Мой спаситель... или погибель

18. Приятная ночь вдвоём

Мы стояли напротив небольшого домика, немного углубившегося от дороги. Выглядел он приятно с наружи. Слишком скромный и простой. Светлая облицовка стен с двумя большими окнами, между входной дверью. Двух этажный, с высокой крышей из красной черепицы. Без сада и палисадника.

Я была, конечно, удивлена.

Представляла дом немного иначе. Может, шире и благоустроенным. Но разве это имеет значение. Любой дом можно обустроить под своё усмотрение.

— Ключи, которые тебе дал Кирилл, от него? — наконец, решилась я на вопрос, но голос мой был крайне серьёзным.

— Да.

Мы зашли в дом. Внутри он был полупустым, даже эхо отдавалось от наших спокойных шагов. Я в недоумении осматривала наше новое пристанище, не понимая, почему он пустует. Тут явно очень давно проходил ремонт, который не был закончен.

У входа слева, вела лестница на второй этаж. Под её деревянными массивами, углублённый вход в кухню. Деревянная с синевой кухонная гарнитура, удобно располагалась в небольшом помещении, посередине мощный стол с высокими стульями. И вся это красота была накрыта полиэтиленом. Справа гостевая комната, где ближе камину стоял светлый угловой диван, а в нише у стены с приятными по бокам узорами, камин. Светлую комнату освещали большие окна с обоих сторон.

— Почему он в таком состоянии? Не похоже, что мы здесь жили? — Спросила я, медленно обходя угловой диван и аккуратно проводя рукой по очередному полиэтилену, которым он был накрыт.

— Обстоятельства изменили наши планы.

— Ты же сказал, что я из Москвы. Почему тогда дом здесь?

— Потому-то я прожил здесь многие годы. Приезжал в Москву к родителям.

— И я захотела жить с тобой, здесь, во Владивостоке?

— Не сразу. Были некоторые разногласия, — пояснил он, стоя у входа в комнату и опиравшись плечом о деревянный косяк.

— Ты его продаешь?

— Пока нет. Но думаю об этом.

— Я хочу понять, что могло случиться между нами. Как мы расстались? — я резко перевела на него взгляд, ожидая ответа, но Макс, почему-то не торопился.

— Скоро стемнеет. Свет ещё не установлен, так что нужно расставить свечи по дому. В холодильнике есть кое-какая еда. Камин разожгу, ночью может похолодать. На втором этаже ванна, полотенца и сменную одежду найдёшь в комнате.

Как красиво он ушёл от ответа и быстро покинул гостевую.

Не могу поверить в сказанное, слава Макса. Неужели и вправду между нами была любовная связь. Тогда, отношение с Никитой у меня не могли быть… Уф… как сложно! Память возвращается. Но как-то сумбурно. Вспышками. Я вижу отдельные кадры, но не могу их сопоставить. А Никиту я вообще не помню, даже малых воспоминаний… Странная у Макса откровенность. Он говорит, только то, что считает нужным. Нет полных картин наших взаимоотношений. Как мы познакомились? Почему я переехала сюда? Что могло повлиять на наше расставание или кто?

Всё это мне до жути не нравиться. Макс уж очень настойчиво захватил мою голову. И любые наши соприкосновения, вызывают во мне бурную реакцию. Я так жажду его близости, что самой страшно становиться. Скорей всего, это связано с нашим постоянным нахождением вместе.

А вдруг я сама себя накрутила, и на самом деле всё совершенно не так.

Всё как-то смутно, не понятно…

Дом, конечно, мне понравился, первое моё впечатление оказалось ошибочным. Он был просторным и удобным в расположении. Да, здесь нехватало хорошего ремонта и света не было. Но если постараться, то многое можно изменить и создать уютное, милое гнёздышко.

Только для кого?

