Измена. Развод не за горами

Глава 7

Этот день кажется нескончаемым и тянется неумолимо долго. Как же держать лицо и улыбаться всем без исключения, когда на душе огромными когтями скребут кошки. Хорошо еще, что предатель не мельтешит перед глазами — он почти весь вечер находится в компании родственников и почти не привлекает мое внимание.

Гости расходятся к вечеру, и я решаю затеряться среди них. Я не хочу сегодня говорить с Димой и, уж тем более, пересекаться с Аней. Домой сегодня я тоже не поеду. Можно было бы к родителям, но тогда придется все рассказать. Нет. Я поговорю с мамой и папой завтра или послезавтра, а пока мне нужно переспать с этой новостью.

Дождавшись, когда уедут родители, я тоже выскальзываю из дома Морозовых. К счастью, остаюсь незамеченной для Димы и Ани, которые о чем-то беседуют с отцом и матерью моего супруга. Очевидно, Анечка уже пытается расположить их к себе. Плевать. Пусть делает, что хочет.

Смахнув по экрану мобильного, я открываю приложение такси и вбиваю нужный адрес.

— Сбегаешь? — раздается мужской голос за спиной, и я резко оборачиваюсь.

Из дома Ани выходит Вадим и неспешным шагом направляется ко мне. Каждое его движение наполнено твердостью и уверенностью, что невольно приковывает мое внимание. Я отмечаю про себя мужественные черты лица, осанку и спортивное телосложение. Есть категория мужчин, которым возраст идет на пользу. Вадим как раз относится к ним.

— Праздник закончился, — пожимаю плечами. — Не вижу смысла задерживаться здесь дольше.

— Я могу подвезти тебя, — предлагает Вадим, нажимая на брелок сигнализации. — Как раз поговорим по дороге.

— Вадим, я не думаю…

— Ир, нам ведь есть о чем, — кивает на машину. — Поедем?

Из дома доносятся голоса, а затем входная дверь открывается. На пороге особняка Морозовых показывается мой супруг. Он с удивлением смотрит на меня и Вадима, а на его языке вертится логичный вопрос. В этом отношении я неплохо изучила собственного мужа. Коротко кивнув Морозову, я иду к его машине и, открыв дверь с пассажирской стороны, забираюсь в салон, насквозь пропитанного запахом кожи и дорогого парфюма.

Я смотрю в боковое зеркало — Дима подходит к Вадиму и начинает с ним разговор на повышенных тонах. Я слышу только голос мужа, в то время как Морозов или молчит, или говорит очень тихо. В голове невольно проскальзывает мысль — насколько мужчины, да и все люди могут быть разными. Кто-то склочный, любитель поскандалить, а кто-то максимально сдержанный и трезво оценивающий ситуацию. Спустя пару минут Вадим садится в машину, и мы наконец отъезжаем от особняка.

— Как ты? — спрашивает он, когда молчание затягивается.

— Устала, — признаюсь честно. — День оказался слишком насыщенным.

— Твоя правда, — кивает мужчина.

— Что от тебя хотел Дима? — спрашиваю я.

— Он решил, что мы с тобой любовники, — насмешливо бросает он.

— По себе людей не судят, — фыркаю, отворачиваясь к окну.

— Я сказал ему этими же словами, — усмехается Вадим. — И он взбесился.

— Пусть бесится. Теперь это уже не имеет никакого значения, — равнодушно пожимаю плечами.

— Я видел, вы говорили с Аней. Ты отлично держалась.

— Спасибо. Она попросила меня отпустить Диму, — усмехаюсь я.

— Отпустить? — его брови ползут вверх.

— Да. Не знаю, с чего она решила, что я его удерживаю.

— Очень часто, прожив много лет с мужчиной, женщины прощают измену и после нее продолжают строить отношения. В моем окружении есть такие пары.

— Как такое можно простить? — вырывается у меня.

— Ира, это личный выбор каждого, на который ни ты, ни я, ни кто-либо другой повлиять не можешь, — серьезно замечает он. — Только есть большая разница между твоей ситуацией и ситуацией у моих знакомых.

— Расскажешь, какая? — интересуюсь я.

— Все дело в мужчинах. Вадим не перестанет гулять, — заявляет с уверенностью. — А у тех двоих идиотов — это была разовая акция, после которой они получили урок в виде развода. И только спустя несколько лет, когда они перепробовали все и даже больше, сумели добиться расположения единственной значимой женщины в их жизни. Главное, мужики четко осознали, кто для них по-настоящему дорог и важен.

В беседе с Вадимом не чувствуется напряжения, нет никаких барьеров в общении. Мы обсуждаем серьезные темы без капли стеснения или неловкости, словно дружим много лет. Непроницаемый Морозов оказывается прекрасным собеседником и очень глубоким человеком.

— Они прошли большой путь, — я обдумываю его слова. — Нужно иметь не просто мудрость, а зрелость, силу духа, чтобы разобраться в том, что произошло, и больше не допускать ничего подобного. Не каждому это дано. Я бы так не смогла.

— У тебя свой путь, Ира, — он резко замолкает, а затем переводит тему разговора: — Мы с детьми решили поужинать в тихом уютном ресторане. Присоединишься?

— Да, — быстро соглашаюсь я. — Я буду рада разделить с ними их праздник.

— Отлично. А пока едем, можешь задавать мне любые вопросы.

— Есть то, о чем ты сам хотел бы рассказать? — спрашиваю прежде, чем начать допрос.

— Аня говорила тебе о своей беременности? Это случилось шесть лет назад.

Я в очередной раз за сегодняшний день получаю удар под дых. Пазлы в голове складываются моментально — Аня ждала ребенка не от мужа. Вернее, не от своего мужа. Кажется, будто я только сейчас начинаю осознавать всю катастрофу произошедшего. К сожалению, это моя реальность, в которой я жила столько лет и ничего не замечала. Хотя, если разобраться и попытаться провалиться в воспоминания, то можно обнаружить — звоночки были.

