Лекарка. Призрачная тайна - 2

Глава 15

Решив ещё немного побыть призраком, я отправилась в монастырь и снова изучила его от и до, помелькав перед всеми монахинями, которые там жили. Повезло буквально в последний момент - меня увидела одна из самых пожилых женщин, которая как раз выходила из подсобки.

Замерев, она уставилась на меня широко распахнутыми глазами, а потом тихо-тихо прошептала:

– Госпожа Агафья?

Отрицательно качнула головой, а вслух произнесла:

– Здравствуй, сестра. Ты видящая?

Женщина заторможенно кивнула, а я, радуясь, что в монастыре тоже теперь есть, с кем побеседовать, максимально доброжелательно уточнила:

– Скажи, нужна ли моя помощь в исцелении? Быть может, я могу облегчить чью-то душевную боль? Не бойся, я пришла с миром.

– Ваш голос так молод… Но я не припомню вас среди послушниц. Простите моё любопытство, госпожа. Но в какой год вы умерли?

Какая дотошная тётя!

– Давно, - вздохнула. - Очень давно. И не здесь. Как тебя зовут, сестра? Как мне к тебе обращаться?

– Устинья я, госпожа. А… вы?

– Зови Лекаркой, Устинья. Так что? Нужна помощь? Днём я слабею, хотелось бы успеть помочь нуждающимся до полудня.

Встрепенувшись, женщина торопливо закивала и позвала меня за собой, по дороге рассказывая, кто и с чем к ним обратился буквально на днях. Кто с кашлем, кто с подагрой, кто животом маялся, кого собака покусала… В основном жители ближайшего поселка, где не было своего фельдшерского пункта, но приходили и из города. В основном совсем малоимущие и старики, нуждающиеся больше в еде и крове, общении и утешении, чем в реальной медицинской помощи, но я уже и сама понимала, что душевная боль порой гораздо невыносимее физической. И едва ли лечится.

В итоге задержалась в монастыре почти до полудня, проявляя чудеса выдержки и терпения, выслушивая порой не самые приятные откровения тех, кто желал исповедаться, когда стало известно, что моё присутствие исцеляет (точнее не присутствие, а намэсто-мудра), и пускай люди не слышали и не видели именно меня, но все как один утверждали, что им видно исцеляющее сияние.

Не знаю, кто меня сдал журналистам, но когда я уже заканчивала исцелять совсем древнюю старушку, пришедшую в монастырь доживать последние деньки, чтобы не умереть одной в старом доме на отшибе и не сгнить, не погребенной, Акелла передал по мыслесвязи, что к монастырю подъехал фургон с логотипом Рязанской телестудии, и я поняла, что пора и честь знать.

– Устинья, - я отправилась к женщине, которая в этот момент прибиралась в процедурной, где только-только закончили делать перевязки. - Мне пора. Передай господам журналистам, что я не ищу известности и славы, мирские потребности мне чужды, а их навязчивое внимание неприятно.

– Журналистам? - озадачилась монахиня.

Не став отвечать на этот вопрос, я добавила:

– Изредка я буду приходить и помогать всем, кто в этом нуждается, но нечасто. В моём присутствии нуждаются бойцы на заставах. Если же возникнет острая необходимость именно в моей помощи, то дайте знать об этом светлому княжичу Константину Волконскому. Он на седьмой заставе служит, некромантом в должности штабс-капитана.

– Княжич? - с легкой оторопью повторила Устинья, кажется, даже мысли не способная допустить, что может запросто с ним пообщаться.

– Именно, - кивнула. - Но об этом не стоит особо распространяться. Понимаешь меня?

– Понимаю, госпожа. Всё понимаю, - тут же посерьезнела монахиня и неожиданно благословила меня знакомым жестом. - Дай свет вам сил и здоровья на все ваши благие намерения. Не сомневайтесь во мне.

Кивнув снова, я выскользнула из медпункта в сторону противоположную от входа и, позвав питомцев, поторопилась вернуться в город. Не забывая смотреть по сторонам и избегать людей, я оставила призраков прогуливаться в парке, а сама нырнула в тело и немного судорожно вдохнула, приходя в себя.

Благодаря тому, что с момента гибели бойцов на пятой заставе прошло порядка шести часов и всё это время я не сидела без дела, а вовлекалась в самые разные чужие судьбы, в груди уже не пекло и в глазах не щипало, но я всё равно полежала ещё немного, просто отдыхая и приходя в себя.

