Обещаю, ты не узнаешь о сыне (СИ)

Глава 22

Мира

Со свидания с Ромой соскочить не удалось. Я перепробовала сотню отговорок, но ни одна не сработала. Он на каждую находил, что сказать, и в итоге я сдалась. В конце концов, он был настойчив, но не навязчив, и, признаться, мне было приятно его внимание.

— Мира, ты мне обещала, — мягко произнёс Роман, слегка касаясь моей руки. Его глаза искрились, а в уголках губ играла улыбка. — Ничего не хочу больше слышать.

Он вернулся к своему компьютеру, всем видом показывая, что усиленно работает. Я вздохнула и, поднявшись со своего места, пошла за новой порцией кофе. Аромат свежесваренного напитка немного успокоил меня, но мысли о предстоящем вечере всё ещё вызывали лёгкое беспокойство.

Мне не с кем было оставить ребёнка. Вариантов особо не было: бабуля всё ещё находилась в деревне, а у Леси занятия допоздна. Скрипя зубами, пришла к выводу, что за Марком присмотрит Кирилл. Главное, чтобы у него на сегодня не было планов. Но как ему об этом сообщить?

Пока я маялась и думала, стоит ли ему написать или лучше обсудить при встрече, представилась возможность пообщаться с Кириллом. Точнее, он сам позвал меня в свой кабинет, и произошло это максимально неожиданно.

Ко мне подошла его секретарша, Альбина — высокая блондинка с безупречной укладкой и вечно высокомерным взглядом. Она громко, на всё помещение возвестила:

— Мира, вас зовёт Кирилл Александрович. Поспешите, пожалуйста.

Она развернулась на каблуках и ушла, оставив после себя шлейф дорогих духов. А я оказалась в центре внимания. Особенно пристально на меня смотрели Ника и Мила — их взгляды прожигали мне спину, словно рентгеновские лучи. Казалось, только Роме было всё равно, он увлечённо печатал что-то на клавиатуре, напевая себе под нос.

С сожалением отставив на стол стакан с кофе, я направилась к выходу под шёпот коллег. Ощущение было такое, будто все глаза работников офиса были прикованы ко мне, и от этого по коже пробежал неприятный холодок.

Идти к Кириллу я старалась медленно, собираясь с мыслями и пытаясь выбросить из головы всеобщую реакцию. Коридоры офиса казались бесконечными, стены с нейтральными картинами давили своей стерильностью. Но в кабинет Кирилла я вошла всё равно немного злая. Лучше бы он написал сообщение… После подобных его действий — когда после совещаний он оставлял меня "поговорить" или вот этих громогласных приглашений на аудиенцию — некоторые сотрудники, преимущественно женского пола, придумывали всякие сплетни. Я понимала, что уже ходят слухи обо мне и Кирилле, но кроме Вероники, никто не решался задать вопрос в лицо. Однако я ощущала всеобщее настроение, и оно было явно не в мою пользу. Это, откровенно говоря, не радовало.

Осталось только услышать, что должность я получила через постель, пока другие честно проходили собеседование.

— И тебе добрый день, Мира, — первым сказал Кирилл, отворачиваясь от панорамного окна, когда я закрыла за собой дверь и осталась молча стоять на пороге.

Солнечные лучи заливали кабинет тёплым светом, играя бликами на стеклянных поверхностях. Кирилл обошёл свой массивный деревянный стол и сел на кожаный диван, расположенный в углу. Жестом пригласил меня присесть рядом. Его тёмные волосы отливали золотом в свете солнца, а строгий костюм подчёркивал его статную фигуру.

— Добрый день, Кирилл Александрович, — ответила я официально, стараясь держать дистанцию.

Я села рядом, но максимально близко к подлокотнику, чтобы между нами было достаточно места. Диван был мягким, но я сидела напряжённо, соединив ноги и держа спину прямо.

Кирилл поморщился на моё обращение.

