Лживые слезы любовницы

Глава 28

Дверь в квартиру распахнулась, а у меня, кажется, остановилось сердце. Больше не бьется. Холодный пот по спине течет тонкой струйкой, и ноги подкашиваются. Еще чуть-чуть, и обморок мне обеспечен.

Поднимаю взор и смотрю прямо в глаза Сереже. О, вы бы видели его взгляд. Сколько ненависти скрывают вроде бы добрые глаза. Но я вижу другое.

Вижу, как напряжены его скулы, зубы сжаты до тихого скрипа. Уголки губ опущены вниз, что говорит об отвращении, которое он не может сдержать в себе. Пробивается…

Я же вложила в свой взгляд столько надменности, сколько во мне было. Всей, без остатка. Пусть Сережа ею подавится.

Тишина в прихожей становится подозрительной, и я решаю ее нарушить. Раз другого пути нет, нужно немного позлить политика, и будь что будет.

— Здравствуйте, Сергей Леонидович, — говорю нежным голоском, чем заставляю Ливанова старшего передернуться.

— Здравствуйте. — Грубо в ответ. — Что тут происходит?

— Привет, пап. Ничего не происходит, в институт едем, — спокойно отвечает Артем и берет в руки рюкзак. Сережа взгляд на меня переключает. Он видит, что одета я не для института: в футболке, шортах, без макияжа. Он не дурак.

— Я поеду на такси… — хотела было поскорее сбежать, но Артем:

— Я подвезу. Пап, позавтракаем в другой раз?

— В другой раз я буду занят. — Вновь грубо сыну. — Екатерина Андреевна пусть на такси едет, а мы с тобой поговорим.

— Пап…

— Я сказал, мы поговорим. — Тон надзирателя из колонии строгого… — Прошу, Екатерина Андреевна.

Сережа делает шаг в сторону, чтобы дать мне пройти, и я пользуюсь этим шансом. Пулей вылетаю из квартиры и чуть ли не бегом мчу до лифта. Только оказавшись в тесной кабине, я могу выдохнуть и улыбнуться. Мудак получил по заслугам. Пусть немного побесится.

Артема жалко. Парень сейчас огребется по полной, я-то знаю Сережу. Главное, чтобы этот козел не ляпнул чего лишнего. Да он не станет. Он никогда не признается сыну о романе на стороне. Он же строит из себя прилежного семьянина, правильного отца, а на деле — кусок дерьма, да и только.

Через два часа, когда я подъехала к институту, мне приходит сообщение:

«Ты чего деру дала? Отец нормально воспринял новость» — пишет Артем, а мне слабо верится его словам. Думаю, ему просто немного стыдно, что к нему относятся, как к ребенку, контролируя его личную жизнь.

«Новость?» — прикапываюсь к странному слову.

«Ну то, что мы вместе»

«А мы вместе?» — решаю вновь чуток доконать парня. Ему, значит, можно меня мучать, а мне что? Нельзя?

«Да. Ты еще этого не поняла?» — идеальный ответ. Именно тот, который хочет услышать, или в моем случае, прочесть каждая девушка. Без воды, четко, по делу. Уверенностью разит.

«Отец ругался? Сказал, что я тебе не подхожу?» — предугадываю слова Сережи.

«Типа того. Но не ему решать» — ну почему Артем такой? Почему он не может быть таким же уродом, как и его отец?

«На пару опоздал?»

«Ага»

«Ай-ай-ай», — пишу сообщение и улыбаюсь.

Да с ним я постоянно улыбаюсь. Прям заразилась улыбчивостью и не могу отвязаться.

«Пофиг. Приедешь сегодня?»

«Не-а», — все еще мучаю парня.

«Почему?»

«Выдержка закончилась», — не лгу. Выдержки и впрямь нет. Еще одна ночь вместе с ним в постели, и меня разорвет на части от того, что я не получаю желаемого.

«Хочешь, я приеду к тебе?» — спрашивает, а я не знаю, что написать в ответ. Не хочу пускать его в свою квартиру. В ней поселился грех, и никакими средствами его больше не вымыть. Он никуда не денется. Он устроился там навечно…

«Хочу к тебе…» — и даже сейчас хочу.

«Приезжай».

«С условием, что ты будешь готовить».

«Можно доставку заказать?»

«Ну уж нет. Тогда давай я?»

«Ты умеешь готовить?» — обидно слышать. Я не всегда могла позволить себе есть вне дома. И да, я умею готовить.

«Продукты сама куплю, с тебя пиво».

«Пиво?» — что его удивило. Я люблю пиво.

«Да».

«Ну ладно. Во сколько ждать?»

«Не раньше семи. Пары до вечера».

«Хорошо. Целую тебя…» — не допечатал, а у меня уже кольнуло внизу живота. Он дразнит, и я ведусь. А еще мне так это нравится. Но Артем все же дописал сообщение.

«В губки, в шейку, в пупок».

«Ха-ха-ха, в пупок ты меня еще не целовал».

«Сегодня я это исправлю».

Читаю последнее сообщение, на секунду закрываю глаза, чтобы вспомнить ощущение его поцелуев на коже. И бегом в институт. Я могу стаять посреди улицы и переписываться с парнем весь день, жаль, работу никто не отменял.

Последняя пара подошла к концу, и студенты освободили аудиторию. Кидаю телефон в сумочку, блокнот и хочу поскорее поехать домой, чтобы принять душ, заехать в магазин и к нему.

Делаю пару шагов от стола и еще не вижу человека, но знаю, что в аудиторию зашел Ливанов старший…