Мошенница с Хвостом

Глава 58

Я постояла с пару секунд без дыхания, рассматривая свои алые щёки в зеркальном отражении, а после стащила с полки новое сухое полотенце, и сделала пару уверенных шагов к двери. Да что этот папенькин сынок себе позволяет?! Да, он пират, он злостный нарушитель закона, НО у нас с ним был договор!!! Сделка!!! Я ему — корабль, а он меня НЕ бесит и спокойно доставляет домой!

Ручка двери в ванную с силой ударилась об стену каюты от ускорения, которое я придала ей в гневе.

Я была готова драться, сражаться, царапаться… Но за мгновение, узрев картину, так сказать, целиком, я забыла как дышать. В моей голове был план борьбы за справедливость, борьбы за собственное достоинство, да даже банальная месть. Но всё это отошло на второй и третий планы, когда я увидело его тело. Было бы оно в нашей реальности, наверное, все мужские стрипухи типа “Жига-жига-зажигалка” долбились бы к нему в директ, только чтобы урвать к себе этот идеальный, рельефный, маскулинный, загорелый, аппетитный десерт для взрослых. А его полупопия… Бальники-танцоры, наверное, бы обкусали свои локти от зависти. Поджарые орешки с небольшими ямочками. Где-то на подкорке тихий голос подсознания прошептал мне: “Куси его! Куси! Он не заметит!”

Но он заметил. Развернулся. И всё, “дева-а-ачки”, вся моя благовоспитанность улетучилась. Орешки, покрытые сладким шоколадным топингом, увенчались вполне себе большим под 90 градусов вызывающим усиленное слюноотделение двойным “сникерсом”.

— Я в принципе не против, но что скажет Саймон? — усмехнулся Капитан, поворачиваясь ко мне в анфас.

— Ах ты…! — я схватилась за ручку двери, и что было силы захлопнула её.

За дверью заржали. Как в стойле. Мои щёки теперь не просто горели, они пылали адским пламенем.

— Дорогая русалка, — послышалось сквозь моё бешеное сердцебиение, — Теперь можете выйти. Поступать как Вы и подсматривать я не буду, — послышалась новая волна ржача, и дверь в каюту хлопнула.

Спускаясь по стенке, я выдохнула. Александра, твою мать, что ты себе позволяешь?! Что за мысли в отношении… Моё дыхание участилось. Всё, стоп! У него есть невеста. У меня есть надежда на ту жизнь, о которой я всегда мечтала, и с Саймоном, моим идеальным будущим адвокатом в США.

На корачках я выползла из ванной. Люси и Витаминка странно переглядывались, смотря на мои муравьиные перебежки.

— Да нормально всё со мной! — я стащила одежду с кровати, которую для меня оставил Капитан, и всё также, не поднимаясь, начала напяливать на себя.

Мужчина, мягко говоря, меня не удивил. Он, порося такая, оставил мне свою лёгкую, полупрозрачную длинную рубашку и широкий кожаный чёрный ремень.

— И мне идти с оголённым лифом? Серьёзно? Когда меня хотят поиметь матросы и все кому не лень? — Люси посмотрела на меня выпученными глазами, — Да я просто так, к слову пришлось, — решила я не пугать лишний раз зверьё.

— Так сделай ремень лифом, — подала мне идею создания своеобразного бандо в этом мире змея, которая, видимо, неплохо разбирается в моде.

Я подошла к зеркалу. Взяла широкий кожаный пояс и не стесняясь, как батя учил, затянула свою грудь в это украшение. Получилось очень даже симпатично.

— А вот блузу повяжи так, — ко мне сзади подползла Люси и помогла надеть полупрозрачное одеяние. Как только ткань оказалась на моих плечах, она переползла вперёд, и кончиком своего хвостика начала странно продевать пуговицы.

— Люси, ну ты же не правильно застёгиваешь! — я посмотрела, как она начала работать с нижней частью моего своеобразного платья, как бы поднимая одну часть рубашки вверх.

— Не мешай, — прошипела на меня Люси. А я усмехнулась. Странно, но мне показалось, была бы она человеком, у нас даже могла бы возникнуть дружба.

