Измена. Развод не за горами

Глава 17

Я даю себе пару дней, чтобы все как следует обдумать. Морозов все верно говорит, и этот вариант действительно станет самым лучшим, чтобы отвадить моего бывшего супруга от компании папы. Однако я не уверена, что отец согласится взяться за дело Тагирова. Как раз сегодня я и планирую переговорить с ним на эту тему.

Я подъезжаю к родительскому дому и уже собираюсь выйти из машины, как раздаётся трель мобильника. На экране светится имя Вадима, что удивляет меня. Мы говорили полчаса назад.

— Что случилось? — сразу же задаю вопрос.

— Ты уже поговорила с отцом? — Вадим отвечает вопросом на вопрос.

— Нет, я только подъехала к дому. Еще не успела подняться, в машине сижу.

— Ира, разворачивайся. Я только что встречался с Тагировым. Я сам буду его защищать. Не будем тревожить отца, — серьезно произносит Морозов.

— Ты? — вылетает прежде, чем я успеваю подумать.

— Конечно. Я ведь тоже адвокат, но только за границей, — весело отзывается он.

— Это понятно, я знаю. Вадим, но почему ты мне раньше не сказал? — оторопело спрашиваю я.

— Спонтанно вышло, — произносит несколько отстраненно.

— Нетелефонный разговор? — уточняю.

— Именно! — восклицает Морозов.

— Давай я подъеду? — предлагаю я. — Где ты сейчас?

— Я у себя дома, — усмехается мужчина, и я в ответ делаю то же самое.

— Хорошо. Я скоро буду.

Ключ от моей квартиры у Морозова действительно есть, но без моего ведома он туда не суется. Честно говоря, у меня возникала мысль предложить ему соседнюю комнату для проживания, но потом я откинула подобные глупости. В конце концов, мы с Вадимом не в романтических отношениях, чтобы проживать на одной территории.

Но самое интересное во всей сложившейся ситуации — это то, что меня тянет к нему. Порой я испытываю непреодолимое желание коснуться его или даже поцеловать. Я уже и не помню, когда во мне просыпались подобные чувства, но точно знаю, что сейчас это не просто влечение, здесь что-то более глубокое. Я не уверена, что хочу впускать это в свою жизнь. Есть страх разочарования, тем более, прошло так мало времени с расставания с Димой да и с момента более тесного знакомства с Вадимом. Так или иначе, пока я не разберусь в себе и не найду ответы где-то внутри своей души, никаких ответных шагов с моей стороны не будет.

— Вадим, — я переступаю порог квартиры, но ответа не получаю.

Тогда я осторожно, почти бесшумно прохожу в гостиную, где и нахожу спящего Морозова. Вот только я замечаю засохшую кровь у него на щеке и ссадины на подбородке. К тому же, его лицо опухло. Я мягко трогаю мужчину за плечо, и он просыпается.

— Вадим, — ахаю я, когда вижу его лицо полностью. — Что случилось?

— Твой бывший муж решил, что он бессмертный, — глухо смеется он, но тут же морщится от боли.

— Что…? О чем ты? Ты был в больнице? — тараторю я. — Это Дима тебя так? Нет, не может быть. Он значительно уступает тебе во всем, так что…

— Ира, тшш, — он прикладывает палец к моим губам, и я замолкаю.

— Я не был в больнице, я сам справился, — медленно с расстановкой произносит Вадим. — Димон ударил исподтишка. Я был не готов к этому, ну а потом люди Тагирова увели его. Насколько мне известно, твой бывший сейчас находится в больнице.

— Что значит люди Тагирова? — нахмурившись, спрашиваю я. — Так, подожди, я обработаю рану. У тебя не очень-то хорошо получилось.

Я убегаю в ванную комнату и достаю из шкафчика все самое необходимое. Вернувшись, застаю Морозова в том же положении и сразу же начинаю проводить манипуляции, чтобы как можно быстрее помочь ему.

— Ир, да не стоит, обычная царапина, — отмахивается Вадим, но я игнорирую его слова.

— Что произошло? Расскажи по порядку, — произношу требовательным тоном.

