(не)шуточная беременность

Девочка с Земли

Ожидание под кабинетом убивало. Я была как бельмо на глазу. Ещё бледный и взволнованный Руслан. Он в первую пору моей шуточной беременности так не волновался. Может, потому что срок маленький был? Теперь же вот дошло. Как и до меня. Только я уже понимала, что всё, поезд ушёл. Обратно не расколдуешь, не разбеременеешь…

— Перестань ногами стучать. Ты трясёшься так, что тебе можно ставить смело шестерочку по шкале Рихтера. Внизу сейчас люстры закачаются, а все остальные беременные, как спелые яблоки повалятся со скамеек.

— Перестань бурчать, как бабка старая! — Руслан едва не клацнул зубами и взял меня за руку. — Тоже нервничаешь?

— Нас же не просто так пригласили… Наверное, что-то не так, — мой жалобный голос немного успокоил Руслана.

— Всё в порядке! Не настраивай себя на плохое.

— Тогда перестань дрожать как осиновый лист! — неожиданно рявкнула и сжала кулаки. На нас вытаращился весь коридор. Во все глаза. Не знаю, как Руслан, а я покраснела. — Хватит…

Руслан крепко сжимал мою ладонь. Мы неловко переглянулись и притихли. Вокруг все были такие радостные чего-то ждали. И животов ни у кого не было. Только мой комбинезон, да небольшая округлость под ним, привлекали всеобщее внимание.

Скрининг. Кажется, это называлось именно так. Если я ничего не путаю. Только его обычно проводят на меньшем сроке. Но Кира Романчук и тут отличилась! Кажется, за последнее время я столько медалей насобирала. Хоть всей обвешайся.

— С чего ты решил, что наша дочка будет такая же, как шалопаи Лизы? — я резко перевела тему в другое русло. — Маму мою зачем-то приплёл…

— Кира, родная…

Меня аж холодным потом прошибло. Когда Руслан начинал употреблять такие словечки, впору было беспокоиться и искать причину таких любезностей. Или просто мой горячо любимый муж оттаял и сменил гнев на милость?

— Я никого не приплетал. Это моё наблюдение и, если хочешь, вывод. Вполне логичный. Вот твоя мама… Она, — Руслан опасливо понизил голос, — она же своеобразная женщина. Я никогда не был в Одессе, но мне кажется, что твоя мама оттуда.

— Мама не оттуда… — сжав зубы, едко процедила. — Почему все сразу вспоминают Одессу?

— Потому что когда она говорить: «Руслан, деточка», я просто слышу этот одесский говорок. Честно! А вы с Лизой…

Ага! Вот уже интересней стало всё. Мы с сестрой в ход пошли.

— Таки мой родной, на что ты намекаешь?

— Вот! Вот! Именно об этом я и говорю! У вас характеры похожие. Твоих племянников сия чаша тоже не миновала. Так что я не сомневаюсь, что… Что у нас будет что-то похожее.

— Ну, там и твои гены будут. Мне опасаться, что наша дочка станет копией твоей мамы? Хотя она — хорошая женщина. И я была бы рада, если наша дочка будет хоть чуточку похожа на Нину Михайловну.

Тут Руслана перекосило. То ли он не ожидал, что я могу так сказать о его маме, то ли не мог понять, как можно такое говорить о ней?

А что такого? Не так страшен чёрт, как его малюют!

Как ни странно, но вся эта идиотская ситуация с моим розыгрышем всё расставила по своим местам.

— Вообще, тебе не кажется, что мы делим шкуру неубитого медведя. От нас с тобой зависит, какой будет наша дочка.

— В этом я с тобой согласен, — Руслан похлопал меня по коленке.

Я хотела было что-то возразить, но тут открылась дверь кабинета и нас позвали внутрь. Для Руслана это в новинку, а я уже была готова к тому, что сейчас придётся лечь на кушетку и терпеть мерзкий холодный гель на своём животе.

Вот он самый, живот-то, всех и смутил. И врача, и медсестру. Немой вопрос читался в их глазах: как? Как я попала на первый скрининг на таком сроке?

Когда врач открыла мою обменную карту, то глаза женщины стали ещё больше. И с каждой прочитанной строчкой, значительно округлялись. Повернув голову так, будто в шее не было костей, врач, наконец-то, прервала молчание:

— Двадцать недель?

— Было…

— Сейчас точно узнаем, — женщина коснулась датчиком моего живота, ловко размазав гель. Я перевела взгляд на Руслана: у того были такие же совиные глаза. Он смотрел на экран и пытался понять, что же там такого интересного. — И срок, и все подробности.

— Нам ничего толком не говорили. Так, кое-что только, детали. Пол там, срок… Примерный. На первом УЗИ, — выдохнула и криво улыбнулась. — Да, мы узнали, о беременности совсем недавно.

Прямо насмешка судьбы. Кто мог знать, что шуточная беременность обернётся вот так? Да ещё и я сама стану девочкой из анекдота. Ну как так не знать, что беременна? Раньше мне казалось, что это нереально. Вот такие истории, когда девушки и женщины узнавали, что беременны, когда уже начинали рожать. Теперь подобные байки не кажутся мне чем-то нереальным. Сама такая же! Балда.

На мониторе появились первые очертания чего-то, что отдалённо напоминало ребёнка. Голова, ручки. Крупным планом почему-то была именно голова. Её измеряли вдоль и поперёк. Руслан забавно склонял голову вслед за датчиком, всматриваясь в непонятное нечто. Мне тоже стало интересно. Ну да… Нос у дочки будет папин. Римский профиль. Почти. Явно не мой аккуратный нос кнопкой.

Было немного забавно. Смотреть на монитор и понимать, что всё по-настоящему. Что вот та маленькая девочка реальна!

— Ну что, — врач, закончив диктовать непонятные цифры медсестре, уделила всё внимание нам. — Есть кое-что, что меня смущает?

Руслан побледнел, а я едва не вскочила на кушетке.

Что значит «смущает»?