Настя, остановись! (СИ)

ГЛАВА 2. С ВОЛКАМИ ЖИТЬ, ПО ВОЛЧЬИ ВЫТЬ!

Проговорив с Астрой до полуночи в её номере, куда нам принесли ужин, в первом часу ночи завалились спать на единственную двуспальную кровать. По закону подлости, я никак не могла заснуть. Мой неуёмный мыслительный процесс выдавал одну идею за другой. Но, в одном я была согласна с Астрой, мне, во что бы то ни стало, нужно было оказаться в магической академии. Для того чтобы подчинить себе свою же магию, необходимо было пройти инициацию под контролем опытных магов. К тому же, только там я могла освоить премудрости портальной магии. Загвоздка состояла лишь в том, что в академии учились только юноши. Отцы семейств настолько тряслись над своими доченьками, что готовы были оплачивать баснословные гонорары преподавателей, обучающих их чадо на дому.

— Надо будет тебе раздобыть что-нибудь из мужского гардероба, — задумчиво обвела мою фигуру Астра. — Ты, хоть и щуплая, но за безусого щегла сойдёшь Я тебя ещё амулетом морока подстрахую.

Слушая свою новую знакомую, буквально физически ощущала на себе её заботу, от которой хотелось урчать, словно кошке.

«А, что, если»… — пробежала шальная мысль, вынудив меня подойти к старому шифоньеру с зеркалом в полный рост. Ради эксперимента представила себя в образе прекрасного блондинчика лет шестнадцати, тут же продемонстрировав свои фантазии Астре.

— Так ты у нас перевёртыш! Это же великолепно! — захлопала она в ладоши, вскочив с кровати. — Какой миленький! — умилилась она, обойдя меня по кругу. — Ты хорошо ухватила нашу моду, — похвалила она мою наблюдательность. — В таком виде сошла бы за сына кого-нибудь богатого купца или даже виконта. И, возраст, как раз для поступления в академию. Ну-ка пройдись, — попросила она, предвкушая шоу-программу.

— Боже, как они ходят?! — произнесла мужским баритоном, оттянув мотню узких брюк. То, что у меня появилось между ног, неприятно касалось внутренней стороны бедра.

— Поправь его, — хохотала Астра на всю комнату, присев на кровать.

— КАК?! — мне даже стрёмно к нему прикоснуться.

— Соберись! Это всё-таки часть тебя. По крайней мере, в данное время, — зайдясь смехом, уже каталась по кровати Астра, суча в воздухе ногами.

— Как к этому привыкнуть? — обиженно ворчала я, неуклюже переминаясь с ноги на ногу, чем ещё больше раззадоривала свою покровительницу. Набравшись смелости, всё-таки залезла в штаны. Нащупав отнюдь не стручок, взяла «ситуацию» в твёрдую руку и чуть не кончила от острых ощущений. Переведя дух, уже более нежно просунула штуковину между ног.

— Ничего. За пять лет учёбы привыкнешь, — подбодрила она меня, вытирая слёзы от смеха кружевным платочком. — Да-а. Давненько я так не смеялась. Аж, челюсти гудят, — схватилась она за щёки. — А, теперь, становись собой, и давай спать. Утро вечера мудренее, — добила она меня сказочной фразой.

— Думала, не усну. От пережитых событий мозг работал как заведённый. Но, стоило коснуться головой подушки, как моя душенька тут же упорхнула из уставшего, бренного, в меру помолодевшего, тела в лунную ночь.

Во сне я парила над городом и его окрестностями, удивляясь тому, что, будучи аэрофобом, наслаждалась полётом. Ощущая воздушные потоки, умело использовала их в своих целях, взмывая вверх или пикируя вниз, разрывая мощными крыльями пушистые облака.

ТАК, СТОП, КАКИЕ КРЫЛЬЯ!? Я, словно, затормозила разыгравшееся воображение или же сновидение, навеянное информацией, скопившейся в моей черепушке за день. Как, бы, там ни было, во сне я ощутила себя драконом. И, как в подтверждении своей версии, на высокой стене замка, ярко освещённой двумя ночными светилами, отобразилось чёрное очертание крылатого ящера. Чтобы убедиться, что тень принадлежит именно мне, помахала правым крылом, затем левым, покрутила массивной, хвостатой попой. Сомнений не осталось. Я — ДРАКОН!

Смирившись со своей сущностью, перемахнула через стену замка.

«Зачем я здесь? Что я здесь делаю?» — задавалась вопросами, тем не менее, приближаясь к окнам комнаты, которая, буквально недавно, чуть не стала моей тюрьмой. И, чем ближе я была, тем сильнее билось о рёбра моё сердце. Словно оно не одно, а целых два. Долетев до стены, я притаилась в промежутке между окном и балконом. Немного повисев между небом и землёй, слившись с каменной кладкой, осмелилась и, вытянув длинную шею, заглянула в комнату, освещённую магическими светляками. Дар сидел на краю кровати, уткнувшись лицом в ладони и утробно порыкивал, словно мысленно вёл беседу со своим зверем. Неожиданно, дверь комнаты с треском распахнулась впуская в помещение изящно одетую пару.

— Отец?! Мама?! — обернулся к ним Дар, не скрывая своего удивления.

Меня удивил его вид. Он казался таким уставшим, словно не спал трое суток. Осунулся, под глазами засели синяки. И, весь пафос как корова языком слизала.

«Что с ним? Он болен?» — распережевалась моя дракоша.

— Арсланд! Погляди, что эта иномиркая ведьма сделала с твоим сыном?! — взревела дракониха, на подлёте к своей кровинушке, обхватив ладонями лицо сына. — Погляди. На нём же лица нет. Ты просто обязан отыскать эту дрянь…

— «ЧТО?!» — возмутилась я, чуть не выдав своё присутствие. И, пусть это был всего лишь сон, но такой правдоподобный, что ощущение опасности вынуждало меня то и дело задерживать дыхание.

— Не говори так о моей истинной! — рыкнул Дар на свою мать, вырываясь из её объятий, чем заслужил усмешку сразу двоих свидетелей: меня и своего отца, что до этого находился в некой задумчивости.

— Что, неприятно, когда другие плохо отзываются о твоей истиной? А, как самому оскорблять да пугать девочку, которая по твоей вине лишилась своего мира? — наседал старый король на нерадивого отпрыска.

— Я ничего ей не сделал. Это она повела себя неправильно!

«Неправильные пчёлы, неправильный мёд. Ну-ну!» — усмехнулась я, в то время, как дракоша пытался оправдаться перед своим предком.

— Любимый, не напирай на мальчика. Ему и так плохо. Видишь, как он страдает. Уверена. Он уже осознал свою ошибку, — улыбнулась женщина и, встав с кровати, поцеловала супруга в щёку.

— Он уже далеко не мальчик! Он — правитель Арагона, — взревел Арсланд. Мама Дара, не обращая внимание на своего мужа, вновь к сыну, заключив его в материнские объятия.

— Не переживай. Её найдут. Никуда она от тебя не денется. Она иномирянка. Первые же трудности вернут её во дворец. Уверена, ей сейчас также плохо, как и тебе.

— Брехня! — заявил пенсионер. — Если они не закрепили связь, то откат от расставания действует только на дракона. Твоему сыночку плохо оттого, что его зверь в обиде на своего носителя. Тоска дракона убивает твоего сына. Сколько времени прошло с её исчезновения?

— Три дня, — тихо ответил Дар.

«Что?! Три дня?» — удивилась я. «Это, что же получается, я три дня продрыхла мышкой!»

НУ, ТАК НАЙДИ ЭТУ ДРЯНЬ!!! — взвыла дракониха от не радужных перспектив. У меня аж дух перехватило от поведения несостоявшейся свекрови.

— МОЛЧАТЬ! — взревел на неё Арсланд! — Я достаточно увидел. И, после того, что произошло в этой комнате я целиком и полностью на стороне этой смелой и отчаянной девушки. А, какой у неё потенциал! — причмокнул он, расплываясь в улыбке. — Даже если она не станет тебе женой, я готов её удочерить и официально представить ко двору как крон-принцессу.

