Медленный яд...

Глава 5

Ашер продолжает прожигать меня взглядом. Откуда я это знаю? О, сложно не заметить дикую энергетику, что обрушилась на моё бедное трясущееся тельце. Его энергетика заставляет кожу покрываться липкими мурашками. Это не просто взгляд — это будто осязаемое давление, словно он физически касается меня, пытается придушить своими жуткими глазами. Я стараюсь не подавать виду. И вообще притворяюсь, что не замечаю его.

Замечаю лёгкое движение. Ашер опускается на диванчик прямо напротив меня. Его движения неторопливы, почти ленивы, но в них чувствуется какая-то угроза. Блондинка, не отставая ни на шаг, тут же пристраивается рядом, буквально прилипая к его плечу. Она трётся о него, как покорная кошка, ищущая ласки у хозяина, то наклонится к нему, то проведёт рукой по его предплечью, то томно вздохнёт, будто хочет напомнить всем вокруг, что он принадлежит ей.

Блин, эта девушка даже не знает, чем занимался этот хищник в вип-комнате.

Перед глазами всплывают две девушки, которых я случайно встретила по пути в уборную. Они выходили оттуда — из той самой комнаты, где Ашер чуть не… Я обрываю мысль, не позволяя себе додумать до конца. Их растерянные взгляды, сбившиеся причёски, дрожащие руки — всё это говорило без слов. Они точно там не байки и не анекдоты травили.

И почему он затащил меня после них? Неужели не насытился двумя девушками? Эта мысль заставляет меня содрогнуться. В груди разрастается ледяной ком, а в горле встаёт горький привкус паники.

Боже…

Облизываю пересохшие губы, пытаясь хоть немного увлажнить их, но во рту всё равно остаётся ощущение сухости, будто я проглотила горсть песка. Старательно избегаю смотреть в сторону именинника. Боюсь, что если встречусь с ним взглядом, он сразу поймёт, как сильно я напугана. Вместо этого перевожу взгляд на Эрика. Он улыбается, беззаботно болтает с Леоном, смеётся над какой-то шуткой и даже не подозревает, в каком состоянии я сейчас нахожусь.

Я сжимаю под столом кулаки, пытаясь унять дрожь в пальцах.

Только бы у Ашера была плохая память на лица. Было бы шикарно, если бы у него было плохое зрение.

Очень надеюсь, что он меня не вспомнил…

— Слушай, Ашер, звонил Алекс и приглашал к себе. Рванём к нему после клуба? — раздаётся голос того хищника, что всё это время сидел с видом смертельно скучающего человека, время от времени бросая равнодушные взгляды по сторонам.

— Заманчиво, — отвечает Ашер. Его голос такой пронизывающий, что мне становится ещё страшнее.

Я не вижу его лица, потому что делают вид, что сосредоточенно наблюдаю за танцующими девушками. Он сидит напротив, но я ощущаю его взгляд каждой клеточкой тела. Правая половина лица горит, будто её касаются невидимые иглы, кожа покалывает.

— Эрик. Понравились горы? — обращается Ашер к моему парню, и в его тоне сквозит что-то едва уловимое, то ли насмешка, то ли вызов. Не разобрать.

— Да, было супер. Спасибо, что посоветовал это местечко, — с искренней улыбкой отвечает Эрик.

В его голосе звучит неподдельная радость, и на мгновение мне становится стыдно. Он ведь ничего не знает. Не знает, что всего двадцать минут назад этот самый человек, сидящий напротив, пытался…

Эрик рассказывал, что он после школьного выпускного побывал в горах. И эти места были поистине шикарными. Обещал, что покажет мне их обязательно.

— А это моя девушка. Её зовут Карина, — произносит Эрик, и у меня душа уходит в пятки.

Блин, не надо было меня представлять этому ненормальному!

Поднимаю на него глаза инстинктивно. Взгляд Ашера почти не меняется, но в глубинах его зрачков я замечаю тень, такую зловещую… Он знает. Узнал меня. Помнит, как я зарядила ему коленом между ног, как вырвалась из его хватки и убежала.

Меня затрясло с удвоенной силой. Руки, лежащие на коленях, дрожат так, что это уже невозможно скрыть. Я чувствую, как у меня дёргается левый глаз и мне приходится их прикрыть. И, конечно, это не ускользает от Эрика.

Он на мгновение замолкает, взгляд его становится внимательнее, в нём мелькает тревога.

— Кана, ты в порядке? — спрашивает он, наклоняясь ко мне. — Ты какая-то бледная.

Я пытаюсь улыбнуться, но губы не слушаются.

— Да… всё нормально, — выдавливаю из себя, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Просто немного жарко здесь.

Он гладит меня по заледеневшей руке, но это никак не помогает мне успокоиться.

— Карина, — медленно, с тягучей, почти гипнотической интонацией проговаривает Ашер, растягивая слоги моего имени так, словно пробуя их на вкус. — Твоя девушка. Ну, привет, Карина, — в его голосе скользят металлические нотки, холодные и острые.

Я шумно выдыхаю, пытаясь собраться с мыслями. Губы снова пересохли. Я облизываю их. Слова вырываются из меня поспешно, почти сбивчиво:

— П-привет! С Днём Рождения…

— Как мило, — отзывается он. Я не вижу выражения его лица, но чувствую всем существом, он явно раздражён. Нет, даже не так — Ашер в ярости. Эта ярость витает в воздухе, от которой волоски на руках встают дыбом, а в груди разрастается ледяной комок.

— Ты чего такой напряжённый? — с лёгкой усмешкой в голосе спрашивает Леон, будто не замечая накалившейся атмосферы, будто вокруг не сгущаются свинцовые тучи.

А я вот их всем телом ощущаю. И чует моя задница, что надвигается не просто гроза…

— Знаешь, — мрачно начинает Ашер, и в его тоне звучит такая тяжесть, что даже воздух будто сгустился, стал плотным и осязаемым, — помнится, ты спрашивал у меня, какой подарок я хочу на день рождения, — он делает паузу, и в этот момент я невольно поднимаю на него взгляд. Наши глаза встречаются. Его пожелтевшие от ярости, пронизывающие, словно два раскалённых угля, впились в мои, прожигая насквозь. — Я решил.

Вокруг будто стало тише. Музыка, гул разговоров, звон бокалов… всё отошло на задний план, оставив только этот напряжённый диалог и тяжёлый взгляд Ашера, от которого захотелось съёжиться и исчезнуть.

— Да? — оживился Леон, не скрывая любопытства. — И что же это?

А я замираю. Внутри нарастает нехорошее предчувствие. Такое острое, что хочется закричать или раствориться в воздухе. Я таращусь на Ашера, не в силах оторвать взгляд. Вижу каждую его эмоцию, от кипящей ярости до чего-то более страшного, всепоглощающего, тёмного, как бездонная пропасть. Его глаза сверкают, отражая неоновый свет ламп, а на губах растягивается зловещая улыбка… Нет, нет. Не тёплая, не дружелюбная, а хищная и предупреждающая.

— Я хочу её, — говорит он, не отрывая взгляда от меня.

А я едва сознание не теряю. В ушах нарастает гул, перед глазами мелькают тёмные пятна, а сердце колотится так бешено, что, кажется, готово выпрыгнуть из груди. Лёгкие сжимаются, будто кто-то невидимый сдавил их железной хваткой.

Да, ситуация патовая…