Через пару минут змеиных манипуляций, Люси отстранилась, давая мне возможность “заценить” наряд.

— А что? — сказала я удивлённо своему отражению. Это выглядит очень даже женственно! — я хлопнула в ладоши и посмотрела на зелёноглазую детскими глазами. Она показала свой раздвоенный язык и… слегка улыбнулась.

Рубашка получилась платьем оверсайз с вырезом фактически до пупа. Благодаря Люсиным махинациям внизу образовалась стянутая юбка, что из-за веса и “неправильной” нагрузки утягивала талию. Широкое кожаное бандо с бляшкой посередине идеально закрывало грудь.

— Иди! Он ждёт! — приказала мне Люси, — Мы с Виталием чуть позже подтянемся! Я прослежу твой путь до кабины отсюда.

Я хитро посмотрела на Виталю-Витаминку, тот демонстративно поднял свой пятачок в потолок, мол, “ничё не разумию”. Вот же скрытные шалунишки!

***

Достаточно быстро, не останавливаясь, и не смотря по сторонам, я вприпрыжку добежала до носа корабля, поднялась на ярус выше, быстро взбежав по ступенькам, и без церемоний открыла дверь каюты.

Максимилиан, который в это время сидел за столом, оторвал свой взгляд от бумаг, и уставился на меня. Он ожидал другого, более приятного его взгляду вида собственной рубашки на её теле.

— И как Вы умудряетесь, казалось бы, в сильно ограниченных условиях создавать неожиданные для меня комбинации?

Я усмехнулась и плюхнулась на стул напротив мужчины. Мой взгляд привлекла шахматная перламутровая доска, где вместо одной фигуры, а именно чёрного коня, стояла красная салфетка.

— Я просто русская, — я потянулась к изящной, будто из жемчуга, доске. Фигуры были плавных форм, цвет: бежево-чёрный напоминал драгоценный морской камень. Будто каждую фигуру нежно, плавно, не торопясь, вырезали, делая её верхом сдержанной красоты, — У нас смекалочка в крови, — я перевела взгляд на Максимилиана. Тот светился аки медный пятак: “Всё именно так, как он и хотел”, — А что это за шахматы у Вас?

— Были здесь на корабле, — повседневным тоном ответил мужчина, облокотившись на свой стул. В глазах его плясали черти.

— А что они делают у Вас на столе и почему одна фигура заменена красной салфеткой? — мои руки самопроизвольно прижали шахматную доску к своему сердцу.

— Не знаю, — наигранно-легко ответил Капитан.

Я начала перестановку фигур. Боже, как мне этого не хватало! Партия игры в шахматы всё равно что медитация на самом живописном месте с Буддой!

— Нравится? — подавшись вперёд сказал Максимилиан, ему было приятно наблюдать за её реакцией: она восхищалась не какими-то банальными вещами, границы её интересов были куда шире. Игра. Логика. Мышление. Тактика. Стратегия. Такие девочки не могут быть глупыми и поверхностными. Они глубокие и бездонные как океан. Без вариантов.

— Да, вполне, — я убрала чешущиеся руки под стол, и подняла глаза на полковую лошадь.

— Так может сыграем? — не закончив свою фразу, отодвинул одним резким движением все бумаги в сторону Капитан, натянув тем самым рубашку, облегающую его рельефную форму мышц, до треска.

— А ты хоть раз играл? Правила игры знаешь? — я надменно прищурилась.

— Нет, — лукаво улыбнулся хищник, — Но я быстро учусь, объяснишь правила? — его самодовольная улыбка бесила.

— Ты уверен, что потянешь? У меня второй разряд, — я облокотилась на спинку стула, и начала трясти ножкой под столом. Лошара!

— Да, — кратко и уверенно сказал, положив свой лошадиный подбородок на сложенные “динозавриком” лапки на столе. Он ждал. Ждал, когда его жертва сама накинет на себя удавку.

— Раз ты так самоуверен, — я вдохнула полной грудью, — Давай играть на желание? — мои глаза заблестели. Как и его.

— Давай, — улыбнулся Капитан.

В душе я уже просто плясала под луной с бубном от шикарной новости возвращения домой.