«А, вот это уже интересненько!» — навострила я ушки. — «Мне уже нравиться этот галантный мужчина. И, если мне уже не светит вернуться в свой мир, я с радостью приму его предложение. Папаня не так и прост. Интересно, как он считывает информацию с пространства? По отголоскам магии или всё видит, как в видео-камере? Хотя, вряд ли», — тут же отбросила вторую версию. Это магический мир. И, скорее всего, он умеет настраиваться на энергетические потоки.

ВОТ, ВСЁ-ТАКИ, НЕ ЗРЯ Я ВЗАХЛЁБ ФЕНТЕЗИ ЧИТАЛА!

— Ты в своём уме или в тебе говорит настойка из корня мандрагоры!? — вскрикнула его супружница. — Нищенку, чужестранку к нам решил прировнять?!

— Если бы ты только могла видеть то, что видел я, ты бы изменила своё мнение об этой девочке, — нахмурил дракон тёмные брови.

— То, как ты повёл себя с истиной парой, не делает тебе чести, — продолжил воспитательно-показательное выступление отец семейства. — Как только мы узнали от провидца о появлении в этом мире твоей истиной, я отдал тебе приказал распустить этот курятник на который ты тратишь по пол козны в год. Маг же тебе — дураку, сразу сказал, что чужестранка не станет делить тебя с твоими шлюхами. Или ты уже всё забыл?! — навис Арсланд над сыном.

— Да помню я. Не много ль чести для простолюдинки? — усмехнулся он.

— ДЛЯ МАТЕРИ ДРАКОНОВ В САМЫЙ РАЗ! — рявкнул на сына старый король, который, по мне так, вовсе не выглядел как пенсионер. Красивый, мужественный, стройный, изящный мужчина в полном расцвете лет! Поставь его рядом с Даром, так и вообще, сойдёт до старшего брата. Да и матушка этого говнюка цвела и пахла подобно двадцатипятилетней молодухе. И, только тень жизненного опыта засев в глубинах карих глазах подсказывал, что за её плечами гораздо больше прожитых лет.

— Девушка имела полное право требовать для себя лучших условий, — произнёс Арсланд уставшим голосом с лёгкой хрипотцой, присев рядом с сыном. — Как тебе в голову то пришло обмануть истинную, сказав, что никогда не женишься на ней?! Ты в своём уме?! — сделал он жест «рука/лицо». — Только законный брак с иномирянкой служит залогом того, что на неё не станут претендовать другие. Именно поэтому разумные обладатели сего сокровища стараются как можно быстрее затащить своих суженных в храм Единства. Все, кроме моего нерадивого сына! — шлёпнул он с досадой ладонями по своим коленям.

— ВОТ ЭТО ПОВОРОТИК, — подметила я, ехидно усмехнувшись.

— Я лишь хотел добиться от неё смирения, — пробурчал Дар. — Ты же считал информацию с комнаты и знаешь, как она себя повела.

— И, что же она такого сделала?! Запустила в засранца подушкой?! Скажи спасибо, что не файерболом. А, вполне могла бы, доведи ты своё поганое дело до конца. Иномирянки в гневе сами по себе страшны, а с нашей огненной стихией и подавно, — рассмеялся Арсланд, видимо представив себе как его сыночек уворачивается от огненных шаров мелкой фурии. — Что ты ожидал от девушки, начав знакомство с оскорблений и подавления её личности своей ментальностью? Мудрые боги этого мира подобрали тебе пару под стать: сильную, необузданную, своенравную, волевую. Не то, что твои прошмандовки.

— Милый! — осадила его супружница, — Попрошу при мне не выражаться.

Я зависла в афиге, даже не пытаясь ловить свою челюсть в полёте. А, в голове так и услышала писклявый голос ведущей из «Жизнь других» — Жанны Бадоевой:

«Вот прямо интересно, откуда у местного царька такой шикарный словарный запас. Пойду, узнаю!»

Конечно, никуда я идти не собиралась, и выяснять у каких это подъездных бабушек он такого нахватался тоже.

— Ты должен был пылинки с неё сдувать, как с высшего сокровища, а не пугать заточением казематы.

Вот ту уже и мать, ахнув, бросила на сына осуждающий взгляд.

— Наша невестка — перевёртыш! — по-доброму усмехнулся старый король, — кто бы мог подумать, что боги так будут щедры к нам. А, ты всё испортил! — ткнул он перстом в грудь сына. — Это же такая диковинка в наше время, как мифическая птица Сирин или Феникс.

— И, чем же она так хороша? — горько усмехнулся этот недоумок, в которого хотелось запустить чем-то тяжелее подушки, и желательно, металлическим.

«Наковальня, пожалуй, была бы в самый раз», — пришли мы к единому консенсусу с моей дракошей.

— А, ты говоришь, что он всё осознал, — хмыкнул Арсланд, обращаясь к супруге.

— Прелесть перевёртышей в их способности сливаться с обществом, в котором они живут. В нашем случае, если бы девочка выбрала тебя в супруги, то в скором времени, и твой дракон обзавёлся бы истиной парой. И, судя по его недовольству, он уже успел почувствовать в ней свою пару в отличии от его человеческой половины. Повторяю для особо одарённых. Тебе плохо от того, что твой дракон уже скучает по своей паре. И, чем дольше продлиться их разлука, тем слабее будет твоя животная сущность, а вместе с ней и ты, сынок, — прозвучало металлом в голосе.

«Так ему и надо», — пророкотала Дракоша.

— Родной, надо срочно найти нашу девочку. Если не поторопимся, Дар же может лишиться своего дракона! — встрепыхнулась королевишна, с ужасом представив последствия, к которым привёл отвратительный характер её сыночка.

«Ага, ага. Смотри, как заговорила. Только, что дрянью обзывала, а как поняла, что без меня её сыночек загнётся, так сразу — «наша девочка», — усмехнулась я.

— И, как ты предлагаешь её искать? — устало произнёс Дар, до которого, по всей видимости, стал доходить ужас сложившейся ситуации, в которую он сам себя же и загнал. — Искать перевёртыша сравни поиску иглы в стоге сена.

— Она настолько сильна, что её магия ещё долго будет впитываться в эти стены. Я приглашу лучших ищеек, работающих по следу ауры. Сам же попробую изобразить по памяти нашу прелестницу, пока её образ ещё стоит у меня перед глазами. Давно я не брался за кисти.

«А, вот это уже плохо», — ахнула я.

В какой-то момент Арсланд обернулся в мою сторону, и словно почуяв, направился к окнам. Опасаясь быть раскрытой, одним смазанным движением рванула вверх к звёздам.

Весь полёт обратно, прокручивала в голове слова старого короля и благодарила богов за шикарный дар перевоплощения.

Наутро, я была резко разбужена, взволнованной Астрой.

— Что случилось? — села, спустив ноги на студёный пол, отчего тут же подогнула их, скрутив в позу лотоса.

— Тебя объявили в розыск. Внизу целый отряд из десяти человек с твоим магическим портретом. Срочно меняй свой облик.

— А, в кого лучше?! — растерялась я спросонья.

— Давай в лесную деву.

— Это ещё кто?

— Эльфийка-охотница. Они здесь самые независимы. К ним вообще никто не придирается. В охотницы уходят те, у кого слабый магический резерв, что делает их бесплодными. Поэтому, спрос на них невелик. Это как раз то, что тебе сейчас нужно.

Вспомнив «Властелина колец», представила себя в образе эльфийки, что сыграла Кейт Бланшетт, не забыв и про аксессуары.

— Чудесно! — оценила мой новый образ Астра. Теперь я хоть знаю, как ты выглядишь в роли эльфа. Ну, теперь смело можно спускаться к завтраку. Заодно и проверим на королевской страже твой амулет.

Выходя из номера, мы столкнулись с двумя драконами из стражи. Спросите, как догадалась, что это были именно драконы. А, хрен его знает. Поняла, стоило на них взглянуть. Можете считать это интуицией.