— Нет, я не знала. Она не рассказывала мне об этом, — говорю я.

— Беременность прервалась. Она сказала, что потеряла ребенка, — продолжает Морозов.

— Она сказала? Что ты имеешь в виду? — меня настораживают слова Вадима.

— Я думаю, она сознательно прервала беременность, — говорит мужчина. — Примерно тогда я и начал догадываться, что не один у нее.

— Часто стала болеть голова? — как-то усмехаюсь я.

— И не только, — качает головой. — Я нашел выписку из больницы. Беременность прервалась на восьмой неделе. Я почти месяц был в отпуске в тот период, когда она фактически забеременела.

— То есть у вас не было контакта в тот период, но был позже. Какая же у тебя гениальная бывшая жена! — восклицаю язвительным тоном. — Так все провернуть!

Почему-то оставшись наедине с Вадимом, я перестаю скрывать свои чувства и эмоции. Я не пытаюсь быть сильной и доказать ему, что мне плевать на двойное предательство. Мне даже не хочется этого делать. С этим совершенно не знакомым мне мужчиной я как будто могу быть собой. Странное чувство, ведь даже с собственным мужем я не всегда могла быть той, кто я есть на самом деле.

— Я спросил ее прямо, на что она ответила, что потеря ребенка обернулась для нее трагедией, — спокойно говорит Вадим. — А тут еще и я со своими подозрениями.

— Значит, ребенок был от Димы, — озвучиваю очевидный факт.

— Кто ж ее разберет, — пожимает плечами Морозов. — Не исключено, что кроме твоего мужа у нее был кто-то еще.

— Она не пыталась вернуться к тебе? — задаю вопрос, вспоминая тот период, когда Аня и Вадим расходились. Подруга говорила, что он еще прибежит, что таковую как она он не найдет.

— Не пыталась? — усмехается он. — Да на протяжении всех шести лет она искала варианты, которые помогут вернуть наши отношения.

— Она привыкла к жизни на широкую ногу, — сразу же догадываюсь я.

— Именно. Я полностью содержал и продолжаю содержать особняк, потому что он принадлежит сыну, но ни копейки не давал ей. Кроме официально утвержденных алиментов. Сыну было уже пятнадцать, когда мы развелись, поэтому все деньги я переводил ему напрямую.

Новость об особняке Морозовых ошеломляет и одновременно сбивает с толку. Аня же преподносила все в ином свете. Когда у нее были финансовые трудности, я предлагала ей продать дом и взять немного проще, на что Морозова всегда отвечала одно и то же. Этот дом слишком ценен для нее, чтобы его продавать. Тем более, сын его очень любил, и Аня хотела оставить коттедж Косте. Каждое ее слово было насквозь пропитано ложью.

— Я владею другой информацией, — быстро говорю я. — Но сейчас-то у нее дела пошли в гору. Насколько мне известно, у нее и клиенты свои есть.

— Ну-ну, — и снова на лице Вадима я замечаю усмешку. — Как бы ни так.

Все участники сложившейся ситуации, в том числе и Вадим, закончили юридический факультет. Мы с Аней учились в одной группе, Дима выпустился на пять лет раньше нас, а Вадим на четыре года раньше, но из другого ВУЗа.

Мой муж учился хорошо и был с ректором в неплохих отношениях. Однажды глава университета попросил Диму как выпускника юрфака поделиться своими соображениями на тему выбранной профессии. Ани в тот день не было, она заболела, а я задавала множество вопросов, скорее всего, по этой причине он обратил на меня свое внимание.

Вадим же познакомился с Аней, когда она пришла устраиваться на подработку в компанию, где он работал начинающим юристом. Их роман закрутился быстро, они поженились, и у пары родился Костя.

— Мы составили брачный договор, поэтому проблем с разделом имущества у нас не было, — вдруг говорит Морозов.

— Да, я припоминаю. Она упоминала о брачном договоре. Еще советовала мне сделать то же самое, — вдруг в памяти всплывает разговор многолетней давности. — Она говорила, что в семье, где и муж, и жена юристы, нужно все решать по справедливости на берегу.

— Тебе непросто придется по время бракоразводного процесса, — хмуро замечает Вадим. — Я слышал, что ты отошла от юриспруденции. Если тебе потребуется помощь…

— Спасибо, Вадим, но я думаю, мы с отцом справимся, — киваю я. — В конце концов, даже несмотря на возраст, он останется одним из лучших в своем деле.

— Я тебя понял, но имей в виду меня на случай, если возникнут трудности. Я задержусь в Москве на пару месяцев, — добавляет Морозов.

Мягко улыбнувшись, я коротко киваю, и на этом наша беседа обрывается, поскольку мы подъезжаем к нужному ресторанчику. Вадим останавливает машину на парковке, а затем выходит из нее и, обогнув автомобиль, открывает передо мной дверь.

Наши дети уже ждут. Взявшись за руки, Лия и Костя сидят за дальним столиком и болтают о чем-то оживленном. Молодожены выглядят счастливыми, и мое сердце успокаивается.

— А ну иди сюда, мужик! — восклицает Вадим, и Костя мигом поднимается со стула.

Обменявшись крепкими мужскими объятиями, Морозов-старший обнимает и Лию. Вадим говорит несколько расплывчато и взволновано, но от души желает им счастья, а затем настает и мой черед.

После так называемой торжественной части мы присаживаемся на свои места. Не проходит и десяти минут, как прекрасное настроение улетучивается, ведь к нам присоединяется еще один человек, которого никто из нас не ожидал здесь увидеть. Дима.