Космический замуж. Счастье по контракту

Глава 16

В проеме, освещенные огнями из коридора, стояли они.

Каэл и Риан. Братья были одеты так же, как и я, в простые темные туники, подчеркивавшие мощь их тел. Волосы заплетены в сложные косы, лица серьезны и сосредоточенны.

У меня перехватило дыхание. Не от страха. От внезапного осознания масштаба момента, от их величия, от той тихой, спокойной уверенности, что читалась в их взглядах. Я вдруг поняла – они не жертвовали собой. Они выбрали .

Я перестала чувствовать на себе взгляды свидетелей. Я видела только двух благородных прекрасных мужчин, подавших мне руку помощи, когда я так в ней нуждалась. И странное, новое чувство — еще не любовь, нет, но глубочайшее, пронзительное уважение и капля надежды согрело меня изнутри, вытесняя страх.

Братья подошли к жрецу, их шаги в тишине зала отдавались гулким эхом. Они обменялись с ним парой тихих фраз, а потом жрец сухо кивнул и… направился ко мне. Мое сердце заколотилось в паническом ритме, ноги онемели. Инстинкт кричал «беги!», но в этот момент Риан, стоявший в пятне света обернулся и перехватил мой взгляд. Он не улыбался, но его синие глаза были спокойны и уверены. Он едва заметно кивнул. Все в порядке. Это часть ритуала.

Я сделала глубокий, дрожащий вдох и заставила себя стоять на месте.

Жрец остановился передо мной. Его иссушенное временем лицо было непроницаемо, а глаза, казалось, сканировали меня насквозь. Он медленно, с ног до головы, оглядел меня, и я почувствовала, как по щекам разливается стыдливый румянец. Только сейчас я вспомнила, что тонкая ткань моего «платья» оставляет слишком мало места для воображения.

Казалось, этот унизительный осмотр длился целую вечность. Но наконец, жрец заговорил. Его голос был сухим и тихим, как шелест опавших листьев.

— Знаешь ли ты, что потеряешь после этой церемонии?

Вопрос застал меня врасплох. Я замерла, не зная, что и думать. Это что, попытка отговорить меня в последний момент? Или проверка? Я бросила умоляющий взгляд на братьев, но на этот раз их лица были каменными масками. Почему они не предупредили меня о вопросах?!

Я сглотнула, пытаясь собраться с мыслями, а заодно сообразить, какой ответ от меня хотят услышать.

— Я… я прочитала о ваших обычаях и традициях, — выдавила я. — И знаю, что меня ждет.

Жрец пристально вглядывался в меня еще несколько секунд, будто ища малейшую трещину в моей решимости. Наконец, он медленно кивнул.

— Ответ принят.

Затем последовал второй вопрос, прозвучавший так же неожиданно:

— Знаешь ли ты, что приобретешь после этой церемонии?

И тут до меня дошло. Это не допрос. Это ритуал. Вопросы призваны заставить меня осознать свой выбор. Но почему братья не подготовили меня? Не знали или хотели услышать мой собственный, неподготовленный ответ?

Я снова посмотрела на них. На Каэла, чья мощь ощущалась даже отсюда. На Риана, в чьих глазах читалась успокаивающая уверенность. Я вспомнила, как один из них стоял у ворот, один против целого вооруженного отряда. Как они кормили меня с ладоней. А их прикосновения вчера были не только властными, но и… дарящими. Волна, на сей раз уже не холода, а жара, охватила меня, покрыв мурашками кожу.

Слова вырвались сами, тихие, но четкие, неожиданные даже для меня самой:

— Знаю. Я стану женой двух удивительных, благороднейших мужчин.

В зале воцарилась такая тишина, что я услышала, как бьется мое сердце. Жрец смотрел на меня и молчал. Прошло две, три, четыре секунды. Я почти успела испугаться, что все испортила, но потом кайронианец снова кивнул, на сей раз более определенно.

— Ответ принят.

Я выдохнула.

Жрец взял меня за руку. Его пальцы были холодными и цепкими, как корни старого дерева. Он подвел меня к братьям и поставил между ними. Затем вернулся на свое место на каменном пьедестале.

Началась основная часть церемонии. Жрец заговорил на родном наречии кайронианцев — гортанном, певучем, полном странных вибраций. Он говорил долго, его голос то взлетал, то опускался, словно плел заклинание. Потом он перешел на понятный мне язык. Я запоздало поняла, что он обращается ко мне.

— …и доказали перед лицом предков и императора право на этот брак, право на свой выбор. И я, верховный жрец Кайрона, не вижу препятствий к этому союзу.

Он повернулся к темноте, в которой угадывались смазанные силуэты безмолвных наблюдателей.

— Есть ли возражения у свидетелей?

Наступила напряженная пауза. Где-то в глубине зала послышался шорох, и чей-то низкий, уверенный голос произнес:

— У нас были сомнения. Выбранная в род женщина — чужая нашей культуре землянка. Но аргументы братьев и их готовность нести двойную ответственность… убедили нас. Возражения сняты.

Я не осознавала, что задерживала дыхание, пока не выдохнула с облегчением, расслабив зажатые плечи. Я поймала себя на мысли, что отчаянно хочу, чтобы все прошло хорошо. Конечно, я оправдывала это тем, что братья так старались, проходя все эти проверки. Но где-то в глубине души я уже почти была готова признаться себе, что причина была проще: Каэл и Риан мне нравились. Не как владыки, а как мужчины.

Жрец кивнул, благодаря свидетелей, и повернулся к братьям. Его лицо стало строже.

— Из-за происхождения вашей избранницы, церемония должна была быть усеченной. Однако, я принял решение провести ритуал в полном объеме, изменив лишь формат.

Я почувствовала, как братья по обе стороны от меня напряглись. Что-то изменилось в воздухе. Что-то пошло не так. Жрец заметил их реакцию.

— Вы желаете возразить? – ровно уточнил он, но в его тоне явственно слышалось предупреждение.

Каэл и Риан переглянулись. Их лица были непроницаемы, но я уловила тень сомнения.

— Нет, — коротко ответил Каэл, но в его голосе не было энтузиазма.

Жрец сделал вид, что не заметил заминки. Он кивнул и снова сошел с возвышения, взял меня за руку и куда-то повел. Но на этот раз не к центру зала, а в сторону, к краю освещенной площадки, а затем еще дальше, вглубь, к одной из арок. Сбитая с толку, я шла за ним, чувствуя на себе десятки невидимых внимательных глаз.

Жрец остановился перед темным проемом, который, как я теперь увидела, был дверью. Затем он повернулся ко мне, и прежде, чем я успела что-либо понять, накинул на мои глаза повязку из плотной, мягкой ткани, погрузив меня в абсолютную темноту.

— Протяни руки вперед, — тихо скомандовал он.

Дезориентированная, испуганная, я выполнила приказ, и вскоре не столько услышала, сколько почувствовала, как жрец отходит куда-то в сторону. Спросить, что происходит я побоялась. И осталась одна в полной, оглушающей тишине и темноте, с дрожащими, вытянутыми в пустоту руками.