тебе компанию и выполнить все твои маленькие прихоти! Так что прошу, не думай, что ты будешь ему в тяжесть! Уверяю тебя, что это совсем не так!

Всё же он не доверял мне, вот досада! Но не думала же я, что так просто отвяжусь от этого парнокопытного с вековым опытом интриг и наверняка обладающего таким потенциалом магии, что мне и не снилось? Кстати, нужно будет как-нибудь мягко выяснить всё об этом рогатом женишке. Если Роксолана и впрямь хотела призвать его, так это не для того, чтобы все жили долго и счастливо. И я сейчас не про них с Верховной ведьмой, тело которой я так бесцеремонно занимала в данный момент.

Что мне оставалось делать на столь настойчивое внимание своего «будущего мужа»? Мило улыбнуться и согласиться, при этом мысленно содрогнувшись от одной мысли, что останусь с зомби наедине.

Виктор между тем легко и ненавязчиво подхватил мою ладонь, чтобы запечатлеть на её тыльной стороне едва заметный поцелуй и ещё раз широко улыбнуться.

— Не скучай, дорогая! Я скоро вернусь!

И скрылся из виду так же быстро, как и появился.

Я походила взад и вперёд, не зная, чем мне заняться. Оставаться в доме не хотелось, комната хоть и была шикарной, но какой-то чужой, словно прежняя хозяйка всё ещё следила за мной через тысячи мелочей, что присутствовали здесь и сейчас, ревниво охраняя личное пространство этой женщины. Мне захотелось уйти, но едва я переступила порог комнаты, как нос к носу столкнулась с Джеймсом — живым мертвецом, что пугал меня до чёртиков своим отсутствующим взглядом и общем мертвецким видом, который не мог спрятать ни один изощрённый приём, употреблённый бароном Виктор фон Гютен-Штрассер.

Он уставился на меня, как собака на кость, и я не знала, просто не знала, что мне с ним делать!

— Джеймс… — медленно протянула я, меж тем бочком подбираясь к лестнице, которая маячил прямо за его спиной. — Я пойду погуляю немного, осмотрюсь возле дома, ты же не против?..

— Не против, — протянул он глухим, загробным голосом. — Как пожелаете, госпожа…

В какой-то момент я оказалась к нему очень близко, так близко, что почувствовала определённый запах, исходивший от мёртвого тела. Смесь страха и отвращения настигла меня в тот же миг, и я, стараясь даже мельком не касаться этого мертвяка, проскочила мимо, со всех ног бросившись на улицу. Казалось, этот запах теперь будет преследовать меня до конца моих дней, и я пыталась надышаться свежим осенним воздухом, но… Но я забыла, что шикарный особнячок рогатого располагался на кладбище. А, значит, я была обречена.

«И всё же кладбище — это не живой мертвец в доме» — попыталась приободрить себя я, намереваясь насладится тишиной и одиночеством этого места.

На самом деле я смертельно устала и была голодна, но одна мысль, чтобы вернуться в дом, где сейчас на правах управляющего расхаживало зомби, отбивало желание и к голоду, и к отдыху.

Я бродила между древними могилами, стараясь не вчитываться в эпитафии и размышляла о своём плачевном положении. Жених — козёл во всех смыслах, свидетелем на свадьбе, если Маркус не подсуетится и чего-нибудь не придумает, скорее всего, будет зомби, а банкетный торт, я была уверена, будет иметь вкус праха и тлена. Прелестно. Просто великолепно!

Мой желудок предательски заурчал, напоминая, что живым есть хочется даже на краю света, и кладбищенская мрачность тому не помеха. Я остановилась у одного особенно внушительного склепа, прислонившись лбом к прохладному камню.

— Милостивый государь, — на полном серьёзе обратилась я к его давно усопшему обитателю, — у вас случайно бутербродика с колбаской не найдётся?

И замерла, услышав подозрительный шорох. Я резко обернулась, ожидая увидеть выползающего из-под земли скелета с подносом или, на худой конец, Джеймса, принесшего мне в качестве полдника засахаренные глазные яблоки.

Фу! Ну что у меня с фантазией⁈

Но это была кошка. Обычная гладкошёрстная чёрная кошка, которая с невозмутимым видом умывалась, сидя на гранитной плите какого-то уважаемого (должно быть) покойника. Она посмотрела на меня своими зелёными глазами, полными кошачьего презрения ко всему миру, включая демонических женихов и их невольных невест, лениво зевнула и продолжила вылизывать лапу.

— Киса-киса-киса! — позвала я её, подбираясь ближе, чтобы погладить, но она в последний момент, призывно мякнув, сорвалась с места и припустила куда-то вглубь кладбища.

А я вдруг ощутила странное чувство, нашёптывающее мне, что я обязательно должна последовать за ней… Чего я и сделала!