Моя строптивая малышка

Глава 33

Демид

Не отрывая от меня внимательного взгляда, он берёт сотовый, набирает свою дочь и подносит к уху. Через пару гудков мы с Олегом слышим голос Миланы:

— Да, пап.

— Зайди ко мне в кабинет. Срочно.

Владимир отключился, не дав дочери возможности возразить.

— Вот сейчас мы всё и узнаем, — тихо проговорил Олег.

В кармане завибрировал телефон. Извлёк гаджет и проверил мессенджер. Писал Айваз, интересовался, всё ли у нас хорошо и как проходит встреча. «Ждём Милану», — коротко написал в ответ, заблокировал телефон и убрал его назад. В коридоре слышится стук каблуков, через пару секунд дверь в кабинет открывается, и внутрь влетает Милана.

— Папа, — делает ударение на второй слог, отчего я морщусь. — Что ты хотел? Я собиралась с подружками по магазинам.

— Сядь, — рявкает Владимир.

Она вздрагивает, надувает губы и наконец-то обращает внимание, что в кабинете присутствуют посторонние люди. Лицо её вытягивается и немного бледнеет.

— Д-демид? — лепечет она еле слышно и спотыкается на ровном месте, когда идёт к дивану.

— Что, не рада меня видеть? — усмехнувшись, вздёргиваю брови. — Даже не обнимешь?

Милана разворачивается и пытается сбежать, но громкий окрик отца заставляет её замереть.

— Стоять! Чего же ты так напряглась?

— Просто неприятно видеть того, кто разбил мне сердце, — морщит нос, изо всех сил стараясь изобразить обиду.

— Ничего, потерпишь. Проходи, садись на диван.

Девушка быстро усаживается на диван, поджимает губы и складывает руки на груди. Лиманский внимательно смотрит на свою дочь, а мы с Олегом молча наблюдаем за немой борьбой взглядами.

— Милана, — начинает Владимир обманчиво мягко. — Расскажи о своих отношениях с Демидом.

— Мы встречались и должны были пожениться, а оказывается, он просто использовал меня, а потом бросил, — выдаёт девчонка, складывая руки на груди, отворачиваясь.

Охренеть! Она так легко врёт, даже ни один мускул не дрогнул на лице. Вот это актриса, да по ней театры всего мира плачут.

— Теперь я могу идти? — она отводит взгляд в сторону, чтобы не столкнуться со мной взглядом.

— Нет, не можешь, — отвечает Владимир. — А я слышал совершенно другую версию событий. Как мне рассказали, ты сама пришла к Демиду и попросила сыграть фиктивного жениха, чтобы тебя против твоей воли не выдали замуж за какого-то жирного толстосума.

Милана бледнеет ещё сильнее и просто молча хлопает ресницами. Она никак не может придумать достойный ответ, потому что не была готова. Её молчание затягивается, а лицо Владимира становится мрачнее с каждой секундой.

— Твоё молчание я могу расценивать как доказательство слов Демида? — обманчиво тихо спрашивает Лиманский. — А как же твоя беременность?

— Какая к черту беременность? — срывается с моего языка. — Мы не спали ни разу. Максимум, что было: пару раз обнялись и поцеловались на публику.

Владимир поворачивается ко мне лицом и усмехается:

— Да у меня выросла великая актриса. Тебе наплела про сурового отца-сводника, мне про козлину-женишка, который обрюхатил и свалил в кусты.

— Охуеть, — раздается рядом голос Олега.

Я теряю дар речи, а Владимир смотрит на нас с явным недовольством. Олег своим комментарием явно помешал его диалогу с дочерью.

— Папочка, — мямлит Милана. — Я…

— Милан, это правда? Ты оклеветала этого молодого человека?

— Папочка! Он меня бросил! Я хотела, чтобы ему было также больно, как и мне.

— И поэтому ты нажаловалась, зная, что я его сотру в порошок? Тебе плевать, что мы могли разрушить чужую жизнь?

— Он должен был понять, кого потерял!

— Милана, мы не были вместе. Всё, что между нами было, — это игра на публику, — разжевываю ей, как придурковатой. — И ты прекрасно знала условия нашего договора.

Она резко вскакивает с дивана и, подлетев ко мне, начинает орать:

— Это ты виноват! Почему ты не мог обратить на меня внимание? Сколько бы мы ни пересекались, тебе всегда было плевать на меня. Ни разу не посмотрел как на девушку. Я устала ждать, когда же ты меня заметишь.

— И придумала коварный план? — интересуюсь у неё. — А в чём смысл?

— Ты вынужден был бы играть моего жениха и быть везде со мной. Должен был меня рассмотреть, влюбиться, и тогда бы наши отношения стали настоящими! Но твоя мелкая потаскушка всё испортила.

