(не) Любимый гад

Глава 11

Я отвернулась первая. Гордо уставившись куда-то в сторону.

Все вокруг уже здороваются, улыбаются, мило воркуют между собой. Ева с готовностью подорвалась и протянула руку отцу Егора. Удивительно, что его мама тоже здесь была, ведь она вечно в каких-то разъездах. Они в разводе, но не подают вида, чтобы общество не мусолило эту тему.

— Я счастлива, что теперь мы будем намного ближе друг другу, — Ева практически сияла, широко улыбаясь им.

— Мы тоже рады, что наш Егорка остепенится, тем более все друг друга знаем, — его мама отвечала улыбкой моей сестре. Почему-то это меня раздражало. Но наверное, больше потому, что никто из них не знает, какая Ева настоящая, и верят в то, что она показывает. В курсе разве что ее немногочисленные друзья и, по несчастью, я.

— Интересно жизнь повернулась, — Баринов сел рядом со мной и вальяжно закинул руку на спинку дивана, как бы приобнимая. Через силу заставила себя держать лицо и даже выдать легкое подобие улыбки, лишь слегка приподняв уголки губ. — Красивое платье.

— Тебя не волнует, что родаки тебе нашли будущую жену? — выдала шепотом, смотря, чтобы никто не подслушал. Мои будут не рады, если на такой светлой встрече я начну выдавать свое недовольство и все портить. Неловко поправила бретельки, видя, что парень заинтересованно поглядывает на декольте. Обтягивающее бежевое платье впервые было не моим решением, этого хотели родители. Ева вообще была в коротком белом, словно невеста на свадьбе.

Юра совершенно равнодушно пожал плечами.

— Если это жертва для того, чтобы навсегда остаться богатым — я готов. Тем более сейчас не Средние века, чтобы быть верным, ха-ха.

— Это мерзко...

— Ну а что делать в нашем-то положении, не кусай руку, что тебя кормит. — Парень оскалился, смотря на то, как я пытаюсь не скривиться. Его забавляла моя реакция. — А может, и не придется ходить по девкам, у меня будет очень даже симпатичная женушка...

И наклонился то ли почувствовать запах моих волос, то ли поцеловать в щеку. Я неловко дернулась и сделала вид, что смутилась. Взрослые, кто заметил это, засмеялись, пробормотав что-то вроде «молодежь». Даже не знаю, что из этого противнее. В душе какой-то неприятный осадок после слов Юры. И почему он так легко к этому относится?

Ева уже висела на Егоре, а я пыталась держать неуловимую дистанцию со своим недосуженым. Возможно, зря я пустила все на самотек. Мне что-то это уж совсем не нравится. Все расселись, и вокруг начали суетиться официанты, поднося наполненные бокалы и бутылки.

— Ну что ж, — отец сцепил ладони на столе. — Может, пусть ребята посидят отдельно, а мы обсудим предстоящие дела?

Папа Егора кивнул.

— Да, это хорошая идея. Нечего им слушать наши скучные разговоры, — жестом подозвал официанта и что-то ему шепнул. Тот закивал и отлучился на некоторое время. Затем появился и наклонился к нам.

— Прошу, вон за тем столиком вам понравится больше.

— Что ж, раз родители так хотят, не будем им мешать, — Ева с готовностью поднялась первой, показывая полную покорность решению взрослых. Мы осторожно поднялись следом и проследовали за официантом. Я, Баринов и Егор шли рядом, а Ева впереди, как будто взяла бразды лидерства. Сказать, что это было неловко — ничего не сказать. Мне каждую секунду хочется сорваться и просто сбежать. От скрытой ухмылочки Евы, развязных движений Юры и... мне кажется, что я почувствовала взгляд Егора...

Болезненные мурашки пробежали по коже правого плеча и спустились ниже, что я неосознанно сжала ладонь в кулак. Больно на него смотреть, больно ощущать его присутствие. Он был моей мечтой, которая разбилась. Он собственноручно ее разбил.

Столик был поменьше, но идентичным первому. В более полумрачной обстановке, поскольку стоял прямо у стены.

— Э-э-э, и что будем делать? — я села и огляделась.

— Ну для начала выпьем и расслабимся, — Юра пожал плечами. — У нас еще весь вечер впереди, а ты какая-то зажатая.