— Я сегодня забрал новое свидетельство о рождении Марка, — сказал он, внимательно наблюдая за моей реакцией. — Оригинал лежит в папке на столе, потом заберёшь. У себя оставил копию.

Я на мгновение потеряла дар речи. Сердце замерло, а затем забилось с удвоенной силой.

— Новое свидетельство? — переспросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается.

— Да, в котором в графе отца не стоит прочерк, — его тон стал холоднее, глаза сузились.

Я почувствовала, как по коже пробежал холодок. Что дальше? В один прекрасный день он мне скажет, что Марк переезжает к нему? Возможно, это пока слишком радикально, но маленькие шажки складываются в большую дистанцию.

— Почему ты провернул это за моей спиной? — вспыхнула я, не в силах сдержать эмоции. — Моё мнение теперь не учитывается?

— Потому что ждать, пока ты будешь к этому готова, утомительно и бессмысленно, — ответил Кирилл спокойно. — Рано или поздно это нужно будет сделать. Я решил не тянуть резину и избавить нас от лишних бюрократических заморочек.

— Ну спасибо, конечно, но я тебя не просила, — произнесла я саркастично, скрестив руки на груди. — Может, мне нравится бегать собирать бумажки и писать заявления.

— Это нужно было мне, — невозмутимо ответил он. — Считай, компенсация за то, что мой сын только вчера назвал меня отцом.

В комнате повисло напряжение, казалось, воздух стал тяжёлым и густым. Я была недовольна тем, что Кирилл так быстро всё провернул с документами, и своё негодование не скрывала. Он же, напротив, выглядел абсолютно невозмутимым, что только сильнее раздражало.

Кирилл первым нарушил тишину:

— Какие планы на вечер?

Я воспрянула духом. Вот она, возможность сообщить ему, что мне не с кем оставить Марка.

— Я как раз хотела тебя попросить, — начала я, стараясь говорить ровно. — Заберёшь Марка сегодня из садика?

Кирилл удивлённо вскинул бровь, в глазах мелькнула искорка интереса.

— Подожди, повтори ещё раз, — с ухмылкой протянул он.

— Забери Марика из садика сегодня, — повторила я.

— Да ладно, думал, подобное от тебя я не услышу в ближайшие десять лет, — усмехнулся он, откидываясь на спинку дивана.

— Почему это? — нахмурилась я.

— Во время встреч с Марком ты так на меня смотришь, будто мне ничего доверить нельзя. Ни котёнка, ни собачку и ни тем более ребёнка.

— Вообще-то ты отлично справляешься… — призналась я, опустив глаза и почувствовав лёгкий стыд за своё недоверие.

— Спасибо, — кивнул мужчина, улыбнувшись уголками губ. — Так, я забираю Марка, а дальше? У тебя какие-то планы, получается?

Кирилл окинул меня внимательным взглядом, и под его пристальным взором я почувствовала, как щёки начинают гореть. Словно оставляя сына с бывшим и планируя отправиться на свидание с другим мужчиной, я совершаю нечто неприличное.

— Да, я буду занята, — ответила, поправляя прядь волос и заводя его за ухо. — Вы можете поехать к нам домой, я могу дать ключи… Или можете погулять. Как угодно.

— И сколько времени ты будешь занята? — продолжил Кир расспрос, слегка наклонив голову, и его волосы упали на лоб.

Я начала теребить рукав пиджака. Чтобы сэкономить время, я оделась в офис уже готовая к свиданию. Чёрное платье, подчёркивающее фигуру, сверху перламутровый пиджак. Вроде деловой стиль, но и в ресторан можно пойти. Если что, можно снять пиджак, но я не рискну — сзади на платье глубокий вырез, открывающий почти всю спину. Сегодня мне пришлось сделать лёгкий макияж и уложить волосы волнами, что было непривычно для моего рабочего образа.

То, что я выгляжу наряднее, чем обычно, не укрылось от глаз Никольского. Его взгляд задержался на моих волосах, спустился к вырезу платья, и в зелёных глазах мелькнуло нечто… темное.