— Нет, давай ещё и на один вопрос! То есть наша ставка это: одно желание и один вопрос! — мне всё же было интересно узнать, почему лошадка на престол-то не хотела идти.

— Давай, — сказал слишком щедрый на согласия мужчина.

Я уже злостно потирала ручки… Может ему сразу “детский мат” впаять, и всё на этом?

— Объясняй, — протянул свою широкую ладонь ко мне мужчина.

Злобный монстр во мне заржал.

— Смотри, — я показала на поле, — Шахматы — это игра математическая. В ней есть 2 противника: белые и чёрные, у белых есть преимущество первого хода, цель игры…

Максимилиан, затаив дыхание, смотрел на её блестящие, горящие интересом глаза. Не важно было то, что она говорила. Было важно как: с любовью, с переливами интонаций, с размашистыми жестами. Её блестящие тёмные густые длинные волосы вторили её движением, и, отражая свет от зажженных свечей, создавали ореол-корону вокруг её головы. На неё можно было смотреть часами, как на самую дорогую, на самую загадочную, на самую великолепную своей лёгкостью и красотой картину.

— Понятно? — сказала я, окончательно хлопнув в ладоши.

— Понятно, — басистым голосом, но при этом ласково сказал мужчина, — Играем в быстрые шахматы. И я уступаю тебе преимущество: я буду играть за чёрных, — я улыбнулась. Всё-таки он джентльмен. Обидно даже как-то размазывать его по стенке. Ладно, не буду делать детский мат. Дам фору.

— е4, — громко сказала я, выдвинув свою пешку вперёд.

Максимилиан подумал, поднял на меня глаза полные мальчишеского задора, и повторил моё действие, озвучив свою позицию:

— Пешка на с5.

— Конь на f3.

— Пешка на e6.

— Cлон на e7.

— Пешка на d4…

Я не записывала ходы. А зря. На 23 ходе я подняла глаза ужаса на Максимилиана. СВОЛОЧЬ! Сицилианская защита!!! Всё это время он методично, наращивая свою мощь, меня дурил! Он планомерно создавал ассиметричные позиции, играя на удушение и ограничение контригры!!!

— Ладья на а1, — тяжело сказала я на 24 ходе, смекая, что мне фактически не вырваться из его цепких лап.

— Ферзь на d5, — понимая, что ход игры уже на его стороне спокойно и даже ласково сказал Максимилиан.

— Мы ещё поборемся! — сказала я агрессивно, и опять допустила грубую ошибку: эмоции в шахматах всегда излишни, — Король на f2!

— Хорошо, — нежно согласился Капитан, — Ферзь на g2! — сволочь, он зашёл на мою территорию поля!!! Меня начало трясти от злости.

— Король на e1! — я начала убегать. Никогда до этого мне не было так до бешенства противно проигрывать!

— Как скажешь, дорогая, — улыбнулась несоразмерно везучая чёртова полковая лошадь, — Ферзь на h1! — он бегает за мной, за моим королём, сволочь такая, как сутенёр за девкой по кустам!!! Мои глаза начали наливаться кровью.

— Король на f2! — сказала я, сдерживаясь, меня начинают приперать к стенке. Я уже не могу дышать.

— Ферзь на h2! — мужчина улыбнулся, убирая с доски мою несчастную белую пешечку, а в моей голове сиреной орали маты. Он жмёт меня, жмёт!

29 ход. После вальса моего короля с его ферзём, он всё-таки ставит мне шах.

Я снова убегаю. Это похоже на метание жертвы, птички в клетке. Это ужасно. Я царапаюсь, црцапаюсь за жизнь, создавая стену для своего короля: ладья на f2, ферзь на e2, выставляю вперёд короля. Но он просто берёт меня, как щенка, и окончательно размазывает кровавым пятном по стенке своей ладьёй на d4, попутно сжирая моего слона.

— Шах и мат! — развалившись в кресле произносит мужчина, которого я недооценила.

Я поднимаю глаза, полные вселенской обиды на свою глупость, на него. Это было бы красивой игрой, особенно с учётом, что у него чёрные, но не тогда, когда меня просто взяли и поимели. Поимели на одно желание и один вопрос. А-А-А-А!