Вздрогнув от резкого телефонного звонка, взяла его в руки. Костя? Что случилось?

Мгновенно разволновавшись, поторопилась ответить.

– Алло?

– Ну слава стихиям! - выпалил некромант. - Где была?

– М-м… спала, - ответила настороженно. - А что случилось?

– Просто спала? - не поверил.

– В монастыре была, - не стала скрывать. - Людям помогала. Нашла там видящую монахиню, зовут Устинья. Пожилая и очень приятная женщина. Если что, она знает, что меня можно позвать через тебя. Имей в виду. А что случилось то? Надеюсь, не новый прорыв?

– Нет-нет, у нас всё спокойно, - последовал торопливый ответ. - За тебя волновался. Поутру на планерке докладывал капитан Тимирязев, командир пятой заставы. У них случился небывало мощный по численности прорыв. Снабженцев чехвостил, тебя благодарил. Говорит, если бы не твоя помощь, погибших было бы в разы больше. Лиза…

Уже почти зная, что он скажет, заранее прикусила губу и обняла себя одной рукой.

– Я надеюсь, ты не винишь себя?

– Виню, Костя. Знаю, что не всесильна… Но всё равно виню. - Я рвано выдохнула и торопливо сморгнула, чувствуя, что всё равно накатывают слезы, которых думала избежать. - А снабженцем вашим передай, что если не одумаются, то придет тетя Лекарь и пропишет им пятилитровую клизму. И так каждую ночь!

На том конце трубки подозрительно закашлялись, но спустя несколько секунд Костя очень серьезно пообещал:

– Передам. И не только это. Не думай, что мы им это с рук спустим. Кто-то там за линией фронта совсем расслабился. Ничего, напомним, что за измену Родине у нас и казнить могут. А ты отдыхай и не думай о плохом, договорились? Люблю тебя, моя смелая девочка. Береги себя. Увидимся ночью?

– Обязательно.

Не забыв сказать Косте, чтобы тоже себя берег, ведь я так его люблю, завершила беседу уже с улыбкой на губах, но стоило положить телефон на кровать, как я снова грустно вздохнула и какое-то время просто лежала, глядя в пространство перед собой.

Хватило минут тридцать, может сорок, чтобы я пришла в себя достаточно и встала. Для начала, чтобы одеться и позавтракать. Хотя скорее пообедать. В общем, поесть. Холодильник приятно порадовал разнообразием и я не стала размениваться по мелочам, взяв салатик повкуснее и к нему эклеры, ну а заварить свежий чай проблемы не возникло.

Пока ела, прикинула план мероприятий на день. В принципе… День-то уже и закончился. Учитывая, что в четыре у меня уже начинаются тренировки, а сейчас уже второй час дня. Хотя… Да, можно прогуляться до ближайшего гипермаркета и купить молоток с гвоздями. Заодно сама развеюсь.

Глянув за окно и убедившись, что погода портиться не планирует, надела легкий сарафанчик до пят, заплела волосы в косу, на макушку - соломенную шляпку, на ноги сандалики с плетеными ремешками, в руки сумочку из соломки, внутрь кошелек-телефон и, если не знать, что эти вещи - дорогущие брендовые новинки, то кажется, что я - простушка, приехавшая прямиком из деревенской глубинки.

Не забыв ни перчатки, ни ключи, мысленно связалась со своими призрачными питомцами, информируя, что хочу прогуляться до магазина, заодно интересуясь их предпочтениями. Сегодня ночью ребята проявили себя просто отлично, стоит их за это премировать как минимум вкусняшками.

Акелла тут же запросил мясную косточку, Борьке захотелось свежих грибов, Архимед был верен сосискам, Пинг и Понг пожелали миндальных орешков, а Жорик попросить перепелиных яичек. В общем, гурманы они у меня оказались, все в хозяйку!

Улыбаясь хорошему дню и своим мыслям, я спустилась вниз, прошла через двор и отправилась вдоль дороги к гипермаркету, попутно прикидывая, что хочу купить для ванной пену с каким-нибудь расслабляющим ароматом. Например, лаванда или ваниль. А может, корица и шоколад? М-м… Миндальное молочко?

Неожиданный визг шин за спиной заставил вздрогнуть и нервно оглянуться. Меньше всего я хотела попасть под машину! И пускай шла по тротуару, и до перекрестка было ещё метров пятьдесят, всё равно стало не по себе.