Ну а пока я поднялась на второй этаж, прихватив с собой свечи, где располагалась наша комната. Не ожидала, что стены будут покрашены в нежно голубой оттенок, и хочу сказать, что это смотрится мило и с любовью. Большая кровать стояла справа у стены, по бокам миниатюрные столешницы, а по левой стороне раздвижной шкаф в стене. Напротив, широкое окно. Также полиэтилен закрывал от пыли немного мебели.

Очень даже уютно и неплохо…

Почему-то, вспомнила себя после больницы, когда Никита привёл меня в дом и сказал, что он Наш. Тогда я себя чувствовала так же, как и сейчас. Растерянно и ничего не могла вспомнить. Только разница в том, что Никиту я не чувствовала, как своего мужчину, а Макс, уж больно меня захватил в свои сети. И я с первых дней, мучаюсь от этой сумасшедшей тяги.

Пыталась найти наши совместные фотографии… любое подтверждение его слов. Но странным образом ничего не обнаружила. Зато нашла удобную одежду и нижнее бельё. Всё моего размера. Улыбка тут же озарила моё лицо. Телефон в сумочки спрятала между вещами, поставив его на самолет. Пока позвонить по входящему номеру, не было возможности. И решила оставить эту затею, на более подходящий момент. Теперь можно принять душ и спуститься к ужину, который скромно нашёлся в холодильнике в виде пару помидоров, огурцом, листьев салата, красной икры и сухого пюре для заваривания, а также несколько сладких булочек, с упаковкой и одноразового чая в шкафах — кухонного гарнитура. Ну и фишка этого вечера, бутылка красного вина, думаю, после пережитых ситуаций с нами, немного расслабиться не помешает.

Гром молнии, ярко озарил комнату. И я взглянула в окно, где сумерки во всю окутывали приморский край и мелкие крапинки дождя усеивали стеклянную поверхность.

Спускаясь вниз по освещённым свечами лестницы, отметила, что Макс всё приготовил для нашего ужина и разжёг огонь в камине. Расстелив светлый плед с ворсиной на полу, он уже откупорил бутылку вина и разлил по кружкам. Бокалов в доме не было, так, что кружки сойдут для такой скромной посиделки.

Не могла отвести от него взгляда. Он тоже привёл себя в порядок и переоделся в другую одежду, по свободнее. Тёмные штаны и синяя футболка со светлыми узорами. Но его накаченное сильное тело и литые бицепсы, не скрылись от моего бесстыжего взора. Как бы я не пыталась не смотреть.

Мы удобно устроились у камина, и с удовольствием принялись за трапезу. Скромный салат, приготовленный им, был очень вкусным, так же пару бутербродов с икрой. Готовить на скорую руку он умеет, я уже это поняла, вспомнив наш кемпинг на острове Русском.

— Значит, Кирилл присматривал за домом. Поэтому такое изобилие в холодильнике? — уточнила я ту информацию, которую Макс в скользь пояснил.

— Да. Нужно отдать ему должное. Не отказал мне. Как и… — Макс осёкся на меня, не решаясь продолжить.

— Надя. Я уже поняла, что это она, его бывшая девушка, — подхватила я, уловив его нерешительность. Разжевав кусочки салата и запив вином, я решила продолжить насущный разговор. — Как я понимаю, наша четвёрка была хорошо знакома. Поэтому Надя, помогла мне в полиции. Но тогда мне не понятно, почему она ведёт образ жизни… ну… неправильный, — пытаюсь подобрать слова корректно. Ведь судя по её одежде и поведению в изоляторе, так ведут себя девушки лёгкого поведения. — Не могу понять, почему Надя, так опустилась, когда у неё были отношение с Кириллом?

— Лика, не делай поспешных выводов. Здесь всё не так, как кажется… Пока не забивай себе этим голову, как только мы вернёмся в Москву, ты всё поймёшь.

— А если мы так и останемся здесь. И я ничего не вспомню. Что будем делать дальше?

Макс разлил нам ещё немного вина и протянул мне кружку.

— Ты слишком торопишься, а это не благоприятно будет влиять на твои воспоминания.

