Дрожащими от волнения руками закрыла дверь на замок в номере отеля и, прислонившись, прикрыла глаза. Сердце билось, как сумасшедшее. Даже не верится, что всё так гладко прошло.
Я загримировалась, надела одежду тёти и её парик и через чердак добралась до последнего подъезда. Выйдя из него, я, словно прихрамываю, опираясь на трость тёти, направилась в сторону автобусной остановки, немного покружила по городу и, наконец, добралась до одной из остановок пригородных электричек. Купив билет, направилась на перрон.
Господи, пока она пришла, думала, что умру от страха! Постоянно ждала, что ко мне подойдут люди Булатова.
Но обошлось, и вот я тут.
Можно выдохнуть.
Нет, рано ещё радоваться, опасность не миновала.
Так… Нужно привести себя в порядок, смыть старый грим и сделать новый — явно уже вычислили всех, кто выходил из моего дома.
Нужно поторапливаться, времени мало. Через три с половиной часа будет рейсовый автобус, который довезёт меня деревни Низино, там я пересяду на попутку. Надеюсь, к ночи доберусь до посёлка Серпухова, оттуда рукой подать до переправы. Нужно ещё перекусить — утром толком поесть не успела.
Достав комплект новой одежды, я направилась в ванную. Быстро привела себя в порядок, переоделась и решила хоть полчасика отдохнуть — неизвестно, когда теперь смогу себе позволить подобную роскошь. Вернее, знаю, что два дня мне этого точно не светит. Нужно как можно скорей добраться до заброшенного дома лесника и там затаиться.
Мы с тётей три года назад на его сторожку случайно наткнулись. Не хоромы, конечно, но чтобы скоротать там несколько дней пойдёт. Осталось мелочь — до неё добраться, а путь, увы, не близкий. Два дня уйдёт, чтобы только добраться до леса, где она находится, и ещё четыре часа по непролазной чаще до него топать. Ничего, не первый раз такое расстояние преодолеваю, каждый год пару раз с тётей такие марш-броски делали. Вот теперь я понимаю, для чего были нужны эти экстремальные тренировки.
Решив, что гримироваться буду чуть позже, утолила голод наспех приготовленными бутербродами и легла отдохнуть. Как назло, расслабиться не выходило. Дурные мысли лезли в голову. Разумеется, я до дрожи боялась встречи с женихом. И всё же пыталась прикинуть, как с ним себя вести, когда он меня найдёт. Но чем больше об этом думала, тем страшнее воображение рисовало картины нашей встречи.
Плюнула, решила подумать о хорошем, чтобы немного успокоиться. Вначале вспоминала счастливые мгновения своей жизни. Но когда в моей памяти всплыл наш последний разговор с Андреем — стало дурно.
— Что я наделала! — подскочила с кровати, схватившись за голову. — Идиотка! Зачем поддалась эмоциям? Зачем его поцеловала? А вдруг реально за мной следили? Булатов же убьёт парня!
Меня буквально затрясло от ужаса. Я уже не за себя боялась — плевать, что со мной будет. Андрея жалко — он же не виноват, что я сглупила!
— Господи, что мне теперь делать?
Я села на кровать. Такое ощущение, что все силы покинули тело.
Хоть возвращайся!
Нет, не могу, тогда девочек подведу.
Тогда что?
Думай, Алина, думай…
Поднялась с кровати и заходила из стороны в сторону по комнате. Может, ему позвонить и попросить, чтобы спрятался на пять дней? Точно! Этого времени хватит, девочки уже будут далеко, и я могу вернуться к Эльдару. Постараюсь уговорить мужчину не трогать Андрея, если об этом зайдёт речь. Всё-таки надеюсь, что он ничего не знает, но подстраховаться я должна.
Только я направилась к сумке, чтобы достать тётин телефон — свой оставила дома, — как дверь с грохотом открылась и ударилась о стену. Я повернулась и потеряла дар речи. Да что там, у меня чуть сердце от ужаса не остановилось — в дверном проёме стоял Эльдар!
Сейчас он мне напоминал самого дьявола, что явился из преисподней по мою душу. Непроизвольно я попятилась от мужчины, его тёмный, как сама бездна, взгляд ввергал в ужас.
— Хотела упорхнуть? — от низкого голоса Булатова дрожь пробегает по телу.
Сердце забилось в бешеном ритме, напоминая птицу, что бьётся о стенки клетки, пытаясь выбраться на свободу.
— Я не понимаю… — произношу чуть слышно, продолжая отступать от мужчины.
