(не) Случайная невеста, или Жених поневоле (СИ)

Глава 15

Глава 15. Трудный выбор

Василиса — Вэализ

Всю обратную дорогу до замка никто из нас не разговаривал. О чем думал герцог? Не знала, но догадаться было несложно. Ансер был обескуражен. Я же старалась придумать как во всем признаться. И стоило ли?

Ветер играл с моими волосами. Ритмичный стук копыт убаюкивал, но внутри меня все кипело. Признаться во всем или продолжить вести себя дальше также, словно я и есть настоящая Вэализ? Но как рассказать всю правду о себе?

Я плохо себе это представляла. Ведь реакция могла оказаться разной и не факт, что адекватной. Что если Ансер посчитает меня больной? Тогда мои дни в этом месте точно сочтены. И я живо представила в голове эту сцену…

Вот мы сидим за столом за ужином. Я, собрав всю волю и силу в кулак, откладываю вилку, смотрю на мужа во главе стола и произношу:

— Я не настоящая Вэализ Тависаль. Я чужая душа из другого мира в ее теле. Там, где я родилась и выросла, нет магии. Но там есть свет, текущий по специальным проводам, есть железные машины, на которых люди ездят и летают.

Лорд Каэлан молчит. Потом медленно поднимает на меня глаза.

— Ты больна или одержима, — слышу я его ответ.

И это будет самый ужасный вариант. Но наряду с этим сценарий мог оказаться и другой. И мне бы очень хотелось такого развития событий…

Мы с Ансером наедине. Я признаюсь ему во всем. Он сначала не верит моим словам. Потом видит мое молчание и взгляд, понимает, что я не шучу. Подходит ко мне, обнимает.

— Неважно, откуда ты пришла, — шепчет он мне. — Важно, кто ты здесь и сейчас. Ты — леди Каэлан, ты — моя жена.

И следом целует…

Эта картинка была бы самой сладкой и была бы идеальным завершением моей истории. Но и самой неправдоподобной. Не бывает все так просто!

— Ужин подайте в мои покои, — отдал он распоряжение, как только мы оказались во дворе замка.

Герцог первым спрыгнул на землю, помог мне. Не выпустив мою руку, повел наверх. Завел в свои покои и только выпустил мою ладонь, запер дверь.

— У тебя есть время привести себя в порядок, Вэализ, — услышала я слова герцога, который стоял лицом к окну. — Потом мы поужинаем и поговорим.

Мне ничего не оставалось делать, как уйти к себе. Солнце скоро коснется шпиль башен. Мы достаточно долгое время провели возле Стены. И не напрасно. Хоть нашли общий язык с чудовищами. А вот с мужем…

— Леди Каэлан, позвольте вам помочь? — Элайна вывела меня из состояния ступора.

В комнате уже вовсю работали магические светильники. Я сидела возле зеркала после того, как освежилась. Дальше дело не пошло. Видимо, я слишком глубоко ушла в свои мысли.

— Что-нибудь легкое, — попросила я, имея в виду и насчет прически, и платья.

Девушка кивнула. Она хорошо знала свое дело. Элайна подхватила с трюмо гребень и начала ловко распутывать пряди. Я и не заметила, что волосы были в полном беспорядке. Служанка расчесала их до гладкости и до блеска и оставила распущенными. Заплела несколько тонких косичек и приколола их шпильками, уложив в узоры. Закончив с волосами, Элайна настояла на том, чтобы я сменила сорочку.

— Ужин в покоях Его Светлости, — улыбнулась она мне. — Наедине с лордом Каэлан.

Я промолчала, не став разрушать ее надежды. Платье, что она подобрала, все же одобрила. Легкое, из шелка, цвета летней травы, украшенный с мелкими жемчужинами.

— Готова, — довольно выдохнула Элайна, отступая на шаг, чтобы полюбоваться своей работой. — Его Светлость и про ужин забудет, увидев вас.

