Их Право. Отданная драконам

Глава 18. Лягушка-путешественница

Нина Золотова

Обсидиановый ящер даже попятился назад, стараясь отодвинуться подальше от маленькой меня, надвигавшейся на его внушительную тушу. В раскосых золотых глазах дракона читались чистейшие недоумение и растерянность, но меня это только сильнее раззадорило.

— Кис-кис-кис. Или как вас драконов правильно подзывать? Ну, куда ты, дурашка? Не убегай от своего счастья. Мы же должны того… этого — размножаться. И вообще, где второй? Мне говорили, что будет два этих чешуйчатых су… суженых, — заикаясь, бормотала я, загоняя в угол сада большущего зверя.

Где-то за спиной истерично хохотнул блондинистый жених Нинель Омори. Я оглянулась и строго шикнула на него, а дракон как будто очнулся — вспомнил, что он здесь огромный и страшный хищник.

— Ар-р! — громко зарычал ящер, опустив ко мне оскаленную пасть.

— Да-да, вижу, что зубки у тебя ого-го. Остренькие. И не надо на меня орать! Я и так в последние дни на нервах: то нагло похищают, то удочеряют, то замуж выдают не пойми за кого. Кстати, а где твой братец? Мне обещали двоих драконов. Не порядок, — высказалась я, тиская непослушными руками тёплую гладкую на ощупь морду реликтового зверя.

Неуклюжие пальцы скользнули в узкую щель драконьего носа, и ящер громко чихнул, обдавая меня тёплым и на удивление свежим дыханием. От дракона приятно пахло раскалённым металлом, древесной пряностью и чем-то сугубо мужским. Зверь тоже стал принюхиваться ко мне, а потом на его морде отразилась ярость. Дракон вытянул длинную шею в сторону, где стоял Эрик и злобно зашипел на него.

— А я тут при чём? Нина нервничала. Я просто дал ей немного амлы, чтобы успокоилась. И вообще, вы опоздали. Будете забирать невесту или нет? — раздражённо отозвался блондин, пока я была занята тем, что увлечённо пыталась отковырять гранённую обсидиановую чешуйку, росшую с морды своего странного хм… наречённого.

У дракона нервно дёрнулось веко. Не знаю, что стало причиной: мои наглые домогательства до его чешуи или эта реакция на не совсем нормальную суженную.

— И правда, долго мы тут ещё будем возиться? Пора и честь знать, — широко зевнув, заявила я, а потом нагло уцепилась за основание кожистого крыла и полезла на загривок ящеру.

— Р-р-рау! — возмущённо рявкнул мой ездовой дракон, пока я, как непутёвая наездница, пыталась вскарабкаться на этот чешуйчатый Эверест.

— Да стой же ты ровно! Не ёрзай. Мне в платье неудобно. Если это безобразие вообще можно платьем назвать, — ворчала я, пытаясь ухватиться за один из острых выростов на гребне.

Чёрный зверь моего желания на него залезть не поддерживал. Он извивался гибкой шеей и старался достать до меня короткими передними лапами.

Полагаю, что ящер легко мог скинуть невоспитанную пассажирку со своего загривка, но опасался всерьёз навредить мне, а потому только неловко вертелся, не давая сесть себе на шею, в прямом смысле этого выражения.

— Ну всё, хватит. Нина, иди сюда, — первым не выдержал блондинистый жених Нинель Омори. Он приблизился к дракону и ловко стащил меня вниз, отдавая в лапы обсидианового змея. — Согласно древнему драконьему Праву, невеста отдана, — пафосно произнёс Эрик какой-то там.

— Фу, какой голос у тебя сейчас противный. Надо будет сказать Нинель, чтобы бросила тебя и нашла нормального парня. А то образование ему с приданым подавай, да ещё связи папаши Омори, — заплетающимся языком произнесла я, пытаясь выбраться из мягкого захвата огромных лап.

Но дракон выпускать меня совершенно точно не планировал. От чешуйчатых конечностей ящера исходила странная сила, окутавшая меня подобно тёплому одеялу. Кожистые крылья громко хлопнули в тишине сада. Всё происходящее казалось забавной игрой или странным сном, в котором мне хотелось веселиться.

Чисто теоретически было любопытно, как дракон собирается взлетать со мной на ру… в лапах. У самого ящера подобных вопросов похоже не возникало. Я почувствовала, как мощное тело зверя за моей спиной напряглось, потом разбег, рывок и вот сад и храм остались внизу, а я взлетала всё выше и выше.

Вернее, летел конечно же дракон, а я просто удобно возлежала в его больших лапах. Да уж, хотела побыть драконьей всадницей, а стала в лучшем случае лягушкой-путешественницей.3 Помня о незавидной участи своего сказочного прообраза, летела я молча. Ну почти. Громкие восторженные выкрики типа «юху!!!» не считаются. Главное, что умными разговорами своего ездового ящера я не донимала. Да и при всём желании вряд ли бы смогла.

Мысли в голове ворочались всё более вяло и лениво. Глаза слипались, пока я полностью не погрузилась в сон.