А потом…

Из большого черного внедорожника, который остановился практически за моей спиной, выскочили двое крупных незнакомцев, метнулись ко мне, и не успела я даже пискнуть и сориентироваться, как оказалась в машине. Более того - с заломленными за спину руками, которые сковали амагичными наручниками, а мне на рот со всего маху налепили какую-то странную штуку, похожую на скотч, только толще и мягче.

– М-м! - возмутилась с полным правом, не понимая, что вообще происходит. Какого хрена?!

– Мы взяли её, босс, - отчитался один из громил по телефону и я замерла, чтобы постараться расслышать ответ и опознать “босса” по голосу.

Увы, не получилось. Он произнёс что-то слишком приглушенно и неразборчиво, а ещё в тот самый момент ко мне пришел импульс от моей призрачной банды, которая была уже готова растерзать похитителей в клочья, так что пришлось отвлечься и просить их пока не спешить.

Сначала надо понять, что вообще происходит!

Меня похитили, чтобы… Что?

Убить? Ради выкупа? Шантажировать отца? Костю? Что?

И почему, черт возьми, я не могу спросить??? Ну очень хочется!

Понимая, что даже мычать бесполезно, я притихла и начала следить за дорогой, но увы, эти сволочи мне ещё и глаза каким-то шарфом завязали. Правда, я быстро сориентировалась и начала следить за дорогой глазами Акеллы, и очень удивилась, когда машина въехала в очень знакомый район, где находилась квартира Нарышкина. Что за…

Босс - Нарышкин?

Неужели узнал, что мы были у него ночью? Но как?! Он не мог меня видеть! Или…

Он планировал похитить меня изначально?

С внутренним содроганием вспомнив, что и моё фото было на той жуткой стене, причем ещё и перечеркнутое, хотя все пять лет Нарышкин не позволял себе рядом со мной ничего более скромного поцелуя в щеку, почувствовала неприятный липкий холодок страха, ползущий по спине. О, нет… Нет-нет! Я не хочу становиться его новой жертвой! Только не так!

Ребята, будьте готовы уничтожить мразь сразу, как только он появится! Просто будьте готовы!

Но вот мы подъехали к дому, на меня накинули какой-то мешок, затем вовсе завернули чуть ли не в ковер, отчего со стороны ни один случайный прохожий не опознал бы во мне похищенного человека, а затем так ловко и быстро утащили наверх, в квартиру, что можно было только поразиться такой слаженной работе.

И задуматься.

Как часто они проворачивали подобное?

Что-то мне подсказывает, что не впервые…

Радуясь, что могу видеть и слышать происходящее с помощью призраков, первым делом попросила их выяснить, кто ещё находится в квартире, пока меня несли в дальнюю комнату, где стояла широченная кровать и ничего более.

Удивилась, услышав, что никого, но всё равно расслабляться не спешила. Особенно когда меня выпутали из ковра, сняли мешок, грубо сорвали со рта наклейку, отчего я болезненно ойкнула, а затем с меня сдернули и обувь.

Замерев в центре кровати и во все глаза глядя на похитителей, один из которых задергивал штору, а второй деловито отзванивался пресловутому “боссу”, я тихо-тихо и по возможности жалобно уточнила:

– Что происходит? Кто вы? И зачем меня похитили? Вы знаете, кто мой папа?

– Заткнись, - скривился тот, кто отходил к окну, и сразу предупредил: - Орать не советую, помещение оснащено глушилками. Окно пуленепробиваемое. Но для верности оснащено и шоковым амулетом. Убить не убьет, но впечатления подарит незабываемые. А будешь паинькой… - смерил меня пренебрежительным взглядом, - глядишь, ещё и заработаешь. Босс любит покорных. Отдыхай и предвкушай предстоящую ночь, цаца. Сивый, идем.

Не обращая ни малейшего внимания на мои ошалелые глаза и практически отвисшую челюсть, мужчины ушли и я расслышала щелчок запираемой двери, но для верности попросила Акеллу проследить за этими двумя.

Ещё сильнее удивилась, когда они вышли не просто из комнаты, а полностью из квартиры и из подъезда, сев в машину. Там, не надеясь только на удачу, отправила следить за ними Пинги и Понга, а сама, прикинув свои шансы выйти из этой опасной ситуации без потерь, поняла, что мне нужно срочно уснуть.