— Тагиров попросил меня о встрече, — начинает Морозов, но я резко перебиваю его.

— Тагиров? А вы знакомы? — удивляюсь я.

— Да, но не так, чтобы близко, — отвечает он. — Но он в курсе всей ситуации. И вашей, и нашей.

— Слухи расползаются быстро, — утвердительно киваю.

— Прежде чем сотрудничать, Ринат должен знать об этом человеке все. Ты думаешь, почему это дело досталось Диме? Да потому что ты его жена. А Тагиров тебя хорошо знает, — объясняет Вадим. — Ему докладывали обо всем, что происходит в жизни Калинина. — Но на носу было заседание. Он уже не мог поменять адвоката и решил довериться твоему бывшему.

Теперь, конечно, все встает на свои места. Поведение моего мужа вполне объяснимо. Он слишком быстро начал все терять и оказался просто не готов к такому. А теперь, я даже представить не могу, что он должен сделать, чтобы выкарабкаться. Наверное, ему уже ничто не поможет.

— И что было дальше? — спрашиваю нетерпеливо.

— Калинин поджидал меня у машины. Он съездил мне пару раз, а потом подбежали люди Тагирова, — он замолкает.

— Дима решил, что ты занял его место. Сначала жена, потом квартира, работа, — рассуждаю я, плавными движениями обрабатывая его рану. — Он понял, что потерял все, и пытался найти виноватого.

— Ты права во всем кроме одного, — Вадим осторожно, почти невесомо касается моей руки, словно она выполнена из хрусталя.

— И чего же? — спрашиваю с придыханием, заведомо зная ответ на свой вопрос.

— Его бывшая жена не моя, — Морозов опускает взгляд на мои губы, которые резко пересыхают.

— Не твоя, — отрицательно качаю головой.

— Но я очень хочу это исправить, — шепотом произносит Вадим, а затем целует меня с невероятной нежностью, о существовании которой я и не подозревала раньше.

Я не могла даже представить, что рядом с мужчиной может быть так… по-другому. Слишком хорошо. Это такое необычное для меня чувство, когда ощущаешь себя не просто желанной и нужной, а когда ты можешь быть самой собой. И ему это нравится. Тебе не нужно закрываться, зажиматься, стесняться, потому что он восхищается тобой независимо от того, накрасилась ты сегодня или нет, надела ли красивое платье или же выбрала кроссовки со спортивным костюмом.

— Ты свободна в ближайшие пару часов? — спрашивает Морозов.

— Да, — коротко отвечаю, нежась в его объятиях.

— Тогда поехали. Я тебе кое-что покажу, — в его голосе слышится некая таинственность. — Уверен, тебе понравится.

— Сюрприз?

— Не совсем. Давай, поехали, скоро сама все увидишь, — улыбается он, а затем нежно касается моих губ.

Уже через пятнадцать минут мы едем в машине с Вадимом в не известном для меня направлении. Он держит мою руку, а я ощущаю себя моложе на двадцать лет точно. Раньше я считала, что у женщин под сорок не может быть личной жизни, слишком уж они «взрослые». Но думая сейчас о себе, я понимаю, насколько сильно заблуждалась. Возраст — это действительно только цифры. Важнее, что происходит у тебя в душе. Оказывается, эйфория возникает независимо от возраста.

Дорога занимает не слишком много времени. Мы остаемся в черте города, но уже не в центре, когда Вадим сообщает, что то самое место уже совсем близко. В предвкушении чего-то интересного я рассматриваю пейзажи за окном, пока не натыкаюсь на небольшой двухэтажный дом. Морозов как раз останавливает машину у его ворот.

— Мы приехали к кому-то в гости? — спрашиваю с сомнением в голосе.

— Нет. Здесь никто не живет, — он отрицательно качает головой и глушит двигатель. — Идем.

Дом оказывается очень уютным. Он не слишком большой, но для жизни очень даже подходит. Ремонт современный и дорогой, что сразу бросается в глаза, а идеально подобранная цветовая гамма в светлых тонах буквально влюбляет меня в это место. Хотела бы я такой дом? Ответ однозначен. Но мне даже страшно представить, сколько он может стоить, тем более, в этом районе.

