ГЛАВА 19

Я СИДЕЛА НА КРЫЛЬЦЕ. ДВЕРЬ ХЛОПНУЛА, И РЯДОМ со мной уселась гиена. Или, может, она была мужчиной. С гиенами трудно разобраться: они представляли собой странное андрогинное существо. В дикой природе доминировали самки: по иерархии первыми шли они, потом детеныши и только потом самцы. Учитывая, что самки пятнистых гиен обычно крупнее самцов и щеголяют достаточно большим клитором, не уступающим в размере пенису самцов, и способным к эрекции, такая иерархия имела смысл.

Конкретно эта гиена была небольшого роста с синими, вертикально торчащими волосами. Она заметила, что я их рассматриваю.

— Нравится прическа? Могу сказать, кто сделал. Но, конечно, на тебе она не будет смотреться так же хорошо, как на мне. — Женщина мне подмигнула.

— Я в этом уверена. И почем у вас можно сделать газовую горелку на голове?

Гиена расхохоталась и протянула мне бутерброд.

— Ты в порядке. Вот, притащила тебе пожрать.

Я принюхалась к бутерброду.

— Что там? Сперма или измельченные тигриные яйца?

— Салями. Ешь. Вкусно, и это то, что тебе сейчас нужно.

Я думала, что не доем, но после первого же укуса поняла, что хочу еще.

— Как она? — спросила я, перед тем как откусить следующий кусок.

— Все хорошо, — гиена вздернула бровь и кивнула. — Она крепкая боуда.

— Будда?

— Боуда. Гиена-оборотень. Хотя, если тебе нужны подробные объяснения, твоя девочка… — Она осеклась на полуслове. — Если тебе нужны подробные объяснения, я не та, кто их даст. Называй нас боуда. Так правильно, — она принюхалась. — Гости. Люблю посетителей к ужину.

Из-за деревьев вышел знакомый мне мужчина, двигаясь уверенно и целенаправленно, он выглядел так, будто собирался кого-то ударить. Ростом шесть футов два дюйма, с кожей цвета кофейной гущи, он был одет в длинный черный кожаный плащ почти полностью скрывающий его тело. Единственное, что угадывалось под черной футболкой, говорило, что мужчина состоял только из мышц.

Его манера держаться свидетельствовала о злобном нраве. Ясным днем на оживленной улице толпы народа расступалась перед ним, как Красное море перед Моисеем.

Мужчина остановился в нескольких ярдах от крыльца.

— Вау, зашиби меня перо! У нас на пороге сам начальник бюро расследований, — боуда ухмыльнулась, и это была вовсе не приветственная улыбка.

— Привет, Джим, — сказала я.

Тот не посмотрел на меня.

— Он хочет знать, что происходит. И хочет, чтобы она явилась в Башню. Сейчас.

— Теперь говоришь о себе от третьего лица, да? — боуда улыбнулась.

Джим высоко задрал подбородок.

— Каррану нужна информация. Не заставляй меня входить в этот дом без приглашения.

В глазах боуды полыхнул темно-красный огонек. Она разразилась сумасшедшим истерическим хохотом и наклонилась вперед, обнажая зубы. Лицо превратилось в голодную гримасу.

— Только сделай шаг, киса! Давай, нарушь закон. И отведаешь клыков дочери Кури, если посмеешь. Я буду широко улыбаться, когда твои кости захрустят у меня на зубах.

Она лязгнула пастью и облизала губы. Джим с рычанием оскалился. Две гиены выплыли из-за дома, словно акулы, клацая зубами и рыча.

Я поднялась и кивнула Джиму.

— Дай мне минутку. В качестве личного одолжения.

Ни один мускул не дрогнул на его лице. Демонстративно медленно мужчина сделал два шага назад и замер в ожидании.

В ванной, на мраморе, едва заметная за одной из самок и Тетушкой Би, сидела Андреа. Боуда-самец перебирал пальцами ее влажные светлые волосы, что-то высматривая.

— Мне надо идти…

Боуды расступились, и Андреа показалась полностью. Ее кожа была покрыта короткой шерстью и усыпана одинаковыми черными пятнами. Я никогда не видела столь пропорциональной формы у оборотня в образе зверя, кроме Каррана. Единственным недостатком оставались руки: слишком длинные, они доставали почти до колен. Мне потребовалось всего мгновение, чтобы осознать: у Андреа видна грудь. Нормальная человеческая грудь. У большинства женщин-оборотней в переходной форма она либо была крошечной, либо вообще проявлялась рядом сосков.

Андреа взглянула на меня. Человеческие лоб и глаза, темная морда и челюсти гиены плавно перетекали друг в друга. Результат был отвратительный, но представлял единое целое.

— Нашел! — парень подцепил что-то когтями.

Тетушка Би обхватила голову Андреа.

— Давай!

Самец сорвал маленький темный предмет, за которым полетело несколько капель крови. Андреа тихо застонала. Тетушка Би отпустила ее, парень наклонился и нежно лизнул шею.

