Мошенница с Хвостом

Глава 43

Взяв порося удобнее под подмышку, я направилась в сторону постоялого двора.

Попыталась прохрипеть хоть слово — звука как такового не последовало. И вот как здесь лечатся люди? Или существа? Куда идти? Кого спрашивать? Как обычно: куча вопросов и ни одного ответа. Может у полкового жеребца поинтересоваться?

Я даже споткнулась от этой мысли. Идти к нему со своими проблемами? Опыт подсказывает, что он в лёгкую может воспользоваться моей слабостью. А если температура поднимется? Нет. Нет веры тестикульным носителям. Что в этом мире, что в моём. Не даром же говорят: “Мужчина, он и в Африке мужчина”. От досады пнула камешек, валявшийся на пыльной дороге. Почесала голову. Думай-думай-думай!

Опустила взгляд на ключ в своей руке. Лучше бы шахматы Зерлида мне дала, ей Богу! На кой чёрт мне корабль? Что мне с ним делать? Как вести переговоры в таком состоянии отсутствия голоса?!

Но то, что продавать деревянное корыто с алыми парусами нужно, у меня сомнений не было. А что, втюхаю эту тарантайку, получу деньги, найду какую-нибудь бабульку с магией и… ДАМ ОТСЮДА ДЁРУ! Максимилиану ничего не скажу. Поживу пока за его счёт в постоялом дворе. Меня покормят, хрюшку мою покормят, а я доиграю свою партию “счастливой” русалки. И получив всё, что только возможно, сделаю ручкой через пару неделек. Точнее, сделаем. Свинку я здесь не оставлю. Я посмотрела на своё новое тотемное животное. Видимо, уловив мой вайб, мой поросёнок тихо хрюкнул в такт моим мыслям, как бы соглашаясь.

Ах, да. Ещё ж и поросёнка надо отстоять перед конём. Да что ж так не везёт-то мне сегодня, а? И разбор полётов, как назло, никому не учинить.

Попаду обратно домой — книгу напишу о своих приключениях. Стану богатой и знаменитой. Ну, или хотя бы будет чем на нарах заняться, не нарды же из мякиша лепить... Однако, кто знает, как всё пойдёт…

Я шла, понуро опустив голову, предавшись окаянным думам, никого и ничего не замечая. Шла, пока не налетела на мужские волосатые текстуры.

— О-о-о! — наигранно-удивлённо протянул знакомый Казанова.

Позади него я увидела троих мужчин сине-градусной-бандитской наружности.

— А я-то думаю, знакомая лЭди идёт или нет? Дай, подойду поближе...

Из меня сейчас такая же леди, как из него джентльмен. Я проглотила колкие слова.

Понаблюдав с пару секунд за тем, как я красноречиво молчу и нервно перекладываю порося из одного укромного уголка своей тушки в другой, этот танцор диско злобно и похотливо оскалился.

— Ребята, да наша пташка оробела! От страха закусив свой острый язычок! — сообщил он своим гыгыкающим гиенам в стае. “В” — вожак, ни дать ни взять. А затем злостно прошипел мне в лицо, — И нам это на руку. Ты же никому ничего не скажешь, правда?

Мои глаза забегали, лихорадочно ища пути отступления, но бежать было некуда, меня окружили, начав теснить к задней стене нашей шаурмячной “гостиницы”. И не заорать ведь ещё!

— А пташка-то у нас с секретным золотым яичком оказывается, — я проследила за взглядом Казановы, что замер на ключе от корабля, — Я было сначала хотел просто позабавиться с тобой, но теперь… это станет ещё приятнее, — он медленно припечатывал меня своим вонючим мохнатым телом в деревянную стену, — Сейчас ты передаёшь мне ключ со словами: “Я добровольно отдаю тебе ключ. Теперь ты — Капитан корабля”. И так уж и быть, с тобой развлекусь только я, — его приспешники взбунтовались, — Молчать я сказал! — заорал он на ободранных шакалов, то бишь своих друзей.

Мои глаза были размером с блюдца. Драться в такой ситуации с четырьмя бугаями — математику перестать уважать. Я подняла глаза к небу. Горло саднило. Что же делать, что же…

— Говори! — к моему горлу приставили что-то металлическое. Я даже не подумала опустить свои глаза.

Но за меня вступились. В защитном кольце моих рук мой новый подопечный с пятачком завизжал аки сигнализация на дедовской четырке, которую по утру решила оприходовать местная голубятня.

— СК-СК-СКВИ-И-И-И!!!