Измена. Любовь не покупается!

Глава 35

Натан

Несколько сумасшедших, горячих мгновений просто палим друг в друга из всех орудий, сжигая взглядами, а потом действуем синхронно, как идеально слаженные механизмы.

Тянемся друг к другу и через миг жадно целуемся, захлебываясь и покусывая. Я стону от того, как мне больно, когда Сара сдавливает мои плечи. Жена жадно посасывает язык и тянет мою руку к себе между ног, под больничную рубашку.

Я без всяких слов сдвигаю трусики и ласкаю ее пальцами, уже мокрую, горячую, готовую… Она приподнимается и впускает мои пальцы… Стискивает их жадно, раскачивается, стонет. Яркая, жадная, откровенная..

Такая настоящая, острая.

Моя.

Боже, мне не нужно другой женщины, только ее хочу…

— Люблю тебя! Не смей сомневаться, Сара. Слышишь? Не смей!

— Натан…

Сара кончает быстро, замирая на толчке, и признается:

— Я все еще хочу тебя убить. За то, что ты меня напугал! За… За все! И за любовницу, в особенности!

— У тебя почти удалось. И я предлагаю закрыть этот счет с претензиями друг к другу.

— Я, может быть, согласна сделать это сейчас. Но я не могу закрыть глаза на то, как ты даже с нашей свадьбы сбежал к этой шлюхе… Я не могу тебя отпустить, не могу допустить мысли, что мы расстанемся, и остаться я тоже не в силах. Что нам делать?!

— Быть вместе! — отвечаю твердо. — Только так и никак иначе. Я идиот и гордец, который не хотел распинаться с извинениями, обидевшись на твою выходку. Но теперь с этим идиотизмом покончено. Я все готов тебе рассказать! С нашей свадьбы я, действительно, отлучился. Но не для того, чтобы трахнуть Зайку, как ты думаешь. Главное здесь не это.

— Тогда что же?

— Я тебе не изменял, Сара. С того момента, как решился просить твоей руки, я оборвал все связи со шлюхой, услугами которой пользовался. Но порвал с ней не потому, что был до смерти очарован тобой, я порвал с ней расчетливо, зная, что наследить нельзя. Я не изменял тебе, потому что было бы невыгодно попасться тогда, когда все так шатко, когда ты не давала мне, а я хотел, но не мог себе позволить трахнуть шлюху. Это могло быть чревато последствиями. И это, наверное, по-своему ужасно. Я не изменял тебе не потому, что не мог. А потому что на кону стояли большие деньги, амбиции, честолюбие и власть… Это торкает не меньше, чем секс. И только потом я по-настоящему тобой увлекся.

— Она прислала мне фото и видео. С ней точно был ты, — тихо говорит Сара, а ее пальчики царапают мою грудь, руку…

Мне больно и сладко от того, как сильно она ревнует..

— Покажи мне переписку, Сара. Я еще не говорил с Давой, но, кажется, нас специально хотят поссорить. И то, что она прислала тебе, правда. Но лишь наполовину. Правда из прошлого, искусно замешанная с моментами из нашего настоящего.

— Зайкину переписку посмотри! — все еще обижается.

Ревнует.

Невозможно вредная и сладкая женщина!

— Ее нет. Удалили подчистую. Без следа. Это и насторожило. Ты посчитала Зайку любовницей, которой неймется уколоть жену. Но это не так. Здесь играет кто-то сильный, хитрый и опытный в такого рода интригах. Я клянусь, Сара… Клянусь, что не изменял тебе с ней. Когда начал ухаживать за тобой… С того самого момента я не был с ней! И мне жаль, что я не могу поклясться, будто изначально моим мотивом была страсть. Нет, поначалу мной руководил холодный расчет. И только позднее я полюбил тебя…

— Как же я сильно ненавижу, Натан Бергман! — шепчет Сара. — Ненавижу тебя любить…