Мой спаситель... или погибель

19. Размолвка

Дом Лики и Макса 10:23

Лика:

С неохотой открываю густые ресницы, и яркий свет тут же слепит мои ещё сонные глаза. Пытаюсь укрыться руками, размышляя. Который час? Ощущаю под своей головой немного волосатую, мощную грудь, Макса. Он сладко спит на спине, его грудь легко вздымается, а левой рукой он держит мою ладонь на животе. Кидаю взгляд на его спокойное и ставшее родным лицо… Воспоминание вчерашней бурной ночи, вызывает счастливую улыбку. Не думала, что к этому всё придёт, но не жалею. Не могу больше бороться с очевидными чувствами и противиться порывам страсти. Вчера, Макс подарил мне рай. Я чувствовала себя в его крепких объятиях, нужной, желанной и только его. Как хочется вспомнить наши отношения, и как они развивались в прошлом, почему привели к расставанию, но Макс по каким-то причинам не делится ими… Хотя сейчас, я нахожусь на вершине блаженства, и неважно, что наши отношения немного сложны. Мы вдвоём во всём разберёмся, преодолеем все препятствия пути и, снова будем вместе. Я на это надеюсь.

Плевать на время… Не хочу ничего знать… Прижимаюсь тесно к его груди, и крепко сжимаю рукой его широкий, мощный торс. Закрываю глаза и наслаждаюсь спокойными ударами его сердца.

Не могу объяснить, какая ностальгия у меня на душе. Я словно порю на небесах, и это такое прекрасное чувство, совершенно не хочется приземлятся. Может, всё же я… влюбилась?

Ох… Макс! Как можно влюбиться в одного и того же мужчину дважды? Ну где это видано?

— Уже проснулась?

Услышала глубокий и нежный голос моего… как только, я его не называла, а теперь он просто мой любимый мужчина.

Вскидываю голову, и улыбаюсь ему.

Он крепко прижимает меня к себе и целует в шею. Ну вот, снова неистовое пламя прожигает меня, сладко расползаясь по телу. Я понимаю, как завишу от его прикосновений. Просто безумие!

— Не делай так… — легко смеюсь я, в ответ, целуя его щетинистую щёку.

— Что такое? Боишься снова сдаться под моим натиском? — заигрывает он со мной и закидывает меня на себя.

— О, Макс… — простонала я, упираясь бёдрами в его мощную и стоячую плоть.

Плотоядная улыбка играет на его лице.

Я, смеясь, кидаю взгляд на его левую грудь, и вижу уплотнённое образование, затянувшегося неаккуратного шрама. Светлый по сравнению с кожей. Внешне он небольшой и напоминает отверстие от пули. Я в оцепенении. Мои пальцы сами тянутся к рубцу, и я нервно втягиваю воздух ртом.

Перед глазами вереницей проносятся воспоминания.

«…Зима. Вокруг лес, и мы стоим на узкой дороге. Я говорю ему неприятные слова…. В гневе скидываю руку, сжимая в руках пистолет, и спускаю курок… Пуля пробивает его грудь, выплёскивая струи крови, и он сжимает правой рукой рану, которая тут же заливается кровью… смотрит на меня своими светло голубыми глаза, на его щетинистом лице и выступающих скулах отражается боль, но моя ненависть меня пожирает. И я понимаю, что желаю ему смерти… с холодным взглядом наблюдая, как заснеженная дорога пропитывается кровью, моего бывшего возлюбленного…»

В моих глазах полное смятение. Воспоминания стали чётче, и я увидела лицо незнакомца... и это был Макс…

Вчера в порыве страсти я не заметила этот шрам, но сейчас так всё очевидно… С широко раскрытыми глазами, смотрю на своего бывшего.

— Что такое? — произносит он, смотря, как я плавно веду пальцами по его груди.

— Это ты… ты тот, в кого я стреляла! — одними губами шепчу я и резко отстраняюсь.

Мой перепуганный взгляд блуждает. На его глазах, на рубец… на рубец, на его глазах.

— Ты вспомнила? — растерянно бросает он мне.

— О боже, что я наделала? — мечусь я в истерике и, быстро хватая халат, бегу из гостиной.

— Лика, стой! — кричит он мне в спину, пытаясь одеться.