Ах, если бы это было так просто!

Ещё и наручники не сняли, сволочи! Всё припомню! Всем припомню!

Хотя, если подумать, получается очень удачно. Очень! Теперь, главное, разыграть спектакль по нотам. И найти богатыря Юру!

Но сначала уснуть. Да, сначала надо уснуть.

Радуясь, что уже освоила нужную технику медитации, и примерно представляя, что Нарышкин приедет на квартиру только после пяти, ведь сегодня будний день и он работает (а отец у него в этом плане очень строгий, он сам неоднократно жаловался), тем не менее я не медлила ни секунды и сумела уснуть уже минут через семь.

Есть!

Вынырнув из тела, с досадой изучила свои покрасневшие губы, которым не пошла на пользу эта мерзкая липучка, затем призвала Акеллу ближе и оставила охранять своё тело, дав задание уничтожить любого, кто покусится на его неприкосновенность, потому что не собиралась надеяться только на удачу.

Да, будет намного лучше, если Нарышкина будут судить и посадят, предварительно хорошенько окунув в дерьмо, но я не буду сильно грустить, если эта мразь просто сдохнет.

Сама же, вспомнив адрес центрального отдела магконтроля Рязани, рванула туда со всех ног, и уже через пятнадцать минут залетала в кабинет номер семнадцать, где трудился оперуполномоченный Одинцов Юрий Никодимович. Не один трудился, а ещё с двумя товарищами. один из них, кстати, был видящим.

Ну а из-за того, что время было как раз обеденное, то ему не повезло подавиться супчиком с клецками, аромат которого витал по всему этажу.

– Простите, не хотела вас напугать, - извинилась с искренним сожалением, пока мужчина откашливался, а второй незнакомец шутливо стучал его по спине. - Мне нужен Одинцов. Попросите его взять в руки амулет для видения потустороннего.

– Юрыч… - кое-как прокашлялся сорокалетний дядечка с густыми рыжими усами и задорными веснушками, - тут к тебе призрачная дама. Говорит, Одинцова ей надо. Только я бы это… Не советовал. Она меня напрягает.

– Не говорите глупостей, - рассердилась. - Скажите ему, что я Лекарка! Он знает.

– Это Лекарка, - ещё более напряженно добавил рыжий опер. И тут до него дошло. - Лекарка? Та самая?

– Лекарка? - одновременно с ним выкрикнул Одинцов и торопливо полез по ящикам своего стола в поисках нужного амулета. Немного суетливо повесил на шею, заправил за ворот, крепко сжал поверх ткани и быстро сфокусировал взгляд на мне, давая понять, что тоже начал видеть. - Ядрен-батон, реально! Барышня, вы ж говорили, что днем ни-ни!

– Обстоятельства вынудили, - произнесла напряженно. - Один небезызвестный вам подозреваемый похитил Елизавету Апраксину. Не сам, через подчиненных. Девушка закована в наручники и заперта в той самой квартире. Понимаете, что это значит?

Одинцов понимал. Так понимал, что выдал настолько заковыристое ругательство, что я аж заслушалась.

– Юрыч, - напрягся третий, самый молодой и капельку смазливый брюнет. - Что происходит?

– Криминал, Паха. Грязный и мерзкий криминал, - процедил Одинцов. - Ситуация - хуже не придумаешь. Если облажаемся: либо сядем, либо сразу сдохнем. Волконский город с землей сравняет, если с Апраксиной хотя бы волосок упадет. Я его знаю, он мужик жесткий.

Черт! Костя!

– А Волконский тут при чем? - озадачился усатый.

– Апраксина - его невеста. На днях узнал. В общем, запутанная там история. Слишком. Помните висяк с девчонкой, которая в смятку? Сегодня утром как раз опознали.

– Жженая?

– Да. Наш клиент. Тот самый. - Говоря отчасти загадками, но в целом понятно, потому что я знала подоплеку дела, Одинцов чуть приоткрыл карты, хотя и приукрасив действительность: - Лекарка видела девчонку с подозреваемым накануне и по горячим следам нашла квартиру. Думал, как бы организовать слежку и облаву, а сейчас сами слышите, нет времени медлить. Так что по коням, ребята. Обмундирование против спятившего мага огня и подкрепление Витязями. Будем брать ублюдка.