— Несколько часов, — неуверенно ответила я и поднялась, желая поскорее закончить этот разговор. — Ты хотел мне только про свидетельство сказать?

Кирилл тоже встал, и я невольно отступила на шаг, не желая подпускать его ближе. Его высокая фигура возвышалась надо мной, и от этого становилось не по себе.

— Да. А ты — только про то, что идёшь сегодня на свидание? — его лицо оставалось бесстрастным, но в голосе звучала сталь.

Я подняла подбородок, стараясь выглядеть уверенно. Вообще-то я не обязана отчитываться!

— Да, — твёрдо ответила я. — Я иду на свидание. И что?

— Да ничего, — произнёс он, делая несколько шагов ко мне. Его глаза сверкнули, и я почувствовала, как спиной упираюсь в прохладную стену. — Просто мне показалось, что вчера ты согласилась дать мне шанс.

Его голос стал холодным, а в зелёных глазах сверкнул гнев, скрытый под маской безразличия.

— Я такого не говорила! — возразила я, пытаясь удержаться за остатки самообладания.

— Нет? — он склонил голову набок, приближаясь ещё ближе. Его лицо было всего в нескольких сантиметрах от моего, и я ощущала жар его дыхания. — А что же это было тогда?

Я начала сильно нервничать, пульс участился, волнение захватило с головой. Его близость сбивала с толку, и мысли путались. Я чувствовала, как щеки пылают, а руки предательски дрожат.

— Кирилл, отойди, — прошептала я, пытаясь звучать уверенно, но голос предательски дрогнул.

— Почему? — он не двигался, продолжая пристально смотреть в мои глаза. Словно анализируя все то, что считывал в них. — Тебе не нравится?

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге появилась Милана. Она замерла, увидев нас в таком положении, глаза расширились от удивления.

— Извините, — пробормотала она, пятясь назад и быстро захлопывая дверь.

Я поняла, что она увидела нас в недвусмысленной позе у стены и явно подумала о неприличном. Щеки бы запылали ещё сильнее, если это вообще было возможно.

Осознание этого придало мне сил, и я, наконец, оттолкнула Кирилла.

— Отлично, — прошипела я. — Теперь слухи точно расползутся по всему офису.

Он отступил на шаг, проводя рукой по волосам.

— Пусть говорят, — бросил Кир холодно. — Мне всё равно.

— А мне нет! — взорвалась я, глядя на него со смесью гнева и отчаяния. — Я не хочу быть объектом сплетен! И так многим не дает покоя наша одинаковая фамилия и твое повышенное внимание.

— А разве это не их проблема? — парировал он, приподнимая бровь. — Если кого-то настолько сильно волнует чужая лучшая жизнь, то с ними что-то не так. К тому же, прежде открывать дверь, надо как минимум постучаться, как максимум — дождаться приглашения.

Мы стояли напротив друг друга, и напряжение между нами можно было резать ножом. Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. В чем-то Никольский был прав. Я практически уверена, что попытка войти в кабинет от Милы — отчаянная попытка разведать обстановку. Она ведь знала, что я здесь. Видимо, вся ее доброжелательность — это все шелуха.

— Иди, Мира, — наконец сказал Кирилл, разворачиваясь и ступая к своему столу. — Я заберу Марка из сада и погуляю с ним. Свидетельство о рождении заберёшь позже.

Я только кивнула и быстрым шагом покинула кабинет. В коридоре было тихо, только звук моих каблуков эхом отдавался от стен. Сердце всё ещё колотилось, а в голове царил хаос.

Вернувшись на своё место, я заметила, как Ника и Мила быстро отвели взгляды, делая вид, что заняты работой. Их шёпот прекратился, как только я вошла. Сжав губы, я опустилась на стул и попыталась сосредоточиться на документах, но мысли постоянно возвращались к произошедшему.

Столик на двоих в уютном углу ресторана, спрятанный за живой перегородкой из плюща. Мягкий свет свечей, тихая музыка, аромат морепродуктов и хорошее вино. Романтика, не так ли?