— Здесь потрясающе, — улыбаюсь я.

— Да. Я тоже влюбился с первого взгляда, — Вадим внимательно смотрит мне в глаза. Он говорит о доме, но как будто подразумевает совсем другое.

— Тоже любишь светлые тона в интерьере? — пытаюсь сгладить вдруг возникшую неловкость. Но, похоже, неловко чувствую себя только я, на Морозова это не распространяется.

— Да, — утвердительно кивает. — Какими бы насыщенными и прекрасными ни были яркие или темные оттенки, все же предпочтение отдаю светлым.

— Зачем ты привез меня сюда? — спрашиваю я.

— Этот дом продается, — говорит Вадим.

— И что ты хочешь этим сказать? — не совсем понимаю, к чему он клонит.

— Ты хотела дом — это раз, — он загибает большой палец, а затем и указательный, — а два — этот дом продается. Ну и три — у тебя есть деньги с продажи квартиры.

— Да, но не в таком количестве, — возражаю я, искренне удивляясь.

— Тебе хватит на дом, — Морозов пытается убедить меня.

— Как такое возможно? — переспрашиваю, нахмурившись.

— Скажем так, — он делает паузу, — продавец — мой старый друг, так что для меня будет хорошая скидка. Можешь не волноваться, дом выполнен из качественных материалов. Иван Викторович строил дом под себя, но они с женой решили переехать.

— Мне нравится дом, и я бы хотела здесь жить, но… — замолкаю.

По взгляду Морозова становится понятно — он знает причину, по которой я не закончила фразу. Я не могу жить здесь одна. Дочь выросла, у нее своя семья, а с мужем я развелась… В данный момент все же удобнее жить в квартире, несмотря на то, что свой дом всегда был моей самой сокровенной мечтой.

— Ир, ты можешь все как следует обдумать, — улыбается Вадим. — Тебя никто не торопит. Его еще не выставляли на продажу.

— При других обстоятельствах я бы не раздумывала, — честно говорю я.

— Я понимаю твои чувства, — взяв меня за руку, говорит мужчина. — Ты не будешь одна, Ира.

И я верю в его слова. Чувствую, что так и будет, стоит только разобраться со всеми делами.

Между мной и Вадимом очень ярко ощущается огонь, и это не похоже на страсть или просто влечение друг к другу. Мы словно единомышленники, цель которых просто жить и быть счастливыми с такими же целостными людьми, как и они сами.

— Ты — необыкновенная женщина, Ира, — я снова слышу в свой адрес слова, идущие из глубины души. — И я не готов отпустить тебя из своей жизни. Слишком долго ждал.

— Так и не опускай, — говорю прежде, чем успеваю подумать.

Вадим тянется ко мне, но еще не случившийся поцелуй прерывает трель мобильника, находящегося у меня в кармане. Машинально отступив на шаг, я достаю гаджет.

— Бывший муж собственной персоной, — указываю на экран мобильника.

— Ответь. Уверен, он расскажет тебе о своей несчастливой судьбе.

Но Дима не извиняется и не раскаивается, он говорит о своих проблемах. Но только меня это уже мало интересует. А под конец разговора он обращается ко мне с просьбой:

— Ира, ты можешь приехать ко мне в больницу? Нужно поговорить. Я прошу тебя, — с надеждой в голосе говорит бывший, но я очень сомневаюсь, что нам нужна эта встреча.

— Нам не о чем говорить, — пожимаю плечами, хоть и Дима не видит этого.

— Ир, ты единственный светлый человек в моей жизни, который не желает мне зла. Пожалуйста, просто поговори со мной, дай мне шанс, — в голосе слышу мольбу, но меня уже почти не цепляет.

— Съезди к нему. Я буду рядом, — тихо говорит Морозов, и я соглашаюсь. — Нужно окончательно вывести его на чистую воду. И пока он настолько уязвим, надо пользоваться.

Поддержка Вадима слишком ценна для меня, а главное — я ему верю. Он уже не раз доказал мне свои чистые намерения, хоть и было непросто.

— Ладно, — быстро говорю я. — Я заеду к тебе сегодня.