Я слабо улыбнулась. Знала бы она, что ужин не прелюдия дальнейшей совместной ночи, а только для разговора наедине.

— Смелее, леди Каэлан, — Элайна легко и непринужденно улыбнулась. — Мы не в курсе, что заставило вас выйти замуж за герцога, которого создали на границу, но. Все слуги видят, как он смотрит на вас. Ничего не бойтесь. Его Светлость любит вас. Все будет хорошо.

Мне хотелось верить словам служанки. Перевела взгляд на смежную дверь. Ансер не давал о себе знать и не торопил меня.

— Смелее, Ваша Светлость, — подбодрила меня Элайна. — Я передам на кухне, что можно подавать ужин.

Девушка убежала. Я шагнула к двери, но нажать на ручку не осмелилась. Сердце колотилось, страх комом застрял в горле. Но сколько можно тянуть? Разговора между нами уже не избежать.

Глубоко вздохнула и толкнула дверь. Тяжелая створка бесшумно открылась. В покоях лорда Каэлан царил полумрак, разбавленный приглушенным светом настенных бра и огнем в камине. Ансер стоял возле окна, как и когда я уходила. При моем появлении он развернулся. Герцог был в простой одежде и от того не менее притягательным. Он приблизился ко мне.

— Ты прекрасно выглядишь, — голос мужа дрогнул. — Ужин скоро подадут.

Он провел меня к столу и предложил серебряную чарку с напитком. Я не стала отказываться. Нужно было занять руки хоть чем-то. Но тишина все равно повисла между нами. Было слышно как потрескивает огонь в камине. Но вскоре принесли ужин.

— Благодарю, дальше мы сами, — герцог отпустил слуг.

В покоях мужа мы остались одни. Ансер довольно ловко расставил тарелки и приборы, подвинул мне. Разлил напитки и сам тоже присел за стол.

— Приятного аппетита, — пожелал мне и приступил к ужину.

Ели мы тоже в тишине. Я украдкой смотрела на герцога. Он ел сосредоточенно. Лицо его было спокойным. Может, я зря волновалась?

Вскоре с ужином было покончено. Я отложила серебряные приборы и замерла, не понимая, что делать дальше. Молчание между нами затягивалось.

Ансер первым встал из-за стола. Позвал слуг, чтоб они забрали тарелки. И мы снова остались одни.

— Пересядем к камину, — предложил он, наполнив мою чарку. — Теперь я готов тебя выслушать, — произнес он, глядя на меня после того, как занял одно из кресел.

Я сглотнула. Слова застряли в горле. Взглянула на свою руку на кольцо, которое подтверждало мое замужество.

— Я не та, за кого ты меня принимаешь, Ансер, — наконец произнесла я, не поднимая глаза на мужа. — Я не леди Вэализ. Меня зовут Василиса Ковалева. И я душа из чужого мира.

Герцог Каэлан молчал. Я чувствовала на себе его взгляд, но все же продолжила.

— Там, в своем мире я умерла, попав в аварию. Когда же пришла в себя, то первое, что я увидела, это разгневанное лицо принца Дамьена, — вспомнив принца, я поморщилась. Хорошо, что сейчас я находилась далеко от столицы и принца. — Видимо, сердце Вэализ не выдержало лживых обвинений жениха. Я не знаю, что с ней случилось, отчего ее душа покинула ее тело, уступив мне. И не понимаю, почему я оказалась в этом мире. В моем мире нет магии. Никакой. Техника, самолеты, поезда, электричество, интернет. Здесь все другое.

Я замолкла, не зная, что говорить дальше. Смотрела на огонь в камине, боясь взглянуть на Ансера.

— Почему ты молчала? Почему не рассказала всей правды сразу? — спросил он тихо.