— Мы в бегах, Макс, — я взяла кружку и нервно сделала глоток красной жидкости, — и мне совершенно не улыбается жить, в такой обстановке. Ты загнал меня в яму, и не хочешь ничего объяснять.

— Ты всё сказала? — ехидно улыбнулся он мне в ответ, и протянул свою кружку, намереваясь ими чокнуться. — Или есть, что ещё сказать?

— Кроме того, что я хочу всё вспомнить… наверно, больше ничего, — соврала я, решив закончить этот пустой разговор. Как бы я не пыталась его разговорить, он продолжал отвечать загадками. Всё же придётся прибегнуть к плану с телефоном. Я подняла кружку, и мы легко прикоснулись ими, сделав небольшие глотки.

Между нами образовалась тяжёлая пауза. Я глубоко погрузилась в свои мысли, думая о звонке, который уже второй день меня не отпускал, и вопросы, которые в первую очередь хочу задать. Не знаю, о чём думал Макс, хотя знаю… взгляд его блуждал по мне… по моей груди, и он явно хотел повторить всё, что было между нами в машине, а то и дальше… Я немного потуже затянула бежевый халат, который нашла в ванной. Он был тёплый и удобный. Не раздумывая, накинула его, так как ночную одежду не обнаружила в шкафах. Стараюсь не думать, то, что произошло между нами несколько часов назад. Но Макс, настойчиво прожигал меня взглядом, и моё тело снова вспомнило его горячие прикосновения и пылкие поцелуи.

Раскат грома вмешался в нашу затянувшиеся паузу, и я кинула взгляд на окно. Где интенсивно полил дождь. И крупные капли, окутав посёлок, шумно забили в окна.

На полу было сидеть удобно, тем более на мягком пледе. Треск горящего полена доносился до нас, погружая в идиллию тёплого вечера. Свечи были расставлены по гостиной, в коридоре и кухне. Так что царила такая приятная атмосфера таинственности и романтики. И такой расклад меня пугал.

— Долго ты будешь делать вид, что между нами ничего не было?

А Макс не ходит кругами, когда ему это нужно.

— Мы много время проводим вместе … это, просто был инстинкт… — решила, что этого ответа хватит, и, быстро встав, поспешила удалиться из комнаты.

Но Макс не намерен был меня отпускать, и соскочив со своего места, опередив меня преградил путь своей мощной грудью.

— О, нет… Мой милый ангелочек! Твой разум молчит, но тело нет!

— Я не знаю, что говорит мой разум и тело… потому-то в моей жизни нет опоры, и я не имею понятия, кому доверять… — в сердцах прошипела я, смерив взглядом его высокий рост.

Он прикоснулся к моей ладони, но я оттолкнула. Почему-то тягостная грусть закралась глубоко в сердце. Но Макс с напором ухватил меня за спину, и грубо привлёк к косяку проёма.

— Ты не одна потеряла опору. С того момента, как мы расстались, я не мог думать ни о чём, кроме тебя. И даже если ты, будешь сопротивляться, я всё равно сделаю тебя своей.

Он попытался меня поцеловать, но я повернула голову, и его горячие губы прошлись вскользь моей щеки. Я тут же ощутила, как кровь моя забурлила, закипела… откликаясь на его близость, на его прикосновение.

— Не надо, Макс! Пожалуйста! — прошептала я, неуверенно, что могу ему отказать.

Как же он был близко, и как горяч…

— Ну, что с тобой, Лика? Зачем ты мучаешь, себя и меня? — прошептал он над моим ухом, а у самого руки блуждали по моей спине, опускаясь к ягодицам и распахивая халат.

Я пискнула, от пронзительного ощущения, как его рука скользнула к внутренней части бедра и остановилась у моих трусиков.

— Посмотри на меня! — хрипло потребовал он, нежно прикасаясь к безумной части моего тела.

Вот издевается… понимает, что я уже награни, и моё упрямство, и гордость рассеивается, как туман при ярких лучах солнца. Поворачиваю голову, а сама ели дышу, моя грудь вздымается при каждом движении его руки.

