Когда собрание было закончено, ко мне подошёл Максимка. Я оглянулась. Все уже разошлись. М-да, план мести затянул меня.
— Пойдёмте, — приказал конь и развернулся, зашагав в сторону сходней.
Я пошла следом. Мы спустились на сушу. Максимилиан резко поднял меня на руки.
— Вы что творите?! — возмутилась я, отталкивая мужчину руками, — Как это понимать?!
— Да не вертитесь Вы! — гаркнул он, — Больно мне нужны Ваши маслы! Не пойдёшь же ты и в самом деле босиким?! — прорычал он мне на ухо, стискивая в железном захвате.
— Почему нет? — нахохлилась я.
Он посмотрел на меня как на душевнобольную. Я замолчала.
Когда мы уже фактически подошли к магазинчику с кованой вывеской в форме элегантной туфельки, я не выдержала:
— Знаете, — доверительно сказала я ему, — Меня ещё никогда не катали на себе королевские скакуны.
Он зарычал и зашагал активнее. Я засмеялась.
— Ну знаете ли, — его королевские ноздри чуть ли не пламя извергали, — Даже для Вас это слишком!
Вот честно, не понимаю его игр: то ты, то Вы. Определиться, наверное, не может, бедняга.
— Вот деньги, — он всучил мне кошель. Толстый, надо отметить, — Покупаете себе приличные обувь, одежду, и обратно на корабль! — гаркнул принц, по-солдатски развернулся, и размашистым шагом удалился с глаз моих.
Я усмехнулась. 2:1.
Рассматривая кожаный кошелёк, я думала хватит ли мне денег сбежать отсюда. Но потом вспомнила фразу: “Дают — бери, бьют — беги”. Улыбка увяла в момент. Пока не бьют... На её месте появилось что-то среднее между сушёной курагой и осуждающе поджатыми губами бабульки у подъезда хрущёвки.
Да и отомстить надо… Деваться некуда, я связана по рукам и ногам.
Зашла в магазин.
— Трактир дальше! — “дружелюбно” поприветствовали меня в обувной обители. Мои брови взлетели аки ястребы над степью. Сравнить меня с попойкой?! Верх клиентоориентированности!
— Я не за выпивкой пришла, — отчеканила я, проходя чуть вглубь к стеллажам с женской обувью, — Мне нужна удобная обувь для длительной ходьбы.
— А деньги у тебя есть? — нагло спросил полного телосложения мужчина, стоящий за прилавком.
— Есть, — не обращая более на него внимания, я принялась рассматривать обувь.
Туфли на каблучках формы “рюмка” здесь, видимо, на пике моды, как я поняла по представленным моделям. Мне каблуки на корабле без надобности. Может ещё прыгать надо будет, а я на каблуках... Нет, надо смотреть что-то наподобии балеток, а лучше кроссовок. Может даже в мужской отдел разумнее зайти.
— А докажи! — не унимался продавец, встав передо мной мясной стеной и мешая рассматривать товар.
— А где ключи от сейфа с отцовским ружьем лежат не сказать тебе?! — не выдержала я, — Что за мир такой?! Одно хамло! На, смотри, — я достала несколько золотых монет и сунула драконью мечту под жирный крючковатый нос.
Довёл.
Его глаза приняли очертания блюдец. В секунду настроение поменялось — торгаш разродился на извинения и начал лебезить.
— Прекратите словесно фонтанировать, — я строго посмотрела на него, — Просто дайте мне удобную обувь!
Через пятнадцать минут я пулей вылетела из этого проклятого магазина с парой пакетов. Свиное хамоватое рыльцо в пушку, пытаясь, как можно дольше удержать меня в магазине, давал мне советы зайти к его брату-свату-отцу… Я посмотрела на эту гнилую душонку. Прин-ци-пи-аль- но в эти обозначенные злачные места я не пойду.
Собрав всю волю в кулак и сжав ягодицы, я пошла в новеньких балетках в сторону магазина женской одежды. Ненавижу рыночно-базарный шопинг.