Господи, чего я несу?!
Он же не знает, что я собиралась вернуться. Даже если сейчас скажу — не поверит. Остаётся только одно — смириться и с достоинством принять наказание, сопротивляться и оправдывается бессмысленно. Его горящий ненавистью взгляд говорил, что я пожалею о своей выходке.
Знаю.
Но вот только…
Как бы я мысленно себе ни твердила, что готова к последствиям, в реальности всё иначе.
Я совсем не готова.
Мамочка, как же страшно!
— Хватит играть со мной, Алина! Раздевайся, хочу проверить, как ты берегла себя для меня, — со зловещей ухмылкой на лице он принялся развязывать галстук.
Что?
Нет, наверное, это сон.
Да, скорее всего.
Эльдар так не может со мной поступить, мы же ещё не женаты.
Да, точно, это просто кошмар.
— Живо! — пророкотал он, заставив меня вздрогнуть. Я замерла. А он подошёл и, схватив рукой за подбородок, приподнял лицо. — Думала, что сможешь от меня сбежать, дрянь лживая!
После его слов ноги подкосились, и в голове гулко пульсировала только одна мысль: нашёл… Нашёл! И только тьма, поглотившая меня, временно отсрочила общение с будущим мужем.
Эльдар
Когда я подъехал к отелю, уже почти успокоился. Но стоило подойти к двери, гнев, словно раскалённая лава, заструился по венам. Я мог понять её попытку сбежать: люди часто из-за страха совершают необдуманные проступки. Но на обжимание с этим парнем я закрыть глаза не в силах, это уже край.
Я же предупреждал!
Если за себя она не боится, так хоть бы его пожалела. Только ей плевать на всех — я это уже понял. Психанул и пинком открыл дверь в её номер.
Алина увидела меня, и в её взгляде отразился ужас. Сразу в памяти всплыл снимок, где она смотрела на смертника с Вселенской тоской. Понимаю, что она не обязана меня любить. И не требую от неё этого. Но зачем на меня смотреть, словно я зверь? Я её что, в подвал с крысами посадил? Или грозился всю жизнь держать на привязи, словно рабыню? Не было такого и не собираюсь впредь.
Чего она испугалась, а?
Я ведь ей дал понять, что не держу зла за то, что всё это время от меня бегала. Отпустил, чтобы линий раз не нервировать и дать время привыкнуть.
Увы, не оценила.
Да похрен!
— Хотела упорхнуть? — строюсь усмирить свой гнев и говорить спокойно.
И мне это практически удалось, пока не услышал её:
— Я не понимаю…
Она не понимает?
Серьёзно?!
Ну всё, сама напросилось!
— Хватит играть со мной, Алина! Раздевайся, хочу проверить, как ты берегла себя для меня. — Застыла, словно статуя, глазёнками испуганно хлопает. Но мне уже плевать, я пошёл в разнос. Взбесило её невинное «я не понимаю». — Живо! — рявкнул, и она дернулась как от удара. Подошёл к ней, схватил рукой за лицо, подняв его — хотел посмотреть ей в глаза. Что я там надеялся увидеть? Раскаяние? Ага, размечтался. Смотрит на меня, словно я всемирное зло! — Думала, что сможешь от меня сбежать, дрянь лживая?
У бедняжки ножки подкосились, и она решила уйти от ответа привычным для дам способам — упасть в обморок.
Да ладно?
Думает, меня этим проймёшь?
Не с тем ты эту игру затеяла. Знаю я ваши все трюки, вы вечно если не в обморок падаете, то рыдаете в три ручья. Только у меня на эту хрень с детства иммунитет выработался.
Подхватил её на руки и отнёс на кровать. Глазами поискал воду — не бить же её по щекам. Пусть я и чертовски зол на неё, но до такой степени опускаться не собираюсь. Нашёл графин и налив в руку воду, плеснул Алине в лицо. Моя лживая вздрогнула, и реснички на её глазах затрепетали. Отлично, приходит в себя. Нужно ей успокоительное сейчас дать, специально для неё прихватил с собой — как знал, что истерить начнёт.
Хотя нет, сейчас Алина будет изображать их себя жертву, а из меня делать монстра.
Как я и предполагал, она распахнула глаза и с ненавистью уставилась на меня.
Очень предсказуемо, и от этого мерзко на душе.
Если бы она только знала, как меня разочаровала… А может, это и к лучшему, что она сейчас показала истинное лицо? Не успел я ещё полностью врасти в неё, вовремя отрезвила.