(не)шуточная беременность

Помидоры из Одессы

Дача оказалась очень заманчивым местом. Уютным, тихим и спокойным. А самое главное очень семейным. Тут была благодарна коллеге Руслана и его предложению. Встречать Новый год в тесной квартире большим семейством — то ещё удовольствие. Тут же как в мультфильме: можно ёлку во дворе нарядить, расчистить веранду и устроить там площадку для детей. Подсуетиться с зоной барбекю и сделать на праздничный ужин настоящее мясо на углях.

Последние сроки беременности пробудили во мне просто зверский аппетит. Те запасы, что взял с собой Руслан, быстро истощились. То ли я нервничала, то ли наша крошка решила набрать всё, что ей недодали в своё время, но ела я много. И в основном мясо. Стоять возле плиты мне не позволяла спина. Поэтому Руслан уже привык, что к кухне добровольно приковался, а я так, на подхвате, на стуле с пледом и с книгой.

Хомяк внутри меня ликовал! Если бы ещё Руслан разрешил мне сосиски… Так хотелось сочных зажаристых и хрустящих сосисок, что просто слюной давилась.

Остаток отпуска Руслан взял на январь, вместе с отгулами. Поэтому пока на даче я была одна. Но это ненадолго, потому что скоро привезут трёх хоббитов, которые наведут тут шухер. Любой повелитель Мории белый флаг вывесит. Хотя Руслан к ним подход нашёл. Но то Руслан! А тут я. Да ещё в состоянии объевшегося колобка или как меня ласково называл папа — глобус на ножках. Ну так оно и выглядело: тонкие худые ноги, такие же руки и живот, будто я натурально арбуз проглотила.

— Чего желает мой колобочек? — Руслан собирался на работу. Вечером он привезёт мелких, так что это последний день, когда я буду одна.

— Сосисочку, — сделала грустные глаза, — хотя бы половинку.

— Там куриная грудка есть, никаких сосисок! — Руслан был непреклонен. — Не нужно тебе эту гадость есть. Зачем?

— Очень хочется… — со вздохом призналась и сложила руки на животе подобно кенгуру.

— Потом будешь есть.

— Потом тоже нельзя, кормление.

— Вот и отлично! Будешь есть тогда, когда можно, — муж сурово подытожил и как-то строго на меня посмотрел. — Сосиски я специально не покупал, магазина тут нет. Так что ешь несчастную курицу!

— Почему несчастную?

— Потому что я её готовил с трудом, пока приноровился к этой дурацкой плите! Тяжело после газа на электричество переходить.

Я сделала понимающее лицо и промолчала. У меня в любом виде с плитами дружбы не выходило, даже если мне этого очень хотелось. Нет, мы жили в вечном состоянии холодной войны, преподнося друг другу мелкие пакости. То я ручку сломаю, то плита выключится или с газом проблемы начнутся.

Улыбнувшись, посмотрела на Руслана. Точно, геолог! Прямо из старых советских фильмов. Небольшая рыжая борода, немного всклокоченная шевелюра, задорный блеск в глазах и любимый свитер, в котором мой муж мог и спать, честное слово! А если гитару дать в руки, то точно бард будет.

— Жаль ты на гитаре играть не умеешь! Если бы…

— Если бы да кабы, то во рту росли грибы! — Руслан шутливо нахмурился, осмотрелся на довольно тесной кухне и принялся меня привычно инструктировать. — Телефон не выключай, всегда на связи. К плите не лезь, у тебя есть микроволновка. И электрочайник. Я всё подписал, куда и что. Прошу, Кира, не вздумай готовить!

Я зарделась как маков цвет. Был тут у меня небольшой косяк: я решила приготовить пирог. Чёрт меня дёрнул! Сначала я звонила маме, но таки если ты решила готовить своими кривыми ручками, то не путай божий дар с яичницей! Стоит ли называть пирог пирогом, если это не он? Как в том анекдоте про заливного осетра: берёшь минтая и заливаешь всем, что это осётр. Вот и у меня так. Потом я звонила Нине Михайловне. С её помощью, я даже блендер не сломала и разобралась с электрической духовкой. Только закончилось всё полным фиаско. Я нашла какую-то силиконовую форму и решила сделать пирог в ней. Поставила всё это дело на решётку. Температура подскочила, форма потекла и застыла гротескными сталактитами на решётке вперемежку с горелым тестом, которое сверху превратилось в угли, а внутри осталось таким сырым, что готово было завоевать всю кухню.

— А если я захочу яишенку?

— Ждёшь меня. Плиту не трогай! Заклинаю тебя, Кира, — Руслан сделал пассы рукой и попытался воздействовать на меня сердитым взглядом. — Не. Трогай. Плиту.

— Да поняла, я поняла.

— Чего пиши мне в мессенджер. Если скучно будет.

— О, нет! У меня на сегодня насыщенная программа, — я встала с мягкого кухонного уголка, подхватила Руслана за локоть и вывела его в большую комнату. — До одиннадцати часов я буду лежать на том мягком диване и читать книжку, потом перекушу и схожу на улицу, подышу свежим воздухом. Затем сменю дислокацию, — махнула рукой в сторону кресла-качалки, которое мы нашли на втором этаже, — сяду в тот качательный агрегат и закачаю себя до состояния нестояния, чтобы потом плавно переместиться на кровать. Потом, может быть, будет обед и дневной сон. Тут уже и ты вернёшься.

— Хороший план, — Руслан поднял большой палец вверх, — его и придерживайся.

Тихая музыка, льющаяся из телевизора, нас прервала. Мы всегда включали какую-нибудь утреннюю передачу на одном из федеральных каналов и смотрели её. Теперь же время местных новостей. Вклинивались они всегда невпопад.

Речь диктора было плохо слышно. Но по сменяющимся картинкам и примерному тону, я поняла, что пахнет жареным. А уж когда увидела знакомую морду лица, то заскрежетала зубами.

Опять Белосов! Чтоб ему пусто было!

Руслан взял пульт и сделал погромче:

—…вскоре должны состояться общественные слушания по поводу рентабельности вестника «Любимый город». Речь идёт об объединении двух редакций для создания единого медиапространства. Инициатором проекта выступил Белосов…

— Кира! Выдохни, ты даже позеленела, тебе нельзя волноваться. Слышишь? Тебя это не касается.

— О! Очень даже касается! — я кинулась в коридор, натягивая на себя куртку. — Я еду с тобой. Это не обсуждается. Он хочет войны? Таки он узнает почем помидоры в Одессе зимой!