— Да ладно. Интересно почему. — Саркастично приподняла бровь и выцепила с подноса еще пузырящийся бокал.

Ева села к Егору и прижалась к его плечу, вцепившись, как осьминог. Они сидели напротив меня, поэтому отвернуться или не замечать их было неудобно. Поэтому я рассматривала стол, напиток, даже лениво пялилась на Юру, пытаясь понять, смогла бы я в теории принять этого человека.

Нет.

Его позиция, да и он сам мне неприятны.

Посмотрела снова, с неприязнью отмечая, что Юра уже сейчас незаметно заигрывает с официанткой.

Не могу. Боже. Я не смогу сделать то, что просят родители. Это выше моих сил и совсем не то, о чем я мечтала. Оно сломает меня еще сильнее, может, даже окончательно. Потому что уже сейчас я держусь буквально из последних сил.

Подняла глаза и заметила, что пока Ева занята в телефоне, Егор смотрит на меня в упор. Что-то внутри этих зрачков. Я пугливо опустила взгляд, пытаясь унять внезапно участившееся сердцебиение. Сердце билось об острые прутья своей клетки, и с каждым ударом я все сильнее закусывала губу. Даже его взгляд ранит. И как мне здесь отсидеть положенное время? Почему он вообще смотрит на меня? Пусть смотрит на свою невестушку, раз у них там все взаимно. По-другому не объяснить, почему они обо всем знали заранее и почему...

Р-р-р-р.

Не хочу это вспоминать.

Заставила себя поднять взгляд и гневно ответить. Сжала губы и постаралась выразить все, что думаю в одном лишь равнодушном взгляде. Я помню, с каким придыханием ловила каждое его движение, как замирала, мечтая о том, чтобы он хотя бы коснулся меня. Столько мыслей и все... в мусорку. Я сняла розовые очки. Мир без них оказался не таким радужным, даже, наоборот, прозреть оказалось довольно неприятно.

А он смотрел. Так же молча и даже, как мне показалось, виновато. Почему-то моя смелость не принесла облегчения, хочется плакать. Нос защипал, и я приподняла голову, как будто бы меня заинтересовала люстра. Одним движением руки убрала слегка завитые волосы назад.

— Кстати, как тебе цветы и колье? — словно невзначай спросил Юра, а сам пытливо вглядывался в мое лицо.

— Я должна была догадаться, что это ты, — даже не удивилась. Кто ж еще любит привлекать внимание в универе, удивительно, что он сразу же не начал рассказывать всем, что это он.

— Ого, а почему не носишь? — влезла в разговор Ева.

— Повода не было, как-нибудь обязательно надену, — я наигранно улыбнулась.

— На вашу свадьбу! — сестра просияла, ибо ей в голову пришла «гениальная» идея. — Точнее, нашу. Я хочу попросить родителей расписать нас одновременно!

Желваки Егора дернулись, зрачки сузились, и в них блеснул недобрый огонек. Или мне показалось?

Ева явно умеет доставлять максимум боли, теперь еще собираясь заставить меня смотреть, как парень, в которого я влюблена, женится на моих глазах на другой. Или... была влюблена. Я не знаю. Внутри все так болит, что я ничего уже не понимаю за этой пыткой. На всякий случай напоминаю себе, что он сделал пару дней назад, чтобы глупое сердце не решило вдруг его простить.

— Давай не будем загадывать наперед, — впервые за весь вечер он что-то сказал при мне. Его голос, бархатный и теплый, как раньше... когда же эти мучения закончатся? Можно уже поехать домой?

Моя младшая сестра повернулась к нему:

— А что? Не хочешь увидеть мою сестру в свадебном платье? Все-таки так хорошо знаем друг друга, — этот ядовитый подозрительный тон, он явно ходит по минному полю ее пытливых вопросов.

— Нет, почему, очень хочу, то есть... — неловко кашлянул в кулак, — лучше все-таки отдельно. Бариновы любят пышные празднества, вряд ли они захотят делить внимание на две пары...

Юра шумно поставил стакан на стол и направил на Егора указательный палец.

— Парень дело говорит. Я хочу, чтобы о моей свадьбе сплетничали из каждого уголка этого города, так что прости, куколка, не хочу парную.

— Ну и ладно, — Ева явно обиделась, недовольно поджав губы и скрестив руки на груди.

Я не выдержала и поднялась из-за стола, уперевшись ладонями в столешницу.