— Рафаэль влюблен, я уверена, — ухмыльнулась девушка-боуда.

Андреа приложила к голове скомканное мокрое полотенце и посмотрела на меня.

— Кейт? Ты куда?

Слова выходили поразительно понятными, и голос совсем не изменился.

— Карран хочет поговорить со мной. Он прислал Джима, и лучше бы мне пойти.

Андреа глубоко вздохнула.

— Я — сангнат.

По её тону я поняла, что у этого слова какое-то глубокое значение, но мне оно ни о чем не говорило. Видимо, непонимание отразилось на лице, потому что Тетушка Би сложила руки на коленях и сказала:

— Ты помнишь Корвина?

— Котоморф. Он умер, защищая Дерека.

Вирус ликантропии действовал в обе стороны: одинаково поражал и людей, и животных, забирая у жертвы фрагменты ДНК и иногда вводя генетический код человека животному. Очень редко в результате получался звероморф, который из зверя обращался в человека. Большинство из них оказывались идиотами и быстро умирали, но некоторые, такие как Корвин, учились говорить и становились полноценными личностями.

Тетушка Би кивнула.

— Хороший парень. Здесь часто бывал.

— Любил поиграть, — добавила девушка-боуда.

— Да, любил. Только стрелял холостыми, вреда не было.

Тетушка Би взглянула на меня.

— Ну, этого следовало ожидать, звероморфы стерильны, — сказала я, чтобы не молчать.

Её лицо чуть вытянулось.

— Не всегда.

— О.

— Изредка, очень-очень редко, у них получается сделать детей.

— О.

Андреа вздохнула.

— Иногда эти дети выживают.

— Ты ребенок гиеноморфа? — просто выпалила я.

Всех передернуло.

— Да, — сказала она, — я сангнат. Мой отец — гиена по рождению.

Теперь все встало на свои места. Андреа не подцепила вирус ликантропии во время нападения, она такой родилась.

— А Тэд знает?

— Возможно, подозревает, но у него нет никаких доказательств.

Я пожала плечами.

— Я ему не скажу, если не скажешь ты. Что случилось с Джули?

— И все? — вмешалась девушка-боуда. — Тебе просто все равно, что она дитя животного?

— Да. А что? Что все-таки случилось с Джули?

Все боуды уставились на Тетушку Би. Та посмотрела на меня.

— Кодекс гласит, что все мы изначально люди. Рождены людьми и умираем людьми. Это естественная форма, доминирующая. Мы должны отстаивать это и ставить выше зверя, потому что это в нашей природе.

— Сангнаты рождаются зверем, — мягко сказала Андреа, — а значит, наша естественная форма — животное, но по мере взросления мы теряем способность обращаться в зверя, потому что гибриды. Таким образом, я животное, рожденное уродом. Неестественна.

С ума сойти!

— Андреа, ты — мой друг. У меня друзей немного. Кем ты была рождена, как ты выглядишь и что об этом кто-то думает — для меня значения не имеет. Когда мне требовалась помощь, ты помогла, вот что важно. А теперь, пожалуйста… пожалуйста, скажи, что случилось с моим ребенком?

Нос Андреа дернулся. Она издала нервный смешок и тут же подавила его.

— В хранилище пришел мальчик-бродяга.

— Рэд.

— Да. Джули сказала мне, что он ее парень. Он был весь в крови и рухнул у двери. У Джули началась истерика. Я открыла дверь, и мальчик что-то бросил в меня, какой-то порошок. — Она поморщилась, обнажив белые зубы. — У меня в черепе был шаманский амулет, который не давал обращаться во время всплеска. Обычно проблем не возникало, но волна магии была слишком сильной. Что бы мальчик там ни сделал… — Андреа подняла руки, — это подействовало на амулет. Я начала превращаться, но не смогла сделать этого полностью. Он схватил Джули и вытащил ее наружу.

Я была зла. Очень! Очень зла на Рэда.

— Твой меч дымится, — заметила девушка-боуда.

— Бывает, — мой голос прозвучал сухо. Вот маленький засранец. Какого демона он творит? И где я собираюсь его искать? В городе имелась куча мест, где двое бездомных детей могли легко укрыться. Шанс десять миллионов к одному, что ривы отыщут их раньше меня.

Тетушка Би подалась вперед.

— По традиции всех сангнатов убивают при рождении. Если кто-то из старших оборотней выяснит, что она здесь, вокруг моего дома соберется толпа.

Парень-боуда облизнул губы.

— Это может быть весело.

Тетушка Би вытянула руку и небрежно отвесила ему подзатыльник.

— Уоо.

— У меня на пороге котенок Каррана?

— Да.

— Он уже почуял Андреа и обязательно доложит. Тебе придется рассказать Каррану. И лучше не врать.

— Приму это к сведенью. — Я вышла из комнаты.

Загрузка...