— Куда направляетесь, красавицы? — преградил нам дорогу один из рыцарей, позвякивая латами.

— Не твоего ума дело! — выдала я раньше, чем подумала.

— Это, кто же у нас такой разговорчивый? — приблизился ко мне вплотную второй. — А ну, сними капюшон.

— Да, пожалуйста! — спустила я шелковистый капюшон на плечи.

— Тьфу ты! — плюнул себе под ноги первый. — Так и знал, что одна из лесных ведьм.

— Отвечайте, видели вот эту девушку! — выставил второй мой оживший портрет. Вглядываясь в знакомые черты, поразилась тому, что на фото я выглядела на свои двадцать лет. Вот только у меня никогда не было столь пышной золотистой шевелюры. Я никогда не жаловалась на свой разрез глаз, но эти были словно кукольные. Нет, красиво, конечно, но всё же немного странно. Хорошо хоть губы цвета спелой малины остались мои. Они и безо всякого фотошопа были у меня красивой формы.

— Хорошенькая! — ухмыльнулась я, переглянувшись с Астрой. — Кто такая?

— Будущая мать драконов! — получила я ответ.

— И, всего-то? — уже в открытую стебалась я над стражниками. — Не королева! Не супруга повелителя драконов! А, просто, МАТЬ!?

— Она пришлая… — начал было один, но был остановлен вторым:

— Молчи, балаболка. Это государственная тайна. Так, вы её видели?

— Нет, не довелось лицезреть подобную красоту, — усмехнулась Астра, одарив меня насмешливым взглядом.

— Свободны, — рявкнул грубиян.

— Ну, всё, поздравляю! Теперь ты свободная женщина Мирты! — в полголоса произнесла Астра. — Знаешь, кого мы только, что встретили?

— Солдат его величества.

— «Солдат», — сморщила носик Астра. — Это не просто солдаты, это ищейки, что разыскивают по следу ауры. И, поскольку ты ещё на свободе, наша шалость удалась, — пищала она от восторга, слегка подпрыгивая.

«Значит, не приснилось», — сделала я свой не утешительный вывод. Спросите, почему, не утешительный? А, всё потому, что у кого-то не вовремя проснулась совесть. А, когда в одном теле умещаются две совестливые натуры, тут хоть волком вой.

Позавтракав блинами с джемом из лесных ягод, запивая сладость приятным травянистым чаем с лёгкой кислинкой, с лёгкой руки своей новой знакомой обеспечила себя провиантом, которого должно было хватить, как минимум дня на три. Когда все сборы были завершены, пришло время прощаться.

— Знала бы я тогда, что обладаю таким даром, и не пошла бы на воровство, — усмехнулась я, возвращая позаимствованные вещи на бельевую верёвку. — Когда-то я мечтала иметь волшебную палочку, а теперь сама владею такой магией, что никакой палочки не нужно.

— Что загрустила, — подошла ко мне Астра, приобняв за плечи, когда я набиралась смелости, чтобы войти в непролазную лесную чащу.

— Ну, серьёзно! Ну, кого я обманываю?! Какой из меня охотник? Я же не смогу лишить жизни ни в чём не повинное животное.

— Не можешь убить — займись отловом. Между прочим, академия всегда нуждается в различных питомцах, делая из них фамильяров безропотно слушающихся своих владельцев.

— Но, это же рабство!

— В таком случае, займись рыбалкой. Ты сейчас не в том положении, чтобы раскисать от жалости. Это суровый мир. Тут, либо ты, либо тебя. На твоём месте, я бы не раскисала, а прямо сейчас сочиняла историю своей жизни, пока такой кладезь информации у тебя под боком, — подмигнула она мне, намекая на себя. Разумеется, я не могла упустить шанс узнать ещё больше о новом для себя мире. Так, за разговорами мы просидели часа два в тени раскидистого дуба.

Прощаться с новой знакомой совершенно не хотелось. Она, быстро покорив моё сердечко своей душевной добротой, стала мне как родная. Чувствовала, что и Астре наше расставание давалось с трудом.

— Ну, желаю удачи! — пожала она мне руку. Этот, вполне земной жест, в другой ситуации, может быть меня бы и удивил, но только не сейчас. Я не знала, что ждёт меня в это лесу, и всё же сделала шаг в неизвестность.

— Если долго, долго, долго,

Если долго по тропинке,

Если долго по дорожке,

Топать, ехать и бежать!

То, пожалуй, то, конечно,

То, наверно, верно, верно,

То, возможно, можно, можно,

Можно в Африку прийти.

А в Африке реки вот такой ширины.

А в Африке горы вот такой вышины!

Ах, крокодилы, бегемоты!

Ах, обезьяны, кашалоты!

Ах, и зеленый попугай!

Ах, и зеленый попугай, — развлекала себя, как могла, напевая детскую песенку, неспешно вышагивая по тропинке. Пока светило солнышко, откидывая под ноги замысловатую тень листвы и хвои, лесная жизнь не казалась мне такой уж страшной. Но, как человек, выросший на «Зарнице» и многодневных походах в подмосковные леса, я знала, что с заходом солнца возможность повстречаться с лесными хищниками возрастёт в разы. Поэтому, продвигаясь всё глубже в лес, я внимательно следила за небесными светилами.

Примерно, часа в три решила сделать первый привал. Моя тропа, кем-то проложенная вдоль небольшой речушки, не походила на просёлочную дорогу, и я, решив не покидать свой ориентир, расположилась прямо на ней. Привалившись спиной к раскидистому дереву, что своей широкой листвой напоминало земной ясень, прежде всего, утолила жажду, сделав пару глотков бодрящего, травяного чая, что мне так понравился утром. Отрезав кусочек батона, накрыла его тонким слоем ветчины. Несмотря на проснувшийся аппетит, ела не спеша. Смакуя свой бутерброд. Когда же мой незамысловатый обед был съеден, меня стало морить ко сну, и мне пришлось спуститься к воде, чтобы освежиться. Умывшись, сразу почувствовала прилив сил. И, только сейчас заметила отсутствие на своих ногтях «Шеллака». Видимо, мои ногти скинули с себя броню, когда я превратилась в мышь. Один плюс, ногти после снятия оказались идеально гладкими и крепкими.

Поднявшись к тому месту, где были оставлены вещи, всем нутром ощутила чьё-то присутствие. Но, оглядевшись, так никого и ничего не увидела. Моя нервная система походила на натянутую тетиву лука, который я и решила испытать. Так, сказать, наглядно показать своим соседям по лесу свой серьёзный настрой на сожительство. Выбрав себе цель в виде ветви с тремя шишками, вскинула лук, приставив стрелу к желобку в рукояти. Прицелившись, отвела тетиву на максимум, и спустила стрелу. Оперение стрелы, приятно коснувшись моих пальцев, придало древку крутящий момент. Пускать так стрелы было моей фишкой ещё со студенчества, когда подруга затащила меня на фестиваль любителей средневековья, ради чего пришлось тащиться аж в Калининград. Не делая поправки на воздушные массы (поскольку стоял идеальный штиль), я даже не удивилась, когда металлический наконечник стрелы чётко срезал ветку с шишками, что глухо упали в траву. Но, при всей своей меткости, я никогда бы в жизни, не лишила этой самой жизни невинное животное. Так, что решила использовать оружие только в качестве самообороны.

Решив не задерживаться долго на этом месте, тем более, что это была явно, чья-то территория, продолжила путь. Но, и спустя пять километров (навскидку), ощущение, что меня сопровождают, не покинуло меня. Успокаивало одно: если бы хотели напасть, давно бы напали. А, так, получается, просто проявляли интерес к моей персоне.

Солнышки неумолимо катились к закату, и мне уже нужно было срочно искать место для ночлега, но где и как, кто бы мне сказал. Может мои преследователи только того и ждут, чтобы я устала и легла отдохнуть, чтобы вонзить в меня свои клыки и когти.

— НУ, И ДОЛГО БУДЕМ В МОЛЧАНКУ ИГРАТЬ! — рявкнула я, уже устав испытывать страх. — Выходите уже, кто бы вы ни были!

