Измена. Несовершенная любовь

ГЛАВА 24

ГЛАВА 24

Прошло полгода с момента окончательного ухода мужа. Я живу дальше, день за днём, неделя за неделей. Работа, сын, рисование. Иногда встречаюсь с Игорем за кофе, но ничего серьёзного между нами, просто приятное лёгкое общение. Он не давит, ничего не требует, дает пространство. Это…комфортно.

Поднимаюсь почти бегом по лестнице на свой этаж настроение отличное. Только что встречалась с Игорем, пили кофе, гуляли по парку, разговаривали о работе, жизни, книгах. Он рассказывал забавные истории из архитектурной практики, я искренне смеялась.

Достаю ключи из сумки, поднимаю голову и замираю. У двери моей квартиры стоит какой-то человек, прислонившись к стене. Руки в карманах куртки, голова опущена. Подхожу ближе, всматриваюсь и узнаю Илью. Неделю назад мы случайно встретились в кафе. До этого они с Артемом созванивались, периодически виделись, но я каждый раз специально уходила, не хотела встречаться, была не готова. Сейчас совсем не ожидала его появления. А он здесь, у моей двери, ждёт меня?

Илья поднимает голову, видит меня и медленно выпрямляется. Убирает руки из карманов. Я иду к нему очень медленно, каблуки громко стучат по плитке. Останавливаюсь в паре шагов, не ближе. Внимательно смотрю, изучаю его. Он заметно похудел, лицо осунулось. Совсем не похож на того Илью, которого я знала все эти годы, всегда безупречного, идеально выглаженного, ухоженного.

– Что тебе нужно? – спрашиваю.

– Поговорить, – отвечает.

– О чём? – уточняю напряженно.

– О Тёме. О будущем. О... всём, – перечисляет.

Смотрю на него молча, не приглашаю войти. Не улыбаюсь. Просто жду.

– Ты не пустишь меня? – спрашивает он.

– Нет. Говори здесь. Или уходи, – отрезаю жёстко.

– Хорошо. Здесь так здесь, – соглашается спокойно.

Прислоняется обратно к стене. Я остаюсь стоять напротив.

– Я ушёл от Вики, – произносит он.

– Поздравляю, – отвечаю без эмоций. – Мне какое дело?

– Никакого. Просто хотел сообщить, – отвечает он.

– Сообщил. Ещё что–то? – спрашиваю сухо.

– Да. Я хочу видеть Артёма регулярно. Не раз в месяц. Чаще. Раз в неделю. Может, два, – произносит заинтересованно.

– Теперь вспомнил про ответственность? – спрашиваю язвительно.

– Да. Вспомнил. Поздно. Но лучше поздно, чем никогда, – отвечает прямо.

– Я не прошу прощения, – говорит наконец. – Знаю, что не заслужил. Но прошу дать возможность быть в жизни сына. Не ради меня. Ради него.

Смотрю на него долго. Думаю. Анализирую. Он не просит вернуться. Не унижается. Не говорит, что любит меня. Не лжет, а просто хочет видеть сына. Это... честно. Пусть жестоко, но зато честно.

– Хорошо, – отвечаю после паузы. – Звони. Договаривайся о встречах. Тёма сам решит, хочет ли с тобой видеться.

– Он хочет. Я знаю, – уверенно говорит.

– Тогда проблем нет. Звони ему. Не мне, – отвечаю.

– Хорошо, – кивает.

Мы стоим и смотрим друг на друга. Чужие. Знакомые. Бывшие.

– Оля, – говорит Илья тише и медленнее. – Не буду оправдываться, что поступил подло. Я знаю, что забыть то, что произошло невозможно. Понимаю, что мог раньше прийти, но…

Где-то в глубине души я знала, что он не придет просить прощения. Не будет стоять на коленях. Не будет цветов и слёз.

– Я и не жду, – перебиваю его. – Давно не жду.

– Хорошо. Просто хотел быть честным, – отвечает спокойно.