— Вы так легко это обсуждаете, словно чей-то день рождения планируете. Простите, пойду подышу свежим воздухом.

Подорвалась и прихватила недопитый бокал. Только бы не смотреть ни на кого. Приподняв подол, выбралась из-за стола. Мне и правда нужен воздух, после всех этих разговоров болит голова. Неужели только мне одной тошно при мысли о свадьбе с человеком, которого я не люблю? Почему даже ОН так легко согласился. Или... или у Егора роман с Евой?

— Истеричка, — полетел в спину голос Евы, — она просто все еще живет в своих глупых, розовых фантазиях. Не выросла, вот и...

Дальше я не слушала.

К счастью, алкоголь начал туманить разум, и мне стало совсем немного, но полегче. Я свернула в широкий коридор и дошла до его конца, снова повернув. Здесь уже практически не было людей, а когда я дошла до широкого балкона, то осталась в совершенном одиночестве. Поставила бокал на широкую перилу, больше напоминающую длинный столик, и оперлась на нее, смотря вдаль.

Вид со второго этажа открывался шикарный. У этого загородного частного клуба во владении было еще несколько соток земли, сплошь засеянными цветами в клумбах. Здесь был сад с деревьями и подальше беседками, там даже кажется кто-то был, а еще вдали простиралось озеро. Ночная луна красиво отражалась в нем.

Я засмотрелась на нее и почувствовала, что что-то обжигает щеки. Слезы. Горячие, крупные слезы текли по лицу, смывая с него тоналку. Если бы не наращенные ресницы, моему макияжу пришла бы хана. Я бесшумно ревела и терла щеки, надеясь, что эти глупые слезы, такие же глупые, как и я, наконец-то перестанут течь.

Я среди гостей, я не дома, нельзя проявлять слабость. Я столько держала себя в руках, неужели это стало последней каплей?

— Вот ты где...

Сзади раздался голос. ЕГО голос. Привычно теплый и нежный. Как раньше, когда мы были просто друзьями. Я просто тихо его любила и таскалась хвостиком, а он просто улыбался мне и принимал эту любовь, даже не зная о ней. Почему все стало так тяжело в одночасье?

Тупая влага, перестань течь. Хотя бы сейчас, потому что я спиной чувствую присутствие Егора. Перед кем угодно, но только не перед ним.

— Уходи. — Хотела сказать твердо, но голос сломался. Я вцепилась ладонями в холодный мрамор и заставила себя смотреть на горизонт. Прохладный ветерок холодил кожу и вроде как приводил меня потихоньку в чувство, я даже подмерзать начала.

Сзади стало тихо. Мне показалось, что он и вправду ушел. Стало одновременно и легче, и жутко тоскливо.

На плечи лег темный пиджак, и только по одному запаху я смогла понять, чей он.

— Я сказала, оставь меня в покое! — повернулась, и не совсем трезво и рационально, как я хотела, бросила ему это в лицо. А Егор молча стоял и держал меня за плечи, виновато улыбаясь. Одна рука скользнула вниз и взяла меня за ладонь.

— Лесь...

— Не отпустишь меня, я закричу! — дернулась, пытаясь вырваться, сбежать от него подальше. Его пальцы тоже обжигали. Было морально больно. Душевно, но как будто бы распространялось и на физическое состояние.

Пусть женится на моей сестре. Пусть будет счастлив с ней. Я уйду в сторону и как-нибудь переживу это.

— Олесь... — так нежно, что сердце разрывалось.

Он просто произнес твое имя, что с тобой, черт возьми?!

— То, что было между нами, всего лишь ошибка! Так зачем ты пришел? Отпусти меня!

Ева определенно права. Ведь у меня, походу, началась истерика. Несколько дней запертых в себе эмоций вылилось в... вот это. Я билась в его объятиях, как маленькая птичка, и проклинала, пытаясь уколоть побольнее. А он просто молча слушал и прижимал к теплой, почему-то до сих пор родной груди.

—...И живите, пусть у вас будет много детей и...

Тут он так резко взял мое лицо в свои ладони, что я на секунду забыла, как хотела закончить предложение. Замерла растерявшись.

Глаза в глаза.

Там было много всего. Целый коктейль... из тех самых эмоций.

Но он ничего не сказал. Просто молча впился в мои соленые от слез губы...