Выйдя на небольшую поляну, залитую оранжевым светом заката, покрутилась вокруг своей оси, раскинув руки, одним своим видом бросая вызов той неизвестности, что притаилась в непролазном кустарнике.

— ХОРОШ ТАРИТЬСЯ! ВСЕМ ВЫЙТИ ИЗ СУМРАКА! Я ВАС УЖЕ ПОЛДНЯ ЧУЮ! НУ, КТО ТАМ ТАКОЙ НЕРЕШИТЕЛЬНЫЙ?! — проорала я во все четыре стороны, выдавив нервную усмешку.

И, ЭТО СРАБОТАЛО!

То, что вышло из леса… вернее сказать «вышли», отозвавшись на моё приветливое «Давайте знакомиться», привело меня в ужас. Это были волки. Нет, не так. Это были В-О-Л-К-И! Огромные, мохнатые, размером с яка или овцебыка (видела этих жвачных как-то в зоопарке), они приближались ко мне, взяв оцепление. Я сразу вычислила главаря. Косматая громадина, с золотисто-коричневой шерстью, глядя на меня янтарными глазами, вальяжно приближался, принюхиваясь и порыкивая. Странно, но почему-то в этот страшный для себя момент, вспомнился мне один из похитителей, в шевелюре которого, как и во всклоченной растительности этого зверя, запуталось солнце, окрасив его волосы в огненно рыжий цвет.

Кольцо из одиннадцати волков сжалось, как и моя «пятая точка», оставив мне на личное пространство метров восемь. Вожак, тем не менее, продолжал медленно подходить.

— Я так понимаю, ты тут главный! — обратилась к нему, изо всех сил пытаясь источать флюиды мира и относительного спокойствия, хотя у самой от страха ноги к земле приросли. — Не знаю, понимаешь ли ты меня, но, хотелось бы верить, что да. Прошу прощения, что потревожила твою стаю. Я в этих краях недавно и ещё не разобралась, где, чья территория. Мне бы просто переночевать здесь эту ночь. А, завтра с утра я уйду, и вы больше никогда меня не увидите. Ну, как, договорились? — выдала я с надеждой, на что получила фыркающую усмешку, которая не предвещала ничего хорошего, по крайней мере, для меня. Вожак, недовольно рыкнув на меня, загрёб лапой землю, выдрав траву с дёрном.

«Настя тебя пришли убивать, а разговоры разговаривать», — промелькнуло в голове, и я машинально взвела стрелу, причём это произошло так быстро, что и себя удивила и волка.

— Прошу, не доводи до греха! Единый свидетель! За всю свою жизнь я не причинила вреда не одному живому существу. Это оружие ношу только для самообороны. Не вынуждай меня отступать от своих принципов, — умоляла его, перейдя на сдавленный полушёпот. — Не вынуждай меня стрелять в себя. От тебя вся стая зависит. И, мне ты очень нравишься. Ты такой большой и красивый, — принялась петь дифирамбы волку не хуже той лисицы, что выпрашивала сыр у вороны. Вот только сейчас на кону был не какой-то сыр, а моя жизнь. И, вот, вроде бы, волк улыбнулся мне, и даже хвостом вильнул в знак дружбы, как вдруг смазанным пятном метнулся ко мне, вышибая из рук лук и заваливая меня на спину. Всё произошло так быстро, что я даже испугаться не успела. Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Мне даже в страшном сне бы не приснилось оказаться распластанной под огромным монстром. Встав мне на грудь одной лапой, он даже не оставил мне попытки подняться с земли. Испытывая невероятное давление, приготовилась услышать хруст своей грудной клетки. И, так мне стало себя жалко. Меня, такую маленькую, хрупкую куколку (вспомнила свой нынешний образ, что видела у драконов-салдафонов и прослезилась) сейчас слопает злющий волчара. Вот тебе и печальный финал истории про Красную шапочку. А, ведь у меня даже ША-ПОЧ-КИ НЕТ! — рыдала моя девчушка где-то внутри, в то время, как валькирия, стиснув зубы, прокручивала в голове как мантру: «Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг»…

Неожиданно, отчаяние сменилось злостью, что огнём обожгла всё моё нутро.

— Что ты за вожак, что решил расправиться с невинной душой. Стоишь, весь такой крутой, радуешься лёгкой победе, — еле узнала свой голос, что прорывался сквозь злобное рычание, что исходило не от волка… от меня.

«Ну, хоть слюной уже не брызжет и не скалиться», — довольно подметила я метаморфозы, за секунду произошедшие с волком.

— Большой и страшный серый, простите, бурый волк, ты в поросятах знаешь толк?! РЫ!!! — стебалась над ним, чувствуя себя неимоверно сильной. — Завалил маленькую лесную девчушку. Ура!!! Я, так понимаю, у вас здесь так принято. Сначала завалить, а потом знакомиться. Что, даже чаю не предложишь?! И, где же ваше хвалёное гостеприимство? Гррр! — натурально так рыкнула на него, отчего у волка глаза на лоб полезли. Ну, может, конечно, не только от моих слов, но и от той трансформации, что происходила со мной в это время. Отпихнув от себя вражину большими, но при этом, не лишёнными изящества лапами, наконец-то поднялась с земли, уверенно распределяя свой усиленный вес на все четыре конечности. Моя золотистая шерсть, преставшая на загривке, приятно колыхалась на ветру, когда я стряхивала с неё налипшую листву, подёргивая плечами и шеей.

Мой новый облик не только удивил, но и напугал стаю. Взволнованные волки отошли от греха подальше. Вожак же, уставился не меня, сканируя янтарным взглядом, в котором было всё: и удивление, и восхищение, и неверие, и даже частичка страха.

— Что пялишься?! С равным по силе и массе в бой вступать уже расхотелось? Это тебе не девчушек заваливать! — гордо вздёрнула я голову, вновь бросая ему вызов.

«Ух Настя, и напросишься ты на неприятности. Потреплет тебя этот имбецил в шкуре», — причитала где-то на заднем плане, логика, в то время как всё моё нутро захватила животная сущность, которая рычала, скалилась и царапала землю когтями, готовясь броситься на своего противника.

Вожак, придя в себя, вздыбился в холке, и выпрямился, насколько это было возможно сделать, не отрывая лапы от земли.

— А, напыжился то! Гляди не лопни! — отправила ему мысленное послание, оскалив пасть. — Решил прогнуть меня, показав, кто в доме хозяин? Ну-ну! Пытайся дальше. Я не принадлежу твоей стае, а посему, можешь здесь, хоть до посинения хмурить брови строя из себя грозного альфу. Мне твои загоны, как о стенку горох. Ничего у тебя выйдет. Обломись, бурый! — уже смеялась моя душа, и волчица подхихикивала в меру свое естества.

— ДА КТО ТЫ ТАКАЯ?! — неожиданно, прозвучало в моей голове.

— Чё ли ты вещаешь в моей башке? — решила пойти на контакт, поскольку драться одной против одиннадцати волков — вверх безумия. — Раз уж залез, куда не звали, так хоть назовись, или совсем одичал, бегая по лесу в волчьей шкуре? — вспомнив рассказы Астры, поняла, что передо мной не простой волк, а волколак (оборотень). Только они могли общаться с другими расами силой мысли.

— Бенджамин Бурый — альфа стаи волков-оборотней и побратим владыки этих земель.

«Твою же, маму!» — подумала я. И, словно в подтверждение, тело волка покрылось серой дымкой. Когда же она развеялась, передо мной стоял тот самый красавчик-шатен, что покорил меня своими глазами цвета сочной травы. Следом за альфой, и другие волки стали принимать человеческое обличие. Я решила не отставать от новых знакомых, и вновь представила себя эльфийкой.

— Так, кто ты? — повторился Бенджамин.

— Дочь леса. Эльфийка по происхождению, и оборотница по магии.

— Но, почему я не чувствую твой резерв, который, я полагаю, довольно велик?

— Отводящее заклинание. Его на меня ещё мои родители наложили, чтобы дать мне свободу выбора.

