Сон, которого почти не было, напомнил о себе тупой, изматывающей пульсацией в висках. Такое чувство, словно меня бьют по голове, и каждый удар отдаётся болезненным звоном в ушах.
Только сейчас, в понедельник утром, я в полно мере осознала, насколько сильно тело нуждается в отдыхе. Зевок сам собой вырывается наружу, когда я, пошатываясь, подхожу к кофемашине. Гул аппарата кажется оглушительным в офисной тишине.
«Пожалуйста, быстрее», — умоляю про себя, глядя, как тёмная струйка медленно наполняет чашку.
Сейчас для меня выпить кофе жизненно необходимо. Без этого я рискую уснуть прямо здесь на холодном кафеле.
Ночь с Тимошей была из разряда «боевых». Практически всю ночь малыш капризничал. И в результате я чувствую себя как выжитый лимон.
День обещает быть тяжёлым и длинным. А ещё — невероятно нервным. В этом я уверена на все сто процентов.
Сегодня понедельник, а ещё привычная комфортная рабочая обстановка сменилась абсолютным хаосом. Новость о смене руководства произвела фурор. Слухи проносятся со скоростью света. Кто-то пророчит нашей компании скорый крах, а некоторые — наоборот процветание. Разбираться в таком потоке сплетен, домыслов и откровенной лжи уже нет ни сил, ни желания.
Кандидатов на должность нашего босса, разумеется, предостаточно. В большом бизнесе свято место пусто не бывает. Но кто именно займёт место гендиректора не имею и малейшего понятия, хотя насколько я знаю его уже избрали.
Самый главный вопрос, который заставляет мои руки подрагивать: останусь ли я в своей новой должности? Сама не в курсе. Сегодня в двенадцать часов дня состоится экстренное собрание и нас уже введут в известность.
Меня только-только повысили. Я столько сил вложила в работу, столько бессонных ночей провела над отчётами. Будет безумно обидно если снова окажусь на прежнем месте или того хуже, вышвырнет меня из компании.
Допиваю горький, обжигающий кофе, который, кажется, всё-таки пробуждает мозг. Сгребаю остатки воли в кулак и отправляюсь к своему рабочему месту.
Распечатываю стопку необходимых документов и раскладываю их по папкам. Через полчаса я должна сидеть в конференц-зале с распечатками наиболее важных документов. Видимо, новый гендиректор решил устроить публичную экзекуцию — изучать дела компании прямо там, под пристальными, полными страха и любопытства взглядами всего коллектива.
Дверь моего кабинета внезапно распахивается с таким грохотом, что я подпрыгиваю на месте. В комнату буквально влетает Марго. Лицо её бледное, а глаза лихорадочно блестят. Вздрагиваю от неожиданности и инстинктивно хвастаюсь за сердце.
— Боже! Марго, ты меня так напугала! — укоризненно гляжу на подругу, — Я и так на грани.
— Дарина, какого хрена?! Разве можно не отвечать на мои звонки? Я уже с ума сходить начала, так волновалась... — девушка обиженно надувает идеально накрашенные пухлые губы и садится на ближайший стул, отбросив сумочку в сторону.
— Всё нормально, Марго, — устало выдыхаю, чувствуя, как напряжение немного спадает, — Просто мне нужно было немного успокоиться, побыть одной.
Бестужева вдруг затихает. Она как-то странно поглядывает на меня. В её взгляде смешались жалость, вина и что-то похожее на панику.
— Дарин... Я правда не знала, что он явится, — слово «он» подруга выделяет с такой интонацией, что сразу становится понятно про кого именно идёт речь, — Ты же знаешь, я бы обязательно тебе сказала.
Внутри всё сжалось в тугой узел. Да уж, в Марго я не сомневалась ни на секунду. Если бы она знала о его появлении, тут же бы сообщила.
— Всё хорошо, не переживай! — успокаиваю подругу и пытаюсь выдавить из себя улыбку, но, кажется, больше получилось похоже на гримасу.
Немного мешкаюсь, чувствуя, как в горле пересыхает. Вопрос, который, так терзающий не только меня, но и каждого в нашей компании, буквально рвётся наружу.
— Ты знаешь кто будет новым гендиректором?
Подруга поджимает губы. Отводит взгляд, нервно теребя край своего пиджака, и едва заметно кивает. Что-то её реакция уверенности не прибавляет.
— Знаю, — шепчет она, — Но, боюсь, тебе это совсем не понравится.
Её ответ не сулит ничего хорошего, а наоборот разыгрывает моё и без того бурлящее любопытство.
— Ну, кто? Не тяни, Марго! Колись уже! Кто этот человек?
Марго поднимает на меня глаза, и я вижу в них сочувствие, от которого хочется спрятаться.
— Закиров...
Стоит его имени сорваться с губ, как мир вокруг на мгновение замирает. Сердце словно пропускает удар, а затем болезненно и гулко ударяется о рёбра.
Илья? Закиров?
Если бы я не сидела за столом, то вполне могла бы не удержаться на ногах и свалиться прямо здесь.
С каких это пор сам Закиров претендует на место генерального в компании? Это за гранью моего понимания… И за гранью моего спокойствия.
Машинально беру папку с кипой бумаг и, почти не чувствуя пол, на ватных ногах направляюсь в конференц-зал. Конференц-зал кажется мне теперь не местом собрания, а эшафотом.
Вхожу и первым делом взглядом цепляюсь за Илью. Он стоит у окна, спиной ко мне, но эти мощные и плечи, и идеальную осанку я узнаю где угодно.
Сердце моё начинает колотиться с удвоенной силой. Пальцы сильнее сжимают папку, а костяшки белеют.
Наша последняя встреча прочно засела у меня в голове. Как заевшую пластинку я постоянно прокручиваю её в голове.