Измена. Второй шанс для предателя

Глава 22

Гурский

— Истомина в той машине, — безопасник указывает на чёрный внедорожник, безнадёжно застрявший в пробке.

— Хорошо, — с задумчивым видом произношу я.

От Истоминой сейчас можно ожидать всё что угодно. Она в ловушке и выбраться, увы, самостоятельно не сможет, если, конечно, её автомобиль не научится летать и не покинет пробку по воздуху.

Каковы наши дальнейшие действия? Надо захват организовывать, наверное.

— Никакого захвата, — отрицательно качаю головой из стороны в сторону. — Пока мой ребёнок в автомобиле, никакой физической силы. Не хватало, чтобы мой сын пострадал.

В подобных ситуациях нельзя действовать нахрапом и надеяться на физическую силу. Пока мой сын в руках Истоминой, инициатива, увы, находится на её стороне.

Для начала попробую поговорить с ней самостоятельно. Может быть, в ней проснётся разум, и она, осознав свою безысходность, пойдёт навстречу.

Информация по ней давным-давно в полиции. Рано или поздно она добегается.

— Пообщаемся. Попробую донести до Истоминой истину. Вероятно, она смирится со своим проигрышным положением и добровольно отдаст ребёнка, — вслух озвучиваю свои планы.

— Отлично, Пётр Николаевич. Передам в управлении, чтобы приступили к написанию перечня требований похитителям.

Ага, делать мне больше нечего, кроме как сидеть сложа руки и ждать, пока мои подчинённые сделают всю работу за меня.

Молча разворачиваюсь и иду в сторону автомобиля Истоминой.

Благо никто мне не препятствует, и до машины я добираюсь без происшествий.

Тяну за ручку задней двери. Думал, что дверь заблокирована, однако нет, открыта.

Кто-то наверняка скажет, что садиться в автомобиль к человеку, который неоднократно организовывал на меня покушения, — форменное самоубийство. Может быть, оно так и есть, но когда вопрос заходит за жизнь моих близких, я не считаюсь с собой.

Сажусь рядом с Ариной и закрываю за собой дверь.

— Чем-то обязана? — ухмыляется и в наигранном жесте вытягивает бровь в вопросительном жесте.

— Где ребёнок?! — строго произношу я и пригвождаю девушку взглядом, полным ненависти.

— Тот самый, до которого тебе нет дела? — ухмыляется. — Так я от него избавилась, раз он никому не нужен.

Меня словно током бьёт. Сердцебиение учащается, лёгкие сжимаются так, что каждый новый вдох даётся с невероятным усилием.

— Где мой сын, мать твою?! — с силой смыкаю на её шее свою ладонь.

Амбал-водитель поворачивается в мою сторону в пол-оборота и направляет на меня свою пушку.

— Игрушку убрал быстро! Информация по вам давно ушла в органы. За тачкой следят мои люди, — увеличиваю давление так, что Арина начинает скулить.

Охранник, явно не готовый стрелять, смотрит на меня перепуганными глазами и отводит дуло в сторону.

— Молодец! Если нужна будет работа, приходи ко мне, — подбадриваю водителя за правильный выбор.

Арина начинает кашлять и жадно хватать воздух.

— Псих! — прокашлявшись, цедит сквозь зубы.

— Ага, псих. Где мой сын?! — возвращаю руку на её шею. — Я тебя как насекомое раздавлю. И твой охранник твою никчёмную жизнь спасать не будет. Я думаю, ты это уже поняла.

— Да ничего я не делала твоему ребёнку! — срывается на истошный крик. — В отеле я его оставила. Горничные уже давно подобрали, наверное.

— Я знал, что в тебе ещё осталась человечность, — опускаю ладонь и перевожу взгляд в сторону охранника, давно передумавшего спасать свою нанимательницу. — Ты принят на работу. Подойди к моим парням, тебе скажут, что делать.

Мужчина молча кивает и выходит из авто.

Забавно, конечно. Люди от Истоминых галопом бежать готовы.

— Пока, Арина! Если ещё раз посмеешь хоть пальцем тронуть мою семью, удавлю, как таракана! — произношу устрашающим голосом, которым можно озвучивать фильмы ужасов.

— Я захожу в номер, а там свёрточек лежит и плачет, — горничная рассказывает подробности первой встречи с моим сыном. — Я сразу успокаивать. Потом в администрацию отеля побежала и в полицию.

— Спасибо вам, что не остались равнодушными, — отвечаю я и продолжаю качать ребёнка на своих руках.

Моя небольшая психологическая атака сработала. Арина подумала, что украла чужого ребёнка, и не нашла варианта лучше, чем просто бросить грудничка в гостиничном номере.

— Он так плакал… Прямо сердце рвалось на части. Я его на руки взяла, покачала немного, и он уснул.

— Кирилл, — обращаюсь к своему безопаснику. — Отвези девушку в автосалон и купи ей автомобиль, какой она захочет.

— Ой да не стоит, — начинает отказываться и краснеет.

— Не отказывайтесь. Вы всё сделали правильно. Спасибо вам, — в очередной раз благодарю женщину и с сыном на руках покидаю отель.

— Теперь едем к маме… — произношу вполголоса, слегка покачивая ребёнка на руках. — Мне так много надо ей сказать…