— Я наслышан о любви эльфиек к свободе, но, чтобы добровольно отказаться от роскошной жизни в каком-нибудь дворце, и вместо того, чтобы щеголять в красивых нарядах, бегать по лесам, это для меня ново. И, откуда ты появилась в нашем лесу?

— Всё-то тебе скажи, — фыркнула на него. — Должна же быть у девушки какая-то загадка.

— Знал бы брат-дракон, что по его лесам бродит такое чудо, может и не послал бы нас за иномиранкой.

— Иномирянкой? — поймала его на слове. — У повелителя этих земель, что проблемы с противоположным полом, что он женщин из другого мира ворует? — усмехнулась я.

— Попридержи язык, «Дитя леса», — рявкнул на меня Бен. — С самочками у него полный порядок. Только Дархан Великолепный — правитель королевства Арагон может позволить себе иметь гарем из пяти высокородных наложниц, — заявил он так гордо, что я чуть смехом не поперхнулась, который так и рвался наружу при воспоминании о том, как и сам Дар, пафосно отзывался о своём гареме. Словно там не пять, а пятьдесят пять душ.

— Ну, так в чём вопрос? — пожала я плечами. — Зачем дракону понадобилась безродная иномирянка?

— Драконицы, что живут во дворце, не способны выносить ребёнка владыки, поскольку не имеют большого магического резерва. А, иномирянка, мало того, что оказалась сильной магиней, так ещё и его истинной!

— И, как он это понял? — усмехнулась ему, выражая свой скептицизм.

— Стоило ей появиться во дворце, как проснулся дракон повелителя, что уже много лет дремал в нём.

— Ну, что тут скажешь. Рада за вашего повелителя. Совет да любовь! Детишек побольше, — усмехнулась я. «Ага. Детишек захотел! Держи карман шире!»

— Я бы тоже порадовался за своего брата, не окажись эта иномирянка дрянью не благодарной. Сбежала из дворца, опоив короля и всю охрану. И, что её не устроило то?

От услышанной версии, что выдал волк, мои бровки взлетели, скрывшись за белокурой чёлкой.

— Вот скажи, — обратился ко мне Бен, — если бы тебе предложили стать царицей Арагона, ты бы отказалась?

— Ну, разумеется! — ляпнула я раньше, чем успела подумать.

— Почему это!? — опешил волк.

«Ну, выкручивайся бунтарка», — съязвила прагматичка.

— А, сам-то как думаешь? — поступила как еврейка, ответив вопросом на вопрос. — Бегала бы я сейчас по лесам, если бы хотела поскорее замуж выскочить. Больно надо! А, что до вашей беглянки, так это ещё разобраться надо, как на самом деле было. Ну, не верю я, что иноземка и дня не пробывшая на Мирте, быстренько нашла сонное зелье и опоила всю охрану.

— Да как ты смеешь сомневаться в правдивости слов повелителя? — попытался возмутиться Бен, но тут же сдулся.

— У-у-у! — злорадно протянула я. — Смотрю, до кого-то стало доходить, — усмехнулась, обнаружив проблески понимания в травянистых глазах.

— Ну, тогда, что там произошло? — посмотрел он на меня совсем растерянно, ища ответы. Напряжение, спавшее с морды лица омолодило волка лет на пять.

«Заплутавший милый мальчик», — умилилась я.

— Это ты у своего побратима спроси. Зная, как тяжело переносят иноземки переход в наш мир, удивлена, что она так быстро очнулась, — продолжала я гнуть линию, уводя от себя всякие подозрения.

— Что? — не выдержала я нависшей паузы.

— То, что она очнулась сравни чуду.

— О, как! — отреагировала я на высказывание своего оппонента. — И, что так?

— Мы доставили её на Мирту, уже не надеясь на то, что она выживет, — взъерошил Бен волосы на затылке.

— Это ещё почему? Хотя, нет, не говори! — выставила я вперёд руку. — Дайка сама догадаюсь. Девушка оказала вам достойное сопротивление. Ай, как не стыдно. Три жлоба против маленькой иномирянки, — пристыдила волка не хуже классухи. Станиславский и Немирович-Данченко мною бы гордились.

— Да мы её пальцем не тронули!

— Ага. Так я тебе и поверила, — сплела я руки на груди.

— А, тебе то, что с того? — прищурил он глаза-рентгены.

— Да так, просто, — опешила я от резко сменившегося тона своего собеседника.

— А, ты у нас часом не вражеский лазутчик?! — затрепыхали ноздри волка, словно он принюхивается ко мне.

— Фу-фу! Плохой волк! — замахала я руками, — Как тебе не стыдно обнюхивать приличную женщину без её на то разрешения! — сама от себя не ожидая подобной реакции. Мне бы ещё веер в руки, чтобы было чем отмахиваться, прикрывая своё раскрасневшееся лицо.

— И, вообще, — насупилась я. — Сам начал рассказывать. Никто тебя за язык не тянул, — встала я в позу.

— Прости, — тут же стушевался Бен, состряпав извиняющуюся мордашку в сравнении с которой кот из «Шрека» молча курил в сторонке. — Так, как ты думаешь, что могло произойти во дворце?

— Ну, — задумалась я, — её могли похитить.

— Исключено, — тут же отмёл волк моё предположение. О вторжении во дворец мы бы уже знали.

— А, ты уверен, что твой побратим всё тебе рассказал?

— Я бы почувствовал ложь. Между побратимами не может быть не лжи, не тайн.

— Ты в этом так уверен? — сморщила я наведённую моську, демонстрируя свой скепсис. — Возможно, он вам и не врёт. Но, однозначно, что-то и не договаривает. Слишком много «белых» пятен в этой «тёмной» истории, — подытожила я риторически.

— Ну, ты же женщина. Поставь себя на место попаданки. Что бы делала, окажись ты в её шкуре? — не давал мне покоя Бен.

— Мне лучше будет представить ситуацию, если ты немного расскажешь о своём побратиме. Какой он? Как ведёт себя с женщинами? Рад ли он был обрести истинную, хоть и из другого мира?

— Воу-воу! Притормози! — усмехнулся Бен. Дай хоть не первые вопросы ответить, — улыбнулся он лучезарной улыбкой.

— Ну, так… — сгорала я от не терпения.

— Дар любит своих наложниц… но, не более, чем пегасов в своём стойле, — усмехнулся волк. — И, года не прошло, как он взошёл на трон. Власть не лучшим образом отразилась на его и без того, сложном характере. Он стал жёстче, злее, не сдержанней. Особенно после того, как его прокляла горная ведьма…

— Что он сделал?

— Хотел взять силой её дочь, — выдавил из себя волк. — Она, как и ты, обладала магией перевоплощения, и Дар почувствовал в ней драконницу. Только вот девушка была от этого не в восторге. Убегая от него, оступилась и сорвалась в обрыв.

— Какой ужас! — не сдержала я эмоций, спрятав в ладонях рот и нос. Вот же сволочь, — прошипела я. — Как ты так можешь? А?

— В смысле, как? — не понимающе, уставился на меня Бен.

— Как можно быть верным существу, способному на такие злодеяния?

— Мы скреплены клятвой побратимов с малых лет. Это клятва нерушима.

— То есть, что бы не вытворял один из вас, остальные молча буду его покрывать, закрывая глаза на его бесчинства?

— Да.

— Всё настолько плохо? И, вы никак не можете повлиять на сбившегося с пути побратима?

— Нет.

— Ну, как ты не понимаешь?! Если его свергнут и посадят за злодеяния, то с ним и вас посадят.

— Почему сразу «посадят»?

— ПОТОМУ, ЧТО ПРЕСТУПНИК ДОЛЖЕН СИДЕТЬ.

— Ничего, ничего. В казематах из него человека сделают! — взвела я перст к небосводу, окрасившемуся в яркую охру, еле сдерживаясь, чтобы не заржать на всю поляну, особенно на фоне того, как на меня пялился волк, излучая трепетное благоговение.