Но вот алкоголь в этом перечне был определённо лишним. У меня панический страх пьяных людей по ряду причин. Об этом не знал Рома, и я не смогла ему сказать. Постеснялась.

И это был полный провал.

К своему бокалу с рубиновым напитком я даже не прикоснулась. Зато Рома, расслабившись, пил уже второй или третий бокал. Он не напивался, возможно, нормальные люди делают это для расслабления. Но даже от запаха алкоголя у меня пробежал холодок по спине, и я словно сидела на иголках. Вся напряжённая — комок голых нервов. Потому что любая выпивка — пусть это изысканное вино с выдержкой в несколько лет или дешевая водка напоминали мне о посиделках родителей, которые никогда ничем хорошим не заканчивались.

Возможно, у меня просто выработался уже условный рефлекс, но запах спирта приравнялся к скорым неприятностям.

— …Так что, Мира? Согласна? — спросил коллега с улыбкой, откидываясь на спинку стула.

Я к своему стыду поняла, что совершенно не слушала и не знаю, о чём он говорит. Уши вспыхнули от смущения.

— Прости, я прослушала, — пробормотала я, опуская глаза к своей тарелке.

— Я говорю, может, покатаемся на пароходе в выходные? — повторил Рома, не замечая моей нервозности. — Можно взять твоего сына, думаю, ему понравится.

— Это мило, но, наверное, не получится, — мягко отказалась я, поковыряв вилкой в своей пасте с креветками. Аппетита не было.

— Жаль, — вздохнул он, делая глоток вина. — Ну, может, в другой раз.

Я пыталась улыбнуться, но губы не слушались. Рома, кажется, не замечал моего напряжения, или, может, я хорошо маскировала свои чувства.

В этот момент телефон завибрировал в сумочке. Я почувствовала облегчение, потому что у меня появилась причина ускользнуть в дамскую комнату. Которой я, естественно, воспользовалась.

Уже в уборной я достала телефон и увидела сообщение от Кирилла:

«Мы вышли из развлекательного центра. Сейчас ужинаем в кафе. Дальше везти Марика домой?»

Я быстро напечатала ответ: «Где вы сейчас?»

«Кафе "Весна", недалеко от парка», — пришёл ответ почти сразу.

Посмотрев на карте, где оно находится, я заметила, что это было недалеко от моего местоположения.

«Сколько еще пробудете там?» — пальцы набрали сами, скользя по экрану. Я просто вдруг поняла, что больше не могу делать вид, что мне нравится свидание. А еще мне срочно захотелось увидеть Марка.

«Ещё минут десять-пятнадцать»

«Подождите меня, поедем вместе, скоро подойду»

«Ок», — коротко ответил Кирилл.

Я убрала телефон в сумочку. Посмотрела в зеркало, висящее у раковины — лицо бледное, на губах ни следа от улыбки, а в глазах смятение. Разве так должна выглядеть девушка на свидании? Или со мной что-то не так? Во мне не было ни трепета, ни волнения, я просто ждала, когда, наконец, встреча подойдет к концу.

Тщательно помыв руки, я вернулась за стол.

— Может, закажем что-нибудь на десерт? — предложил Рома, улыбаясь. — Я слышал, что здесь подают какие-то необычные пирожные с интересной подачей.

— Нет, спасибо, — покачала я головой. — Мне, пожалуй, уже пора.

— Тогда прогуляемся? Я тебя довезу до дома, — не отставал он.

— Ты же пил, — напомнила я.

— На такси. Пассажирам ведь не обязательно быть трезвыми, — подмигнул Рома.

Я замялась, не зная, как тактично отказаться.

— Рома, спасибо, но мне нужно забрать сына, — наконец сказала я. — Он недалеко отсюда, я сама дойду.

— Можем сделать это вместе. В чём проблема? Он с отцом?

— Да, — кивнула я. — Но… ему будет тяжело отпускать папу так быстро после встречи. Лучше, если я сама.