Но я уже лечу по лестнице, вскидываю на себя халат и быстро ретируюсь в комнату, а затем в ванную и закрываюсь на щеколду. Моё сердце в страхе отдаёт ритм гулким барабаном. Ничего не соображаю. В ушах бьёт страшным набатом. Обрывки воспоминаний меня преследуют, они так быстро врезаются перед глазами.

«… Макс, ели держится на ногах, припадает одним коленом на мёрзлую землю… Моё помешательство рассеивается, и я в страхе бегу к нему… Пытаюсь посадить грузное тело Макса в машину… Разум его помутнён, он стонет от боли, но заставляет себя держаться… Я что-то кричу ему и сажусь в машину. Судорожно заставляю её завестись… мы едим по заснеженной дороге…»

Прижимаюсь к стене ванны и, словно загнанный зверёк, сползаю по стене. Из рта вырывается отчаянный крик, но я зажимаю рот рукой, и по щекам скатываются горькие слёзы.

— Лика, открой!

Слышу его приглушённый голос за дверью.

Но молча отмахиваюсь головой.

Это невозможно… невозможно. Вот к чему привели наши отношения… Я в него стреляла. Поэтому мы расстались. Вот, что он мне не договаривал. Я пыталась его убить! Боже мой… но почему?

Пытаюсь заставить себя вспомнить, что было дальше, судорожно сжимая виски.

Я только что была счастлива, а теперь, что будет дальше?

— Лика, послушай, — приглушённым, спокойным голосом говорит он. — Да, ты в меня стреляла, но ты же меня и спасла. Давай поговорим.

На первом этаже звонит его телефон. Слышу, как Макс от злости смачно ругнулся, а потом его шаги, и он ушёл вниз.

Решаю выскочить из ванны и вытащить телефон. Что немедленно выполняю, и снова закрываюсь в ванной.

Пальцы мои дрожат. Но я всё же набираю номер, по которому звонила и, который в ответ пытался дозвониться до меня.

— Диана, это Лика.

— О, подружка, слава богу, ты жива. Где ты? Что это за номер?

— Ответь мне, как давно я встречалась с Никитой?

— Что? О чём ты, какой… А, ну да… с Никитой. Давно. Вы давно вместе.

— Почему ты говоришь, так не уверенно? Есть, что скрывать? — кричу я ей в трубку.

— Послушай, родная моя. Сейчас это не важно. Скажи, где ты? Этот мужчина тебе ничего не сделала? Может, что-то сказал?

— Диана, просто скажи… я изменяла Никите? — в нетерпении шикаю я, вытирая тыльной стороной руки, слёзы на глазах. А сама смотрю на дверь. Не знаю, что ожидать от Макса.

— Этот человек тебя обманывает. Слышишь. Не верь ему. Я скажу тебе адрес, и мы там встретимся. Ты можешь убежать?

— Ты знаешь Макса, ведь так? — с горькой болью в голосе шепчу я.

Макс:

— Кирилл, ты не вовремя… и почему звонишь с другого номера? — гневно скрежеща зубами, прыскаю я.

Как некстати сейчас его звонок. Нам с Ликой нужно поговорить, теряюсь в догадках, что у неё сейчас в голове. Поражён, что она вспомнила именно этот момент. Ну как мне объяснить её поступок, когда это не скажешь в двух славах. Вся цепочка событий началась с Демида, а я всего лишь пытался его проучить, а потом нас обоих затянуло. Братские узы не всегда означают взаимопонимание и любовь. Есть исключения.

— Я тебе звонил вчера весь день. Почему у тебя телефон отключен? — возмутился не довольно Кирилл.

— Батарея практически села, приходиться его отключать. Что случилось?

— Макс, Надя второй день не выходит на связь. Ребята из участка мне сказали. Боюсь, она в беде. Я же говорил, не нужно было ей брать это дело.

— Она пыталась помочь найти Лику, ты же знаешь.

— А если Демид узнал, что она работает под прикрытием? Или то, что она помогла вам?

— Не делай поспешных выводов.

— Макс, не вся полиция чиста на руку, может кто проговорился. Почему ты, никогда меня не слушаешь… Твой брат сумасшедший, для него женщины ни что… Вспомни, что он сделал с Ликой!

— Я знаю. Поэтому пытаюсь её увести, — теряя терпение, ответил я. — Ладно, давай так. Приезжай к нам и подумаем, как Надю найти. Не пытайся действовать в одиночку. Договорились?

— Договорились. Ещё, Макс. Лика украла мой телефон, и если она сделает звонок. Вас найдут.

