Липучка

Глава 17 Неприятный разговор

Отец был дома.

Хуже того, когда мы вошли во двор, он с шальной улыбкой и топором наперевес побежал к нам. У нас стоял высокий забор, и с дороги невозможно было оценить ситуацию, иначе бы я предложила Киру подождать в машине.

Но увы, Юсупова не миновала участь быть допрошенным моим отцом.

— Светулька! — воскликнул папа и сгрёб меня в крепкие объятия, бросив топор в траву.

Я охотно обняла его в ответ и прижалась к широкой груди.

— Хоть бы сказала, что приедешь! — пожурил отец и чуть тише добавил: — Ещё и не одна.

Ох, как же это было неловко. Вообще-то я никогда не приводила домой парней, поэтому совсем не понимала, что нужно делать. Представить их друг другу? Дать бразды правления одному из них? Бросить Юсупова на растерзание собаке по кличке Громик? Но всё получилось само собой.

Стоило мне отойти чуть в сторону, чтоб собраться с мыслями, как отец сделал уверенный шаг вперёд, а Кир в свою очередь шагнул навстречу. Они практически одновременно протянули друг другу ладони и коротко представились.

Вообще-то мой отец достаточно крепкий и высокий, с широкими плечами и светло-русыми волосами. Я думала, что Юсупов будет казаться мелким на его фоне, но нет — они были почти одного роста, Кир разве что в ширине уступал, что заставляло задуматься о том, сколько же он проводил времени в спортзале.

— Ох, сейчас сделаю чайку вам из настоящего самовара! С бараночками свежими! — с восхищённой широкой улыбкой отец бросился к беседке, где мы обычно сидели летом. К счастью, сегодня на улице светило солнце, и температура поднялась до рекордных двадцати градусов.

— Па, мы вообще-то только за цветами, — я покосилась на Кира и натянуто улыбнулась, мол, подыграй. Однако этот гад с готовностью ответил:

— С удовольствием попробую.

На меня он даже не посмотрел.

Они вдвоём уверенно пошли в наш небольшой сад. Без промедлений Кир стал помогать отцу с самоваром. Они залили воды, накидали мелких щепок в топку и подожгли всё это дело. Буквально через пять минут отец уже поставил трубу и разместил самовар на одной из лавочек беседки. И пока чай грелся, он тем временем побежал в дом, чтоб принести всё самое лучшее. Меня он тоже усадил на лавочку рядом с Юсуповым и строго наказал следить за всем.

— Прикольный у тебя батя, — задумчиво сказал Кирилл.

— Ты не видел моих родителей?

Юсупова-старшего мне пару раз удавалось застать неподалёку от школы, но это была скорее случайность, чем закономерность. Однако мои предки появлялись на собраниях и прочих активностях постоянно, как того требовали учителя.

И всё же вопрос прозвучал странно, будто Юсупов должен был следить за мной и сталкерить.

— Видел издалека, — кивнул Кир и задумчиво изрёк: — Но реальность оказалась другой. Мне он показался суровым, а он добрый.

— Так ты сюда ехал как на каторгу? — усмехнулась я.

От осознания, что Юсупов волновался, на душе потеплело. Он не успел ничего ответить, потому что прибежал отец с баранками, вареньем и целым подносом съестного. Я хотела было сказать Киру, что ничего дорогого, покрытого золотой фольгой или на кокосовом молоке он тут не найдёт, но промолчала. Решила посмотреть на его лицо.

И тут ждало удивление: сосед не кривлялся, а, кажется, с удовольствием уплетал баранки и запивал чаем под тихую беседу.

— Значит, с тобой живёт Света, — пробормотал отец.

— Приходится, — туманно ответил Кир.

Кому там что приходилось? Вроде как меня навязали ему, но он не знал условия, которые поставили его родители. Так что мы обоюдно терпели друг друга.

— Как там у неё с учёбой?

— Па! — возмутилась я.

— А что? — он сделал капельку виноватое лицо. — Нельзя уже узнать, как дела у дочери⁈ Безобразие! Просто спросил, ничего страшного, если твой друг не ответит.

— Почему не отвечу? — удивился Кир. Сколько бы я не подмигивала, сколько бы не подавала знаки, чтоб он немедленно замолчал, это не помогло. — Средне у неё с учёбой.

— Да неужели⁈ — в голосе отца сквозила горечь. Он окинул меня хмурым взглядом, словно одновременно хотел и утешить, и поругать.

— Математика ей даётся с трудом, — продолжал рассказывать Кир.