Мужчина задумался на мгновение, а затем улыбнулся.

— Понимаю. Хорошо, не буду настаивать. Но давай хотя бы проведу тебя до выхода?

— Конечно, — согласилась я, чувствуя облегчение.

Рома галантно предложил мне руку, и мне пришлось принять её, хотя легкий запах алкоголя, исходящий от него, вызывал дискомфорт. У гардероба он помог мне надеть пальто, аккуратно накидывая его на плечи. Сам быстро оделся, и мы вышли на крыльцо ресторана.

Ночь была прохладной, воздух свежий и чистый. Огни города мерцали вдалеке, создавая волшебную атмосферу. Луна ярко светила на небе, обрамлённая россыпью звёзд. Холодный ветерок шевелил пряди волос, выбившиеся из причёски.

Мой телефон снова завибрировал.

Пришло новое сообщение от Кирилла:

«Назови адрес. Я сам подъеду».

Я быстро набрала ответ: «Ресторан "Лагуна"».

— Спасибо за вечер, Рома, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Мне действительно было приятно.

— И мне тоже, — улыбнулся он, глядя на меня с теплотой. — Давай повторим это как-нибудь.

— Посмотрим, — уклонилась я от прямого ответа.

Он хотел было взять меня за руку, но я аккуратно отступила на шаг, делая вид, что поправляю сумочку.

— Уверена, что справишься сама? — спросил он, заметив моё движение, но не став на этом акцентировать внимание.

— Да, конечно, — кивнула я. — Спасибо еще раз за вечер.

— Это тебе спасибо, Мира.

К счастью, вскоре к парковке подъехала желтая машина со знаком такси, и нам долго молчать не пришлось. Рома, махнув мне рукой, побежал в сторону авто.

Я осталась на крыльце, кутаясь в пальто. Холод пробирал до костей, и я поёжилась. А через несколько минут я увидела знакомую машину. Улыбнувшись, я быстрым шагом дошла до нее и открыла заднюю пассажирскую дверь.

— Мама! — радостно поприветствовал меня мой малыш, едва я оказалась внутри теплого и приятно пахнущего салона.

Марик сидел в своем детском кресле, заботливо пристегнутый Кириллом. Сам он бросил на меня быстрый взгляд через зеркало заднего вида и только.

Но я отметила еще одно — что он снял желтую курточку сына и шапку и аккуратно сложил на сиденье. Чтобы Марик не перегрелся, пока в дороге.

— Привет, солнышко! — я чмокнула его в теплую щечку. — Как провел день?

— У нас был такой классный день! — взахлёб начал рассказывать Марк. — Мы веселились в игровом центре, потом ели мясо как самые настоящие мужчины.

Я слушала его с широкой улыбкой. В душе поселилось такое тепло и благодарность в адрес Кира. Было видно, насколько счастлив Марик, как он наслаждается, когда говорит о том, что он делал с ПАПОЙ. Именно так, потому что он столько раз повторял в одном предложении слово “папа”, что это было даже забавно.

В городе была небольшая пробка, потому мы ехали достаточно долго. Я следила за тянущимся пейзажем за окном, Кирилл молчал, а Марик заснул. Я сначала пыталась его растормошить, но поняла, что это бессмысленно. Он сильно вымотался и просто вырубился.

Из-за этого Кириллу пришлось подниматься с нами наверх. Я аккуратно надела на спящего сына верхнюю одежду, а Кир взял его на руки.

— Спасибо, что согласился помочь, — тихо сказала, когда мы поднимались в лифте.

— Что за ерунда, Мира? Марк мой сын, мне доставляет удовольствие проводить с ним время.

Я прикусила губу и не стала больше ничего говорить. Двери лифта раскрылись, и мы вышли на этаже.

Я сразу заметила, что дверь тамбура была распахнутой. Быстрым шагом, ощущая, как сильно начало биться сердце, я пересекла площадку, и от увиденной картины у меня начала кружиться голова.