— Не смей говорить о Матрёне, особенно в таком тоне, — зарычал я, подскочив с кресла. — А то даже присутствие твоего отца не спасет тебя от промывки рта отбеливателем. Ясно?

— Да чем она лучше меня? — обиженно спрашивает Милана.

— Ну как минимум, она не строит козни.

— Так, — рыкнул Лиманский. — Угомонись и вернись на диван.

Милана сжимается и, опустив плечи, плетется к своему месту. Усаживается и отворачивается.

— Демид, все проверки завтра завершатся, — мужчина выглядит немного смущенным. — Тебя больше никто не побеспокоит.

— У меня ещё вопрос, вернее, два: та афера с продажей земли тоже ваших рук дело? И мой помощник работал на вас?

Владимир Юрьевич хмурится, непонимающе смотрит на меня, как бы намекая, чтобы я рассказал детали, что я и делаю. Очень подробно рассказываю о своих приключениях. О том, с чего всё началось и как меня встретил мой пансионат по возвращении.

— Нет. Это не я. Такие методы не для меня. Я не занимаюсь махинациями. Своей репутацией я не рискую, — заверяет мужчина. — Милана? Ничего не хочешь сказать?

Только сейчас замечаю, как она ёрзает на диване и пытается слиться с ним, чтобы про неё забыли.

— Нет, ничего. Можно я уже пойду? Меня ждут.

— Погуляют без тебя. Сегодня у тебя семейный день, — ухмыляется мужчина. — И так? Сказать нечего? Даю тебе последний шанс. Когда я узнаю всё сам, разговор будет другим.

— Да, это я, — шипит она.

— Охренеть, — выдаёт сидящий рядом со мной Олег.

— Он ещё знает какие-нибудь слова? — приподняв бровь, интересуется Владимир.

— Конечно знает, просто в шоке.

— Милана, я слушаю, — возвращается к разговору с дочерью мужчина. — Давай, расскажи нам, что ты ещё натворила.

— Я знала, что помощник Демида — Николай в меня влюблен.

Вот тут знатно охреневаю уже я, потому что даже не видел, чтобы он как-то по-особенному смотрел на неё или был слишком заинтересован. Выходит, что я был совершенно слеп, раз не заметил чувств Николая к Милане?

— Я пожаловалась ему, и он решил за меня отомстить. Коля знал о желании Демида расширить свой бизнес, и мы спланировали сцену с продажей участка. Тебя должны были задержать там на неделю, — перевод взгляд на меня. — Но ты попал в аварию, что тоже было нам на руку.

— Что по поводу воровства? — уточнил у Миланы.

— Какого воровства? — в шоке спросила она. — Про воровство ничего не знаю. Этого не было в нашем плане, только разыграть липовую продажу.

— Николай выводил деньги путём оплаты услуг левого ИП, — отвечаю и смотрю на реакцию Миланы. Она становится белой как полотно и начинает активно трясти головой.

— Нет, это точно не я. Это же уголовка! Я, по-твоему, совсем дура?

Решаю не отвечать на этот вопрос, посчитав его риторическим, но мой взгляд говорит сам за себя. Лиманский молча слушает и наблюдает за нами с задумчивым видом.

— Я, конечно, была на тебя зла и очень обижена, но не собиралась реально вредить.

— Охотно верю, — с издевкой отвечаю. — Думаю, на этом мы закончим нашу встречу. Надеюсь, что мы всё выяснили и решили. И теперь меня и мой пансионат оставят наконец в покое.

— Да, все проверки прекратятся завтра, — отвечает Владимир Юрьевич. — За дочь прости, слишком разбаловал её и очень большие карманные деньги выдавал. Нужно сократить.

— На работу устройте её, пусть узнает, как они зарабатываются, — говорю с усмешкой.

— На работу? — он задумывается и смотрит на дочь. — Хорошая идея. Кстати, могу помочь разобраться с твоим помощником. Будет небольшое извинение от нашей семьи.

— Его уже разыскивают.

— Могу помочь ускорить процесс, — зло ухмыляется Лиманский.

— Буду благодарен, — отвечаю, не задумываясь.

Почему бы и нет? У меня нет цели физически вредить Николаю, но я хочу, чтобы он ответил за свои действия. Если в этом мне может помочь отец Миланы, я с удовольствием воспользуюсь этим предложением.

На этом наш разговор заканчивается, и пожимаем друг другу руки. Покидает с Олегом особняк Лиманских, выдыхая. Наконец-то всё закончилось, и теперь я со спокойной совестью могу уехать.

Парни, едва завидев нас, выскакивают из машины. Вернее, Витя выскакивает, а Айваз лишь высовывается в окно.

— Ну что? Как прошло?

— Отлично! Завтра-послезавтра можно собираться к Матрёне.