Мой крылатый капитан

Глава 31

Кап. Кап. Кап.

Я очнулась на ледяном полу. Что-то холодное сверху капало мне на виски, сводя с ума. Взгляд упирался в грубо сложенную каменную кладку.

Осторожно пошевелившись, я выяснила новую неприятную подробность — мои руки были закованы в кандалы. Тяжелые массивные металлические браслеты, соединенные между собой короткой цепью, со звоном брякнули, когда я потянулась к лицу, чтобы защититься от раздражающих капель.

Вытерев лицо, я посмотрела на свои ладони. К счастью, ледяная жидкость оказалась обычной водой. Голова трещала, но я смогла немного оторвать ее от пола и перевернуться на другой бок. Обзор улучшился ненамного. Вокруг меня по-прежнему были только каменные стены. Осмотревшись получше, я выяснила, что нахожусь в крошечной комнатке с единственным круглым отверстием в потолке вместо окна и мощной железной дверью, снабженной узким смотровым отверстием.

Я постаралась вспомнить, как оказалась в этой тюрьме, но не смогла.

Я помнила, как мы выходили из лагеря шестируких. Небиологический разум выполнил обещание, отправив с нами не просто проводника, а целый отряд разведки. Кажется, на подходах к городу мы попали в засаду, потому что последнее, что всплывало в моей памяти — взметнувшийся вокруг нас песок и предостерегающий крик капитана… Дальше была только темнота.

Руно! Где он?! Раз его здесь нет, значит ли это, что он смог избежать плена и скрыться в пустыне? А вдруг его ранили или даже убили?! Все мои обиды на капитана показались мне в этот момент такими глупыми! Сейчас я отдала бы что угодно, лишь бы знать, что с ним все в порядке. Будет ли у меня еще шанс сказать ему, что я чувствую к нему на самом деле?!

Ответов не было, только мерный стук разбивающихся о камень капель. И холод, пробирающий до костей. Только теперь я заметила, что сильно замерзла. Это было странно, ведь летный костюм был отличной защитой от подобного рода неудобств. Борясь с дурнотой, я наклонила голову вниз — одежды на мне не было. Причем вообще никакой. Тюремщики даже ленточки для волос мне не оставили и теперь спутанные волосы лезли в глаза.

Я подтянула колени к груди и сжалась в комок, стараясь хоть немного согреться. Хотелось верить, что одежда исчезла в результате обыска и меня, лишенную сознания, никто не трогал. О том, зачем меня тут держат думать было так страшно, что я старательно отгоняла любые предположения.

Когда я замерзла настолько, что уже почти готова была ползти к двери и просить тюремщиков сжалиться, мои страдания прервал скрип засова. Я тут же замерла, стараясь смотреть только перед собой. Наверное, было бы логичнее закрыть глаза и притвориться, что еще не очнулась, но не смотреть было еще страшнее, чем наблюдать, как в мою камеру входят обитые железом сапоги незнакомца.

Вошедший не был любезен. Остановившись рядом со мной, он наклонился и дернул цепь кандалов на себя, заставив меня помимо воли взмыть в воздух.

Я вскрикнула от боли в запястьях, а потом снова, когда он рывком поставил меня на ноги, вжав в ледяную стену у двери. Острые камни больно впились мне в спину, и только благодаря этому я не потеряла сознание.

Но лучше бы сразу отрубилась. Потому что теперь я видела лицо своего тюремщика, державшего меня перед собой на вытянутой руке.

Он был монстром. Чтобы распознать это не понадобилось никаких специальных знаний, достаточно было посмотреть ему в глаза. Нет, внешне шестирукий был даже привлекательным — короткие тёмно-красные волосы, тонкая линия губ, волевой подбородок, но тьма, поселившаяся в глубине его разноцветных, как у всех местных, глаз внушала животный ужас.

— Сочная, — не скрывая жадного оскала припечатал красноволосый, осмотрев меня со всех сторон.

Кажется, у инопланетянина на меня были вполне определенные планы, в которых я совершенно точно не желала участвовать. Сглотнув комок в горле, я собрала всю свою храбрость и гордо вздернула подбородок.

— Кто вы? Что вам надо? — с вызовом спросила я у него, пряча за спиной пушащийся от страха хвост.

— Хороший подарок на день моего восхождения, — бросил шестирукий кому-то за моей спиной, игнорируя мои вопросы. Невидимый собеседник не ответил.

— Я тебе руку по локоть откушу! — пригрозила я, когда он потянулся к моим крыльям.

В этот раз шестирукий ответил — щеку обожгла болезненная оплеуха. В голове тут же запульсировало, ноги подкосились, и я повисла на его руке.

— Глупое создание! — хмыкнул красноволосый и смяв в руках мою грудь жестко вывернул соски.

Разряд, пронзивший мое тело, заставил меня очнуться. Я дернулась, надеясь ударить обидчика кулаком по лицу, но оковы ограничивали меня, остановив мою руку в считанных сантиметрах от его довольно усмехающейся физиономии. Этот гад, не скрывая, наслаждался моим унижением!

Решив, что не хочу доставлять шестирукому дополнительное удовольствие, я перестала вырываться. И, похоже, отгадала, потому что хищный огонь в его глазах тут же померк.

— Приготовьте ее. Но крылья пока не трогайте! Мои гости ждут экзотики — и получат ее сполна, — равнодушно приказал красноволосый, опуская руку. Не удержавшись, я мешком рухнула к его ногам, вызвав едва заметную легкую улыбку.

Вспыхнув от злости, я прошипела ему в спину:

— Ты ничего от меня не получишь!

Иторец обернулся на пороге и оскалился:

— О, это как раз самое вкусное.