– Ты всегда честен. Даже когда это ранит, – констатирую без эмоций.

Илья выпрямляется. Достаёт из кармана бумажку и протягивает мне.

– Новый номер телефона. Старый отключил. Если что срочное с сыном, то звони, – произносит и протягивает бумажку.

– Хорошо, – киваю и убираю бумажку в карман куртки.

Он кивает. Поворачивается к лестнице. Останавливается. Не оборачивается.

– Ты выглядишь... хорошо. Счастливее. Чем раньше, – произносит в пустоту, не оборачиваясь.

Не отвечаю ему, не знаю, что сказать. Илья молча разворачивается и медленно спускается по лестнице. Я слышу, как затихают его шаги, как внизу глухо хлопает дверь подъезда. Достаю ключи, открываю квартиру и захожу внутрь. Закрываю дверь и бессильно прислоняюсь к ней спиной.

Пришёл не по просьбе сына, а по собственной инициативе. Странно, но я ожидала другого. Думала, если придёт будет просить шанса, вымаливать прощение, говорить, что ошибся, что любит. Но нет.

И это странным образом даже облегчает. Как ни странно. Мы совершенно разные люди, живем разными жизнями. Связаны теперь только Тёмой.

Снимаю куртку, машинально вешаю на крючок. Думаю о разговоре, о его словах, о том, как он выглядел. Усталый, похудевший, несчастливый, но решительный. Он не просил вернуться, не унижался, а просто констатировал: “Я хочу видеть Артёма”.

Больно? Да, немного. Остаточная боль, как от старой заживающей раны. Но не смертельно, переживу.

Думаю об Игоре, о сегодняшней прогулке. Он предложил сходить на выставку в следующие выходные, я согласилась. С Игорем просто и легко. Он ничего не требует, не давит, позволяет быть собой. Это ценно. Не любовь пока, а может, никогда и не будет. Но дружба, приятное общение, легкость. Этого достаточно сейчас.

Телефон вибрирует сообщение от Игоря:

“Спасибо за сегодня. Было здорово. Жду выходных.”

Улыбаюсь и печатаю:

“Мне тоже понравилось. До встречи”.

Откладываю телефон, иду в комнату. Ложусь на кровать, смотрю в потолок. Илья пришёл, сказал правду, но не просил вернуться.

Это правильно. Мы не подходим друг другу. Я растворилась в нём, а он устал от меня. Мы оба ошиблись, потратили семь лет на попытку быть вместе. Не получилось. Теперь живём отдельно, каждый своей жизнью. Связаны только сыном.

Это нормально и правильно. Но почему так пусто внутри? Не от боли, а от осознания. Наша глава окончательно закрыта. Без возвратов, без повторов. Илья не вернётся, и я не хочу, чтобы он возвращался. Мы оба знаем это.

Значит, дальше только вперёд. К новой жизни без него. С работой, с Артёмом, с рисованием, возможно с Игорем. С самой собой…

__________________________________

Дорогие и любимые читатели 16+!

Приглашаю Вас в эмоциональную новинку Яны Клюквы.

Месть. С новым счастьем, предатель!

Аннотация:

– Ты больная, – кричит Руслан. – Понимаешь? Больная! Ну сколько тебе ещё осталось? Наташа, пойми, я делаю это ради мальчиков. Они должны как можно скорее о тебе забыть. Должны отпустить.

– Они меня теперь даже не вспомнят, – упавшим голосом шепчу я, хватаясь рукой за стену. – Или возненавидят из-за тебя…

– Да пусть лучше они тебя ненавидят! Ты же понимаешь, что когда ты умрёшь, им будет больно, а если они будут испытывать к тебе ненависть, им будет легче.

***

Муж бросил меня после двадцати лет брака и забрал наших общих сыновей. Он решил, что его любовница сможет заменить им маму. Но у меня на этот счёт другое мнение…

ЧИТАТЬ ТУТ