— А что я должна была сказать? — горько усмехнулась я. — И главное когда? Перед принцем? Тогда бы он точно упек меня как больную или до конца дней моих запер в темнице. Возле алтаря? Мне хотелось тогда только одного. Уйти или уехать оттуда. И в этом только ты мог мне помочь. Вот я и выбрала из двух зол меньшее. Даже в том виде, в каком ты был в храме, ты вызывал больше доверия, чем принц.

— Да, Дамьену доверять не стоит, — задумчиво произнес герцог, словно только это его и волновало. — Путь в столицу нам заказан. Принц сделает все, чтобы ты больше не появлялась.

— Почему ты, — я запнулась. — Почему ты оказался здесь? У Стены.

Герцог ответил не сразу, но все же заговорил.

— Я был тенью короля Бракса, начал он свою историю. — Такой же, как Силван. Появлялся в нужном месте, мог исчезать вовремя. Но король начал болеть. Все чаще и чаще. Я начал подозревать Дамьена. Уж очень он рвался к власти. Я не доверял принцу. Но меня отправили на задание. По возвращению в столицу я узнал, что Его Величество неожиданно уехал. Куда? Знал только принц. Но время шло, а король все не возвращался. Дамьен убедил остальных придворных, что его отец на переговорах с другими империями, что они вместе решают вопроса насчет Стены и чудовищ. Они верили. Я же начал копать. Мои подозрения насчет короля подтвердились. Бракс пропал по пути в соседнюю империю. И никто не знал, что с ним. Я не успел выяснить. Меня обвинили в предательстве короне, что выступаю против принца, якобы я лично сам читал письмо короля о том, что трон он передает сыну, и сослали сюда. Уже больше года я здесь. Иногда меня вызывают в столицу, чтобы показать остальным, что я жив. Моя смерть вызвала бы еще больше вопросов. Ведь король до сих пор не вернулся. Альхор полнится слухами. Дамьену придется смириться с моей жизнью. Иначе народ пойдет против него. Я не трогаю его, он не делает ничего против меня. И как бы он не хотел, чтобы моя жизнь стала похожа на ад, но в тебе он ошибся. Он сделал мне поистине дорогой подарок.

Я взглянула на герцога. Он смотрел на меня тепло.

— Ты не презираешь меня? Не прогонишь? — не удержалась я от вопросов. — Ведь я чужая этому миру.

— Мне все равно на это, — произнес Ансер, встав на колени рядом со мной. — Я узнал тебя здесь, какая ты. Ни одна леди не выдержит таких условий жизни. Ты же не только приняла, но и улучшила. К тому же, только ты можешь общаться с чудовищами за Стеной.

— Может, я попробую попасть к ним за Стену и узнать у них, что им нужно?

— Нет! — резко и коротко произнес Ансер, словно хлыстом щелкнул. Герцог поднялся на ноги. — Ты не пойдешь туда. И это не обсуждается.

— Но я же могу помочь. Так мы можем быстрее выяснить, что им нужно, — пыталась я донести до герцога, встав рядом с ним.

— Ты можешь погибнуть, — услышала я. — Я не могу позволить этого.

Ансер протянул руку и нежно коснулся моей щеки.

— В тот день, когда мне сказали, что ты выбежала навстречу чудовищу, чтобы спасти сына Рейгарда, я понял одно. За эти короткие дни ты стала мне дорога. И я не могу потерять тебя, Василиса-Вэализ, — герцог смотрел мне в глаза.

Я ничего не ответила, только потянулась к нему. Как там говорила Элайна: «Все будет хорошо».

Ансер словно только этого и ждал. Его рука опустилась на затылок, другой он притянул меня к себе. Я тут же забыла обо всем: про чудовищ, про чужой мир, про свой страх. Остался только герцог. И в какой момент мы оказались в его постели, я не заметила. Для меня были только его руки, требовательные поцелуи, наше сбивчивое дыхание, прохладный шелк простыней и горячее тело моего мужа.

— Я придумаю что-то, — шептал он мне между поцелуями, но я его уже не слышала, теряя контроль над собой.

Я тонула в его нежности, ласках и любви.