— Ты в этом уверен, может потерял? — механически проговорил я, и взглянул на второй этаж.

— После вашего ухода, нигде не могу его найти. Пришлось купить новый и новую сим карту… Слушай, Макс. Может, она не готова услышать твою правду, и её тянет к Демиду? Потеря памяти штука сложная. Может повлиять на человека благоприятно, а может усугубить его восприятие. Понимаешь, о чем я? — я понимаю, что Кирилл пытается помочь своими советами. Но сейчас, я прислушиваюсь только к своему здравому смыслу. — Кирилл, я, конечно, тебе благодарен, но не вмешивайся в наши отношения. Надю, мы найдём. Обещаю. Так, что жду у нас.

Отключил звонок. Глубоко вздохнул, и снова взглянул на второй этаж.

Злость на Лику меня не отпускала. Я думал, что у нас всё образуется, а она снова ставит подножку. Только час назад я держал её в своих объятиях. Чувствовал, как она трепещет в моих руках, как жаждет быть со мной. И я думал, что на верном пути. А Лика, продолжает бороться со своими тенями. В довершении всего, искусно разыграла роль влюблённой. И это ещё больше меня раздражает. Нравиться ей, плохой мальчик… она его получит! Быстро поднимаюсь на второй этаж. В голове много мыслей, готов вынести дверь ванны с корнями, схватить свою безумную спутницу за руку и приковать к кровати. Держать её пленницей до тех пор, пока не сдастся под моим напором, пока не выслушает историю двух братьев…

Резко подлетаю к двери ванны, и жёстко бью по ровной деревянной поверхности.

— Лика, открой!

Молчание.

— Не испытывай моего терпения. Открой, немедленно! — кричу я, не сдерживая свою ярость.

Молчание.

— Если ты сейчас не откроешь. Я сломаю её к чертям… и не знаю, что с тобой сделаю! Открывай! — пнув по двери, зарычал я. — Знаешь, почему мы расстались? Не потому, что ты, в меня стреляла. Нет, это было позже… А потому, что ты, никогда меня не слышала и не слушала. Ты делала всё, что говорили другие. А на меня тебе было, наплевать! Ты любила меня и ненавидела… желала меня и презирала. Вот во, что, ты превратилась, снюхавшись с Демидом… — я был так зол, что не контролировал себя. Меня несло с остервенелым порывом. Я снова пнул дверь, приготовившись его выбить.

— Не ломай дверь, я открою, — слышу её неуверенный голос.

Через несколько секунд, щелчок в двери, и она, открыв, растерянно смотрит на меня. В руках сжимает телефон Кирилла.

— Кому ты звонила? — в гневе рычу я и пытаюсь выхватить этот злосчастный аппарат.

Но она заводит руки за спину. Думает, может скрыть его от меня. Быстро подхожу к ней и, сжав с силой её руки, выхватываю телефон. Она пискнула от боли, которую я применил. Злость за её глупое поведение, так сжирает меня, что я не знаю, как избавиться от этого чувства.

В этот момент в руках вибрирует телефон. Смотрю на дисплей, а там высвечивается неизвестный номер. Мою ярость уже не остановить. Нужно избавиться от него… и с замахом кидаю звенящий аппарат об пол. Части от него разлетаются в разные стороны. Лика в страхе вздрагивает и прижимается к стене у ванны. Я твёрдо бью ботинком по дисплею, пока звонок не умолкает и телефон превращается в груду металла. Мой взгляд быстро перемещается на Лику, и с дьявольским криком подлетаю к ней, с силой хватая за плечи.

— Кому ты звонила? — трясу её, словно тряпичную куклу. — С кем говорила? Отвечай!

— Я хотела понять, кем для меня был, Никита!

Выплеснула она, словно кипяток мне на лицо… Этот бардак пара заканчивать…

— Я запуталась… Никита, говорил, что я была его невестой. ЗАГС… всё это безумие, окружающее меня. Обрывки воспоминаний… ты говоришь, что мы были в отношениях… Я стреляла в тебя… Ещё этот Демид. Я не понимаю, что происходит. — Всплеснув руками быстро прокричала она.

— Никиты, не существует! — с криком отрубаю я, и беру двумя ладонями её за лицо, глубоко заглядывая в глаза.

Она растерянно замирает и долго смотрит на меня.

— Что ты такое говоришь?

— Нет, никакого Никиты Ярцева… и никогда не было.