— Вот тебе и ответ на вопрос: почему сбежала иномирянка. Уверена, твой побратим и в этот раз проявил не лучшие качества дракона, тем самым напугав чужестранку. Вот она и свалила от него по-тихому. В своё время и я предпочла свободу золотой клетке. Так, что могу лишь пожелать девочке удачи и ума палату, чтобы не попасть в лапы более изощрённому хищнику. Все вы самцы одинаковые. Понадобиться ещё не одна сотня лет, чтобы вы наконец-то по достоинству оценили роль женщины в своей жизни, как и в жизни планеты в целом.

— Я уже ценю, — хитро улыбнулся мне Бен, вынудив мои брови затеряться в рваной чёлке. — У меня есть сестра и мама, которых, я очень люблю и уважаю. Я вырос обласканным женской любовью.

«Мой волк», — утробно заурчала во мне волчица, словно подталкивая меня к Бену, пытаясь взять под контроль моё тело. От перспективы стать марионеткой, по сути, выдуманной личности, мне стало как то не по себе. И, я решила поскорее сделать ноги от источника волнения.

— Я рада за тебя, за твою маму, сестру, жену и других родственников, — вскинула лук на одно плечо и вещмешок на другое. — Рада была пообщаться, но мне пора. Надо ещё найти место для ночлега.

— А, почему бы тебе не переночевать эту ночь в нашем лагере? — поступило предложение.

«Я «ЗА!», — проголосовала социально адаптированная волчица.

Я осмотрелась. Солнечный дуэт, давно скрывшись за горизонтом, оставил после себя сумеречный след, что лёгкой дымкой оседал на поляну и струился меж вековых деревьев. Поняв, что в потёмках, всё, на что я буду способна, так это вскарабкаться на дерево в ожидании рассвета, я с опаской приняла предложение.

Две огромные луны, не заставив себя долго ждать, показались из-за чёрных верхушек елей.

— Ну, тогда отправляемся в лагерь, — радостно заявил вожак. Только будет быстрее, если ты обернёшься волчицей. Она у тебя такая аппетитная, и очень нравиться моему волку.

— Ну, спасибо! Только держи своего волка подальше! Она у меня ещё маленькая, чтобы думать о мальчиках, — усмехнулась я, вновь представив себя золотистой волчицей.

— Дамы вперёд! — усмехнулся вожак, пропуская меня вперёд.

— КОМУ ДАМЫ, А КОМУ И В ЖИЗНЬ БЫ НЕ ДАЛА БЫ! — рявкнула про себя, рассмешив кобелей с потрясающим слухом.

Стоило волкам войти в лес, как они словно кони, пустились вскачь. Чтобы не отстать от них, отпустила свою волчицу порезвиться. По тёмному лесу, который я, скорее чувствовала, чем видела, летела так, что ветер в ушах свистел. Ликующая радость зверя, вырвавшегося на свободу, отзывалась и в моей душе. Единственное, что меня начинало напрягать, так это сила моей зверюги, которая принялась подавлять во мне человека. Её инстинкты позаигрывать с сильным альфа-самцом шли в разрез с моими желаниями, но она продолжала призывно вилять перед ним хвостом, проламывая своим мохнатым телом бурелом. Несколько раз вожак нагло зажимал мою самочку. Не знаю, что у этого кобеля было на уме, но мой человеческий гнев на него, как на одного из похитителей, всё же взял вверх над животной сущностью и я со всей дури двинула его плечом, пустив волчару разрядиться в ближайшие кусты. Он же приняв это за игру, попытался сделать и мне подсечку. С пятой попытки ему удалось повалить мою волчицу на землю, но и я не собиралась сдаваться…

Мы кубарем скатились в овраг, подняв в воздух ворох опавшей листвы. Волк навалился на меня всей своей шерстяной тушей, прижав к почве пахнущей гниющей листвой.

— Будь моей Луной, — неожиданно прозвучало в моей голове. Я с удивлением уставилась в жёлтые глаза альфы, глядящие на меня с мольбой и надеждой. И, если бы не моя человеческая сущность, играли бы уже «собачью свадьбу».

— Не смей! — рыкнула на свою волчицу, когда та, лизнула тупую морду вожака.

— Я не планировала задерживаться в этом лесу надолго, — обратилась уже к альфе, который тут же меня отпустил. Поднявшись на четыре лапы, стряхнула с себя налипшую листву, и с одного прыжка выбралась с оврага на поверхность. Всё-таки сильная мне досталась волчица. Здравствуй биполярка!

Когда добрались до палаточного лагеря, нас уже поджидал вполне человеческий ужин в дружной, мужской компании. Услыхав человеческую речь, тут же заставила волчицу уступить место эльфийке. Бенджамин тоже решил войти в лагерь на своих двоих.

Сидящие у костра мужчины, до этого ведущие неспешную беседу, все как один обернулись на нас, по-доброму приветствуя меня.

Вожак, как и остальные, расположился на поваленном дереве, толстую кору которого покрывала шкура невиданного зверя. Я бы подумала, что это овчина. Но, во-первых, где вы видели двухметровую овцу, а во-вторых, шерсть была настолько мягкой, что я сразу представила себя в шубке из невиданного зверя. Раз, и вот я уже млею от тепла шубки кремового цвета в стиле «Милитари», модель которой я когда-то видела в одном модном журнале.

— Ух ты! — оскалился вождь шерстнатого отряда. — Да с такими талантами тебе самое место в гареме повелителя, а не в лесу, — высказался он, отчего моя моська сморщилась, словно лимона отведала. — Что?! Я что-то не то сказал?

— Я сам как думаешь? Ты только-то прировнял меня к прислуге. Меня — человека, для которого свобода превыше других благ этого мира, — высказалась я, ковыряясь ложкой в мясной каше.

— Ну, прости, — постарался исправиться Бен. — Я просто впервые встречаю такую сам… женщину.

— Проехали! — вздёрнула я плечами, типа не обиделась, и всё-таки решилась попробовать волчью стряпню. — О-о-о, совсем не плохо! — воскликнула я. Каша по вкусу напоминала перловку с мясным подливом. — Кто готовил? — уставилась я на мужчин. По краснеющим щекам блондинчика, который отличался от остальных войнов болезненной щуплостью, сразу догадалась, кто в доме хозяйка. — Мои комплименты повару! — подняла я чашку с кашей вверх, как принято было нахваливать поваров в этих краях. Это я ещё в таверне подметила.

— Благодарю, леди! — поклонился он мне. — Простите, не знаю вашего имени.

— Так тут никто не знает, — рассмеялся коренастый брюнет, сидящий с ним рядом.

— Ой, прошу прощения, — решила исправить своё упущение. Меня тут кормят, а я всё в инкогнито играю. — Позвольте представиться, Эль. Эль Девиль, — ляпнула, что первое пришло на ум.

— Очень приятно, Эль, — улыбнулся мне Бенджамин, приложив правую руку к своей груди, слегка поклонившись. Следом за вожаком, и остальные члены стаи принялись называть мне свои имена.

«БЛИН, НУ ЧТО ЗА МУЖЧИНА»! — подтрунивала меня волчица.

Закончив с ужином, мужчины не спешили расходиться, а продолжали обмениваться впечатлениями этого дня. Не трудно догадаться, что я сделала их день, нагло бросив вызов стае.

— А, что вы хотели?! — смеялась я, поддерживая общее веселье. — Умываюсь я, значит, наслаждаюсь прохладой ручейка, никого не трогаю. И, тут меня резко настигает такое отвратное чувство, словно ушат воды колодезной воды вылили. Аж, мурашки по коже поползли, — плотнее закуталась я в свою шубейку.

— Знакомое чувство! — отозвался шатен с бородкой. — Я когда только пришёл в отряд, именно так ощутил на своей шкуре взгляд нашего альфы. Но, это волчья фишка. Впервые встречаю магиню с такой чуйкой.

— Да-а! — горделиво отозвался вожак. — Боги этого мира щедро наградили её своей магией. Она оборотница. А, это значит, что она прекрасно чувствует любое существо, что находиться в пределах её досягаемости. А, ты не пробовала стать драконицей? — задал мне вопрос с подвохом.