— Зачем… ты всё равно победил, — ели шепчу я, встречаясь с его потемневшим взглядом. Его смелые пальчики раздвигают мои трусики и проникают во влажное лоно, массируя и дразня. Всё моё тело вздрагивает от этого приятного движения.

— Хочу видеть, как ты меня хочешь, — глубоко и жарко шепчет он.

А я уже уплываю. Но Макс, крепко прижав меня к стене, придерживает другой рукой за спину и продолжает плавные движении, смела продвигаясь во внутрь. Я выгибаюсь, и стон удовольствия вырывается из моих губ, мои бедра сами подаются навстречу его пальцам. Не могу контролировать себя. Ногой припадаю к его коленке, а руками хватаю его за плечи. Наши губы встречаются в страстном поцелуи, выжигая мой рассудок по максимуму. Он дразнит пальчиками мою крошечную бусинку и ускоряется. Движусь навстречу ему… желаю только одно, получить, то, что пыталась сделать в машине… и… всё моё тело содрогается от сладостной эйфории, чувствую, как земля уходит из-под ног. Но мой любовничек меня удерживает, довольно улыбаясь. А я в ответ не могу ничего сказать, моё сердце вот-вот выскочит из груди.

Но это была только прелюдия. Макс берёт меня на руки и, подойдя к камину, аккуратно опускает на плед. Я уже не думаю сопротивляться. Назад пути нет. Мы оба хотим насладиться друг другом. И я сама припадаю к его губам, пока он снимает с меня халат. Наши поцелуи, так жадно и дико сливаются, что я наслаждаюсь каждым проникновением его языка, сплетая со своим. Он блуждает руками по моему нагому телу, дразня мои груди, опускаясь к пульсирующему бутону, и мои стоны заглушаются поцелуями.

Поленья потрескивает в камине, а свечи играючи колышутся в гостиной. За окном интенсивно льёт дождь.

Но наши нагие тела продолжают изучать друг друга. Покрывая жаркими поцелуями грудь, живот и снова соприкасаясь с губами. Я с возбуждением массирую твёрдую и мощную плоть своего любовничка и с удовольствием ловлю его стоны. Мы так сильно и страстно разогрелись ласками, что наши жаркие тела, пылают от желания… и наконец, Макс входит в меня. Я быстро выгибаюсь, полностью ощущая довольно большой размер. Его движения становятся быстрыми, полностью погружаясь в меня. Он крепко прижимается ко мне, и снова целует мои красные и горящие после многочисленных поцелуев губы. Я обхватываю ногами его бёдра. А его руки запрокидывают мои руки назад, сжимая в замок. Движения становятся интенсивными, со смачными шлепками. Мне так беспредельно хорошо, что я выгибаюсь, и мои стоны заглушаются треском камина и ливнем за окном. Сердце бьётся сумасшедше, нервы словно на пределе, в голове одна мысль, кончить одновременно с Максом.

— Милый мой ангелочек!

Шепчет он и отпускает мои руки. Вижу его возбужденное, но такое прекрасное лицо с сильным и мощным телом, что у самой дух захватывает, какой мне мужчина достался. Из моих губ выходит стон не довольствия, когда его мощный агрегат выходит из меня.

— Макс, пожалуйста… я хочу…

Он грубо хватает меня за ягодицы и, пристав, на коленках, прижимает ближе к себе, вбиваясь в меня с сильным натиском. Мы снова убыстряемся с диким запалом, с сумасшедшими стонами. Я интенсивно ловлю ритм, сминая пальцами плед, раздвигаю ноги шире, позволяя ему погружаться всё глубже и быстрее. Бешённое пламя сжигает нас, испепеляя разум до крайности, пока не наступает пик бурного экстаза. И мы одновременно дошли до оргазма. Его плоть пульсировала внутри меня, и я понимаю, что он дошел до конца, изливая свое семя в меня.

— Ты моя… Лика! — хрипло шепчет он и преподает ко мне поцелуем.