Никто не должен был знать, что мне трудно или плохо. И уж тем более родители! Особенно в нашей ситуации. Поэтому настало время крайних мер — я с улыбкой безумной гиены из мультика уставилась на Юсупова и ударила по ноге.

Сперва слегка, едва коснувшись, с тонким намёком. Однако этот намёк был проигнорирован.

Ну, гад, сам напросился.

Мы сидели рядом, и бить Кира было не очень удобно, но сильно толкнуть его коленом и привлечь внимание оказалось очень просто. Серые глаза забавно округлились, коричневые брови поднялись в немом вопросе.

— Да что ты говоришь⁈ — ужасался отец тем временем. — А ведь раньше Света даже в олимпиадах участвовала!

— Я в курсе, — с улыбкой отозвался парень.

Конечно, он был в курсе, потому что буквально слил меня с одной из олимпиад!

— Ладно, чайку попили, пора собираться, — громко сказала я, ударив ладонями об стол. Однако никто не обратил внимание на это. Отец продолжил допытываться:

— И насколько всё плохо? Её хоть не отчислят?

— Не отчислят, — уверенно отмахнулся Кир. — Я позанимаюсь с ней и прослежу, чтоб она не скатилась по оценкам.

— Мы надеялись, что она сможет перевестись на бюджет, — вздохнул папа.

Денег на обучение не хватало, и все наши надежды оставались на внезапно освободившиеся бюджетные места. Но я не хотела, чтоб Юсупов знал об этом. Где-то внутри сидел червяк сомнений в том, что всё получится, поэтому делиться с соседом и тем более ждать от него подлянки, как на олимпиаде, я не хотела.

— Тогда я подтяну её по некоторым предметом, — с готовностью ответил Кирилл и покосился на меня: — Готова учиться у лучшего студента на потоке?

— С чего это ты лучший?

Юсупов дёрнул плечами.

— Потому что так сказали в директорате? Пока рано судить, сессии ведь ещё не было, но по текущей успеваемости я лучший, — будничным тоном сказал парень. — Вот будет коллоквиум, там и посмотрим.

От одного только слова «коллоквиум» у меня засосало под ложечкой. Я была не готова. А вот Кирилл определённо отличался умом и сообразительностью. Он вполне мог стать лучшим студентом потока по успеваемости, не стоило даже идти к гадалке.

— Ладно, нам уже действительно пора собираться, — буркнула я.

— Может, ещё чайку? — несмело предложил папа.

— Нет, нам же ещё обратно ехать. Пойду проверю цветы.

— Я с тобой, — Кирилл с готовностью вскочил с лавочки. — Не будешь же ты сама их таскать.

Горестно вздохнув, я кивнула. Не хотелось оставлять Юсупова вместе с отцом. Мало ли что он ещё мог разболтать?

Видимо, папа готовился к тому, что цветы рано или поздно заберут, потому что все горшки аккуратно стояли сразу в коридоре. Стоило нам оказаться в доме, как Кирилл зашептал:

— Комнату свою покажешь?

Верх наглости.

— Конечно, нет, — фыркнула я и махнула рукой на большое лимонное дерево примерно полтора метра в высоту. — Хватай и тащи в машину.

Юсупов внимательно рассмотрел растение, склоняясь то в одну, то в другую сторону.

— Оно вообще влезет? Ты бы хоть сказала, что тут грузовик нужен.

Машина у Кирилла и правда была небольшой, к тому же тот факт, что задней двери не было в принципе слегка осложнял процесс погрузки. Но ведь никто никого не заставлял ехать. Сам напросился.

— Меньше болтай, больше делай.

Со вздохом Кир сдался и начал носить растения в автомобиль. Я проверяла, всё ли в порядке, и заклеивала землю бумагой у некоторых горшков. Минут через пять присоединился и отец. В итоге за полчаса мы переместили всю мамину оранжерею в тачку Кирилла.

— Когда в следующий раз приедешь? — уточнил папа.

Мы уже стояли около заведённой машины и ждали, пока хоть немного прогреется двигатель.

— Пока не знаю, — честно призналась. Я банально не хотела тратить лишние деньги на билеты, к тому же мама планировала оставаться в Санкт-Петербурге ближайших полгода.

— Если что, сам к тебе в гости нагряну, — усмехнулся отец, пригладив растепавшиеся светлые волосы. Он посмотрел на Кирилла и с улыбкой уточнил: — Пустите старика переночевать?

— Конечно, — спокойно согласился Кирилл.