— Да, как-то не доводилось мне пока повстречать дракона настолько близко в его животном обличии, — отмазалась я.

— Да, сейчас повстречать настоящего дракона сродни чуду. Только члены правящей династии могут свободно взмывать в небо древними ящерами.

— А, в кого ты ещё превращалась? — поинтересовался рыжий усач.

— Пока переплывала озеро, побыла русалкой, чтобы девки хвостатые меня к себе в гости не уволокли. Охотясь на шушина (это что-то среднее между нашим кроликом и шиншиллой), в Пурпурном лесу, пришлось стать феей, — сочиняла я так, что Андерсон нервно курил в сторонке. Астра за ночь успела немного рассказать мне о своём мире, а потому я врала без всякого зазрения совести, зная, что оборотни никогда не покидают территорию своей стаи, и вообще, не очень осведомлены о том, что происходит за пределами вверенной им территории.

Оборотни этого магического мира отличались от привычных оборотней в нашем понимании, навеянным Голливудом. В семье, где мама — тигрица, а папа — ягуар, сынок мог родиться кем угодно: львом, гепардом, волком или же медведем. Проявления животной сущности ждали с трепетом и праздновали больше, чем само совершеннолетие. После чего молодой оборотень отправлялся на учёбу в академию. И, уже в стенах альма-матер прибивался к себе подобным. Зачастую студенческая дружба становилась столь крепка, что юноши становились побратимами, давая друг другу клятву на крови. Там же и проявлялся альфа, самец, способный вести за собой свою стаю, взяв ответственность за каждого члена своей новой семьи. Бенджамину же удалось не только сколотить свою стаю уже на втором курсе, но и побрататься с другими представителями этого мира: нагом Реалишем, ирлингом Аскаром и драконом Дарханом. И, когда последний взошёл на трон, то, не забыв о своих друзьях, пристроил их при дворце, поставив на высокие должности. Так, Бен стал главой охраны повелителя Аргона. Я им попалась как раз во время ежегодного рейда, что проводил лично глава охраны, объезжая всю территорию королевства с проверками пограничных застав и всего прочего. Это я выяснила, сидя у костра и «грея уши». Я всегда предпочитала меньше говорить и больше слушать. Сейчас это качество для меня было особенно ценно.

— Я бы тоже хотела учиться в академии, — высказалась я, прервав воспоминания парней о своих студенческих приключениях.

— Почему бы и нет, — неожиданно одобрил моё решение Бен. — Притом, что уже как год в академию зачисляют и девушек. Тебе нужно только накопить необходимую сумму для вступительного взноса, и дальнейшая учёба будет оплачиваться из казны нашего повелителя. А, если зарекомендуешь себя прилежной ученицей, то тебе ещё и стипендию выплачивать будут.

Такой расклад на прекрасную перспективу вновь познать прелесть студенческой жизни меня не то, чтобы вдохновил, окрылил. И, поскольку, бегая по лесу и имея дар одеваться, не прибегая к услугам швей и сапожников, я могла быстро накопить нужную сумму, то решила все заработанные деньги за отлов животных откладывать на учёбу. Нужно было только обзавестись «бездонным кошельком», поскольку постоянные переходы не позволили бы мне сделать стационарный тайник.

Когда наступило время ложиться спать, мне щедро выделили отдельную палатку. Она, конечно, не превращалась в меблированную комнату со всеми удобствами, но была гораздо больше обычной туристической палатки, напоминая, скорее, арабский шатёр. Кто-то даже, заботливо соорудил для меня ложе, накидав на пол, застланный соломенными циновками, матрасов и шкур, застелив всё это тёплым пледом, не забыв и про подушку. На низком, металлическом столике я обнаружила кувшин с молоком и пару ломтиками серого хлеба. С благодарностью, сделав пару глотков вкуснейшего молока прямо из кувшина, и закусив половинкой хлебного отреза, завалилась на своё «царское ложе».

«А, не плохо я устроилась», — расплылась в улыбке, осматривая своё ночное укрытие. Прислушавшись к звукам засыпающего лагеря, и меня стало клонить ко сну, как неожиданно, полог у входа покачнулся, выдав позднего визитёра.

— Кто там? — привстала на локтях, не беспокоясь показаться в неглиже. Ведь я предусмотрительно представила себя в тёплой, флисовой пижамке.

— Леди позволит войти в столь поздний час? — виновато потупился Бенджамин.

«И, этот скромник — альфа?», — заржала внутри меня волчица.

— Заходи, коль пришёл, — усмехнулась и я. Он, всячески пытаясь скрыть своего заинтересованного взгляда, приблизился ко мне, и, ухватив плотно набитый пуф, уселся рядом.

— Что хотел? — спросила я, прервав неуютную паузу.

— Поговорить, — ответил он, подняв на меня свои зелёные глаза. Искрящиеся янтарными вспышками, они словно завораживали меня, притягивая к своему обладателю. Ахнуть не успела, как наши губы замерли на неприлично коротком расстоянии друг от друга. Ощущая жар, исходящий от него, моё сердце словно завибрировало во мне, вызывая зуд в груди.

ТАК СРАЗУ И НЕ РАЗБЕРЁШЬСЯ, АЛЛЕРГИЯ У МЕНЯ НА ЭТОГО ВОЛКА ИЛИ МНЕ УЖЕ ХОЧЕТСЯ СДАТЬСЯ В ПЛЕН ЕГО ХАРИЗМЕ!

— Говори, — отринула от него, уловив вздох разочарования.

— У меня к тебе много вопросов.

— Кто-бы сомневался, — усмехнулась я. — Ну, спрашивай, — приготовилась держать я ответ, вспоминая придуманную легенду.

— Как ты оказалась на землях Арагона?

— Сиганула порталом из Лилерии (государство эльфов).

— В Лилерии жила в столице?

— Нет. Я родом из разорившегося поместья, что вблизи Цистеллы (столица Лилерии).

— Впервые слышу о разорившихся эльфах, — призадумался волк.

— А, что ты хотел? Кому сейчас легко. Конкуренция на рынке галантереи никого не щадит.

— А, почему в бега подалась?

— Так отец вознамерился улучшить финансовое положение семьи за счёт меня. Решил замуж выдать за знатного. Чуть ли не аукцион устроил на право обладать моей рукой, сердцем, и другими органами, — чутка шутнула, рассмешив своего собеседника.

— Немудрено! С такими талантами как у тебя, отбоя от женихов, небось, не было?

— Отбивалась как могла, — улыбалась ему открыто, нагло убеждая оборотня в правдивости своих слов.

— Кто тебя научил так стрелять из лука? — его тон неожиданно стал деловито серьёзным. Даже я сразу подсобралась.

— Так, отец же и научил, — ответила, как на духу.

— Стреляешь ты хорошо. Но, я, как только увидел тебя там, у ручья, сразу понял, что никакой ты не охотник. Ты слишком трепетно относишься к лесу, с растениями разговариваешь, — усмехнулся он.

— Когда это я с растениями разговаривала?! — возмутилась я.

— Когда пробиралась через кусты авадари, — рассмеялся Бенджамин.

— Это те с голубыми ягодками и огромными шипами, что росли у речушки?

— Они самые.

— Ну, подумаешь, попросила их не увечить мою тонкую кожу, — отмахнулась от него, как от назойливой мухи.

— О том и речь. Как ты собралась промышлять охотой, если не сможешь убить и мелкую берку?

— Кого?

— Ну, да! Только не говори мне, что у эльфов дома и посевы защищены от этих мелких, серых грызунов.

«Мышь или крыса», — смекнула я.

— Нет у нас никаких берок. Покрайней мере, я не встречала.р

— Бог с ней с беркой, — закрыл тему Бен. — Промышлять охотой как собираешься, если тебе жалко убивать живность?

— А, кто говорит об убийстве?! Я лишь собираюсь отлавливать животных и сдавать их в академию, чтобы из них делали фамильяров. У тебя, кстати, есть фамильяр?

— Есть.

— И, кто он?

