В какой-то момент я словно устала бояться. Страх стал каким-то запредельным, отделился от меня и болтался где-то поблизости, как мыльный пузырь. А я теперь смотрела на все холодным отстраненным взглядом.
Надо протянуть руки и коснуться ледяной поверхности?
Хорошо!
Надо теперь не заорать, когда поверхность вдруг подернулась рябью, пошла кругами и начала холодом наползать на пальцы?
Не ору. Стою столбом и жду, как мне наставник и скомандовал.
Бесстрастно выдержать, когда нечто холодное и бесплотное, но вполне осязаемое, скхватило меня за руку и поволокло вперед?
Ах-ах, я будто всю жизнь только этим и занималась.
Скольжение внутри зеркального портала было жутким, стремительным и неприятным. Ощущение было такое, будто меня подвесили вниз головой над огромным чаном льда. Когда одновременно и жарко, и холодно.
И еще как-то невозможно.
Будто так быть категорически не должно. Будто самим этим движением я нарушаю какие-то правила.
И загадочное нечто уже взяло мой след и идет за мной, чтобы поймать нарушительницу и восстановить порядок.
И еще были лица.
Множество лиц, мешанина. Они были в дымке, перетекали из одного в друге, скалились, кривились или пытались что-то сказать.
Я сразу поняла, что нельзя на них смотреть внимательно. И изо всех сил пыталась сосредоточится на чем-то обычном. На своих ладонях с серебряными зеркальными пятнами. На носках туфель. На подоле юбки.
Но лица все равно лезли и лезли.
И каждое словно задалось целью привлечь мое внимание.
А потом вдруг все резко закончилось. Зеркальный портал выплюнул меня так неожиданно, что я не устояла на ногах и плюхнулась на четвереньки. Утонув руками в густой траве. И почти ткнувшись носом в грубоватый камень, на котором были высечены какие-то буквы.
А совсем рядом из земли торчали костяные пальцы. И тихонько скребли серую зернистую поверхность надгробия. Как будто жучиные лапы, когда самого жука придавило камнем.
И вот тут мыльный пузырь, в который я каким-то непонятным образом спрятала свой страх, лопнул. И мое случайное хладнокровие меня оставило. Я одновременно вскочила на ноги и оглушительно завизжала.
Нет-нет-нет, я никак не смогу быть некромантом! Это какая-то нелепая ошибка!
Я ни секунды не могу здесь оставаться! Ни малейшей секундочки!
Этот могильный холод.
Этот сладковатый запах тлена. Едва заметный, но такой прилипчивый. Кажется, я уже пропиталась им вся, от носков туфель до кончиков волос!
Мне нужно немедленно отсюда бежать!
Бежать!
Меня охватила паника. Я развернулась обратно, чтобы рвануть обратно в это чертово зеркало, которое меня сюда привело.
И со всего маху врезалась в шагнувшего мне навстречу Дамиена Блэторна.
– Выпустите меня! – закричала я. – Я не хочу! Не хочу! Там… Там… Кости… Этот ужасный запах… Это какая-то ошибка все! Пожалуйста, я не хочу! Не хочу!
Весь мой ужас, паника, напряжение и обида последних дней выплеснулись какими-то потоками слез. Все вместе – и дурацкий этот договорной брак с дурацким Айвеном, и некромантия эта кошмарная, и неизвестная услуга, которую я задолжала. Все-все-все. Сильные руки моего наставника обхватили меня, будто защищая от всего окружающего мира. И от этого ощущения я плакала еще горше.
Словно я наконец-то оказалась в безопасности и могу дать волю своим чувствам.
Я уткнулась лицом в белоснежную батистовую рубашку, поливая ее слезами. А наставник даже не пытался это как-то остановить. Только обнимал меня. Тихонько поглаживал по плечу. И ждал, когда поток моих эмоций иссякнет.
И ничего мне не говорил. Никак не увещевал.
Не пытался успокоить, нет.
Просто был рядом и ограждал от всего.
Постепенно поток слез иссяк. Плечи еще вздрагивали, но все поводы для расстройства больше не резали мою душу ножами и не рвали на куски.
Я поймала себя на том, что пытаюсь прижаться к наставнику еще ближе.
И мне сразу стало стыдно.
Что я делаю?
Кошмар! Это же неприлично!
Я вздрогнула и отпрянула, вытирая слезы. Теперь я боялась поднять лицо.
Ужас, что он обо мне теперь думает! Меньше минуты пробыла на кладбище, а уже устроила слезную истерику.
– Когда я проходил посвящение, – раздался над моей головой глубокий голос Дамина Блэкторна, – то был убежден, что мой дар поровну распределится между природой и огнем. Я собирался стать магическим кулинаром. И обязательно открыть свой ресторан магической кухни. Но когда я вышел в круг силы, раздался грохот и витражи осыпались на меня стеклянным дождем.
– Витражи… – завороженно повторила я. – Это же… Это же было уже… давно…
– Это был тот самый день, когда обрушилась комета, а за ней начался Год Зимы, – продолжил Блэкторн. И только сейчас я решилась поднять лицо и на него посмотреть. Лицо его было замкнутым и печальным. И отрешенным, будто он рассказывал мне что-то очень личное.
– В те времена еще адепты не сидели в зале, – голос Блэкторна начал звучать глухо. – Они стояли вокруг Круга Силы. Так что когда рухнули витражи, под осколки попало очень много адептов. И… И она. Девушка, которую я любил. Я еще только собирался протянуть руку к сфере огня, и уже знал, что она мертва. Длинный осколок пронзил ее сердце, когда вошел вот сюда…
Пальцы Блэкторна коснулись ямочки над моей ключицей. И тут же отдернулись.
– И тогда я бросился к сфере смерти, – бесцветным голосом сказал он. – Я сунул в нее обе руки и закричал, чтобы беззубая дрянь забрала меня вместо нее. Но услышал только смех. И еще почувствовал будто что-то коснулось моих губ. Ее последний вздох.
На мои глаза снова навернулись слезы. Но уже не от жалости к себе и не от обиды.
Мне захотелось как-то подбодрить своего наставника. Я протянула руку и коснулась его ладони. Тут он поднял взгляд, и наши глаза встретились.