Я ещё раз на прощание обняла папу и забралась в салон. Юсупов практически последовал моему примеру, но не успел. Через лобовое стекло было прекрасно видно, как отец пожимает руку парню, наклоняется и что-то говорит. Строго, сурово, со сдвинутыми бровями. А Кир что-то отвечает и кивает.

Было похоже, что они о чём-то договариваются. Съездить вместе на охоту, выкопать поле картошки или заставить меня смущаться в сто раз сильнее, чем это в принципе возможно. Или мне просто казалось? Потому что длилось всё это секунд пять, не больше. Либо это были самые быстрые переговоры в мире, либо я начала сходить с ума.

— О чём болтали? — уточнила, как только Кир забрался в салон.

— Да так, парочка угроз охотничьим ружьём и свиньями, ничего интересного.

Действительно, прозвучало очень даже обыденно. Но я была уверена, что папа не стал бы угрожать Кириллу. Зачем? Он ведь не знал, что благодаря его длинному языку я осталась без места на бюджет, и теперь им с мамой приходилось оплачивать обучение.

— А если серьёзно?

— А если серьёзно, — Юсупов недобро прищурился, бросив на меня быстрый взгляд, — то любопытной варваре на базаре нос оторвали. Если ты разговор не слышала, значит, так было надо.

— Козёл, — буркнула себе под нос, чем вызвала улыбку на лице соседа.

Дальше мы ехали молча, без драк за аудиосистему, уставшие и немного злые. Вернулись домой только в половину десятого, а полностью смогли расслабиться исключительно после десяти, когда все цветы были перенесены домой на тёплую лоджию и парочка чашек кофе остывала на барной стойке.

— И как ты будешь за всем этим ухаживать? — глухо поинтересовался Кирилл, со стоном размял шею и сел на диван.

— Я уже привыкла. Ничего сложного, просто поливать, иногда подкармливать, кого-то пшикать из пульверизатора, листья протирать. Ну, и ещё проверять, не завёлся ли никто на листьях.

— Звучит как нечто очень сложное, — протянул Юсупов и вздохнул. — Ладно, кофе уже не поможет, я спать. Помою кружку завтра.

Это было необычно, потому что Кирилл предпочитал всё убирать сразу и наводить чистоту, так сказать, не отходя от кассы. Если что-то упало — подмести или поднять, разбилось — убрать осколки и протереть всё вокруг. Видимо, он очень сильно устал.

Впрочем, как и я. Даже решила оставить душ на утро — настолько сильно мне не хотелось ничего делать. Просто переоделась в пижаму и легла в кровать.

Однако через пару минут, когда глаза уже начали слипаться, на тумбе зажужжал телефон. Павлито недовольно мяукнул и начал требовать выпустить его из комнаты, так что я не смогла проигнорировать звонок. К тому же на экране высветилось «Сергей Витальевич».

Нельзя было не ответить.

— Алло.

— Добрый вечер, Светлана, — приторный тон мужчины мне не понравился сразу. — Как ваши дела?

— Хорошо, — зачем-то призналась я, хотя понимала, что Юсупов-старший звонит не ради того, чтоб узнать о моём самочувствии.

— А вот мои не очень, Светлана, — горестно вздохнул мужчина. — Представляете, моему сыну плохо. Если сыну плохо, то плохо и мне.

Сердце замерло на мгновение. Что с Кириллом?

— Вы же помните о том, что деньги с карты мне нужны на лечение нашего младшего ребёнка? — сухо уточнил мужчина.

— Да, — прохрипела я.

— Так вот лечение требуется срочно, Светлана, — с нажимом проговорил Юсупов-старший. — Очень срочно! Этот паршивец не хочет, чтоб брат вылечился, потому что ему, видите ли, всегда доставалось меньше родительской любви! Наш сын может умереть только из-за того, что Кирилл не хочет идти навстречу. И потому что вы, Светлана, потворствуете этому и бездействуете.

— Я не…

— Не перечьте, золотце моё, ваши действия говорят за себя, — снисходительно усмехнулся мужчина. — Мне нужны результаты, Светлана. В ближайшее время!

— Что я могу сделать, если карта постоянно при нём? — нервно прошептала я.

Из трубки послышался низкий густой смех.

— Вы же девушка, Света. Привлекательная, молодая. Вот и пользуйтесь этим.

— Я не буду… — гневно зашипела я, представляя, как соблазняю Юсупова.

— Тогда найдите другой выход, — строго припечатал он. — Даю две недели, потом будем общаться по-другому. До свидания, Светлана.

— До свидания, — прошептала я, услышав в трубке короткий сигнал.

Кажется, всё снова пошло не по плану.