— Ястреб. Утром призову, если хочешь.

— Очень хочу, — решила польстить ему.

— У меня к тебе предложение.

— Я вся во внимании, — улыбнулась ему.

— Оставайся в отряде столько, сколько захочешь. Я лично покажу тебе места, где водятся экземпляры, которые могут стать прекрасными фамильярами.

— А, что взамен? — взглянула на него серьёзно.

— Я наслышан про то, как эльфы горазды устраивать свой быт практически из воздуха. А, ты одной силой своей мысли создаёшь и одежду и предметы. Ты для нас настоящая палочка-выручалочка. Мы воины. Не шить, не вязать не умеем. В походы приходиться брать много вещей и провианта. Благо спасают пространственные карманы.

«Что?! У них и такое тут имеется?!» — взорвался мой мозг от новой информации.

— Так, что, ты согласна?

— Я с вами, пока не освоюсь, и не пойму, что пора уходить, — протянула ему руку. — Обещай, не оспаривать моё решение, когда соберусь покинуть вас.

— Обещаю, — довольно ухмыльнувшись, пожал он мою руку.

Остаться в отряде волков-оборотней было для меня вполне логичным решением. Они прекрасно знали лес, разбирались во флоре и фауне, служа мне источником знаний. С ними я набиралась опыта, необходимого для выживания. Однажды, став свидетелем тренировочного боя на мечах между рыжим Стивом и шатенистым Вильямом, я уговорила Бена и меня научить пользоваться мечом. Для этого он два вечера вытачивал для меня игрушечный меч из деревянной болванки.

Лагерь не стоял на одном месте более трёх дней. По истечении положенного срока, мы сворачивались, не оставляя после себя никаких следов. Продвигались вглубь страны километров двадцать за день. А, найдя удачное место для лагеря, снова разворачивали в лесу бурную жизнедеятельность.

Так, от лагеря до лагеря, незаметно пролетело полгода. Радовало то, что климат за это время, практически, не претерпел изменений. Никто не кричал: «Зима близко!» Лишь однажды, когда мы проходили одно горное плато, опьяняющее ароматом полевых цветов, я обратила внимание на верхушки скал, что посеребрило снегом. По утрам в лесу можно было наслаждаться настоящей морозной свежестью. Завтракая у костра, мы походили на огнедышащих рептилойдов, выдыхая из лёгких тёплый воздух. Чем дольше я находилась в этом мире, тем больше благодарила местных богов за тот чудесный дар, которым они меня наградили. Кем только я не становилась за это время, не раз уводя от опасности и себя и парней, с которыми сдружилась. Однажды, даже вступила в бой с одичалым оборотнем в медвежьей шкуре. Крепко тогда досталось моей медведице. Хорошо в отряде было два мага-лекаря. Они быстро залечили раны моего мишутки. Не приди они ко мне на помощь, бродила бы по лесам золотой медведицей, пока раны бы не затянулись. Поскольку, как эльф, я бы просто не пережила полученных травм.

Да, что я всё о грустном? Были и весёлые моменты в моём затянувшемся походе…

Бенджамин как-то похвастался мне, что в детстве, неплохо зарабатывал на отлове огневушек — мелких ящериц, что плевались огнём. Незаменимая в быту зверюга, между прочим. И, никаких тебе спичек и ценной магии из личного резерва тратить не нужно. Была и в нашем отряде одна такая, но по осени «сделала ноги», почуяв свою пару. И, вот проходя через каменную речку, я неожиданно оступилась, наступив на плохо лежащий камень, а из-под него как выскочат огневушки, и в рассыпную. Парни-дурынды, то-ли растерялись, то-ли просто понадеялись на свои животные инстинкты, принялись прыгать меж валунов волками-попрыгунчиками. Их охота со стороны смотрелась так уморительно, что я, приняв облик эльфийки, хохотала во всё горло, присев на камень, прогретый двумя светилами. Понятно, что охота парней не увенчалась успехом. Вечером же, когда мы уже разбили лагерь, сунув руку в походную сумку, взвизгнула от неожиданности, нащупав средь вещей нечто тёплое, шершавое и пульсирующее.

— Ты чего шумишь?! — усмехнулся Бен. — Всю живность в округе распугала.

— Похоже, не всю, — передёрнуло меня от одной только мысли, что сумку захватило невиданное нечто.

— Показывай, что там у тебя, — смилостивился Бенджамин, принимая из моих рук сумку. — Да ладно! — издал он радостно!

— Ну, что там?! — сгорала я от нетерпения.

— Ребят, живём! — обратился он к парням. — Эль поймала огневушку.

— Я к этому не имею никакого отношения. Она сама заползла, — пояснила я, не желая пожинать не заслуженные лавры.

— А, что у тебя было в сумке из съестного? — поинтересовался Бен, наконец-таки вынув мелкую хулиганку на свет божий. Заглянув в сумку, огорчилась, обнаружив на месте вкусных овсяных печенюшек одни лишь крошки.

— Она подъела печенье, что я купила на последнем постоялом дворе.

— М-м-м, значит им нравиться печенье, а не черви, как принято считать, — сделал вывод вождь.

С помощью моей огневушки Томас, что продолжал нести свой пост на кухне, с лёгкостью развёл бурную деятельность: зажёг костёр, опалил тушку кабанчика и уток, пойманных парнями с утра.

С самого первого дня в отряде дозора, я подметила предвзятое отношение других волков по отношению к Тому. Да и он вёл себя немного обособлено. Решив помочь парню ощипать пернатые тушки, присела напротив него. И, когда убедилась в том, что у костра никого кроме нас не осталось, устроила допрос с пристрастием.

— Скажи Томас, а почему в отряде только ты готовишь? Это твоя обязанность или тебе просто нравиться готовить?

— И да, и нет, — усмехнулся Том, подкинув поленья в костёр. — Я не выбирал себе такую жизнь. Моя мать, как и ты — эльфийка, сама выбрала себе в мужья моего отца бету-оборотня. Она обладала достаточным резервом, чтобы родить ребёнка. Забеременев, она ожидала, что родиться девочка, а родился я, — усмехнулся он горько. А, мне стало так жалко его. Ну, почему ребёнок должен чувствовать вину за то, что родился не того пола, на который рассчитывали его родители. Глупость какая-то.

— И, что, она вас бросила? — высказала я своё предположение.

— Да, лучше бы бросила. Спустя год после моего рождения, она предприняла попытку снова забеременеть. Но, у неё ничего не вышло. Тогда она на совете общины обвинила отца в недееспособности, надеясь, что их разведут. Но, старейшины не поддержали её. Тогда мать отравила отца в его же день рождения. А, меня отправила на воспитание в дом сестры отца. Тётя, по сути, и заменила мне мать, — осветилось добром и любовью лицо парня.

— Ты держишься особняком из-за того, что ты полукровка?

— Заметила? — улыбнулся мне Том.

— Такое сложно не заметить, — пожала я плечами.

— Да, ты права. И, только то, что мне от матери досталась магия, а от отца умение обращаться в волка, позволило мне выучиться в академии и устроиться на службу.

— Ясно, — подытожила я, не желая больше развивать тему, что так неприятна моему собеседнику.

— Поможешь мне собрать травки к обеду? — предложил Том.

— С радостью, — согласилась я. Тем более, мне не помешало бы узнать о полезных травах этого леса больше информации.

Отойдя от лагеря метров на двести, мы наткнулись на развалины старой часовни или храма. Но, не это поразило меня, а то, что из-под разбитого купола вырывалось голубое свечение, расходясь по округе пульсирующими волнами.

— Что это? — шёпотом спросила своего сопровождающего.

— Незарегистрированное создание портала. Опять работорговцы на иномирянок охоту объявили. Идём в лагерь. Нужно об этом сообщить Бенджамину.

И, мы пошли.

После этого случая, я начала ощущать портальную магию. Она словно манила меня. Вот мне и пришла в голову светлая мысля, закидывать в портал записки в надежде на то, что они попадут в руки адресанту, пока другие заняты арестом магов, что повадились таскать девушек из других миров.