Обещаю, ты не узнаешь о сыне (СИ)

Глава 27

Кирилл

Мы переиграли карты в последний момент, и я летел обычным рейсом, в эконом-классе. Сработали интуиция отца и мое нежелание лететь под его «крылышком», а еще случай и удача. Но даже так не получилось избежать неприятностей.

Удар по частному самолету — это лишь первый план, а у нашего врага, оказывается, был запасной.

Это я осознал, когда сел в заказанную машину, с водителем, который работал в нашей семье годами. Но видимо, что-то у него поменялось в жизни, потому что он решил предать нас. Именно сегодня.

Совпадение?

Сомнительно.

— И сколько тебе заплатили? — спросил я, когда понял, что все двери заблокированы, а Дэнис едет с бешенной скоростью не в ту сторону.

Отец, когда считал, что в Америке будет безопасно, ошибался. Наоборот, ловушку мне построили именно тут. И я любезно в нее угодил.

— О чем вы, мистер Никольский? — мужчина сделал вид, что ничего не понимает. Бросил на меня быстрый взгляд и снова повернулся к лобовому стеклу.

На его щеках выступили пятна, а тощее тело, упакованное в костюм, подрагивало от волнения.

— Брось, Дэн, — я с усмешкой пронаблюдал, как его тело вновь содрогается, — мой дом находится в другой стороне. А ещё ты здорово превысил скорость. Не боишься аварии? Или сильно торопишься?

Мой голос звучит спокойно, хотя я нервничал и высчитывал ходы. Что же для меня подготовил неведомый враг? И черт, как же я хотел сначала дать знать Мире, что со мной все в порядке. Наверняка в новостях крутят про разбившийся самолет…

— Построили новую дорогу, пока вас не было, — продолжил бездарную игру водитель.

— Да ладно? — сложив руки на груди, спросил я. — Ты действительно считаешь себя умнее меня, Дэн? Разочаровываешь.

Дэнис кинул на меня злой взгляд.

— Вы сами виноваты! Я же отказывался, а вы настаивали, чтобы я отвез вас домой! — не выдержал он.

— Так ты уже нас предал, Дэнис. И сделал бы это если не сегодня, так завтра, верно? Ты ведь планировал как-то по-другому заманить меня, я прав? Чтобы уж точно не засветиться у аэропорта, где сотни камер… на которые ты все же попал.

Мужчина выдохнул сквозь зубы и сильнее сжал руль. Оправдаться не получилось — я видел его насквозь.

В этой ситуации меня волновало только одно — то, что в новостях наверняка крутят информацию о самолете отца, а он не станет пока давать информацию о том, что меня в нем не было. Мира уже точно увидела какую-нибудь статью, а Марк… Буду надеяться на то, что я успею раньше заявить о себе, чем она скажет что-то сыну.

— Я бы вам посоветовал выкинуть телефон, — сказал Дэн, приоткрывая окно с моей стороны.

— Зачем? В ней все равно симки нет, без интернета он бесполезный кирпич.

— Все же настаиваю, — водитель вытащил из кобуры пистолет.

— Ну сказал бы сразу, что шавке приказали, — ухмыльнулся я и без сожаления выкинул из окна айфон. Краем глаза заметил, как от столкновения он разлетелся на несколько частей.

Все нужное я успел сделать еще в аэропорту, когда заметил следящих за мной мужиков в темных костюмах. Кого-то совершенно не учили маскироваться, и в цветной толпе горожан и приезжих, эти ребята выделялись особенно.

Я написал отцу. А он наверняка уже поднял тревогу.

— И что дальше, Дэн? — я откинулся на спинку кресла, снисходительно глядя на него. — Думаешь, получишь бабки и свободен? Не-е-ет, так это не работает, друг. Тебя уберут.

— Лучше помолчите.

— Какой грозный, — вздохнул я. — Перед казнью дают выговориться, Дэн, поэтому уж прости, я свои права не дам нарушать. Так вот, о чем я?

Мужчина скрипнул зубами.

— Тебя уберут раньше, чем ты их успеешь потратить. Обидно будет, правда? Потому что тому, кто убил одного человека, ничего не стоит прикончить и второго. Чтобы не оставить свидетелей и возможных шантажистов.

Сказав это, я сложил руки на груди и начал наблюдать за водителем. В нем происходила внутренняя борьба. Он старался не отвлекаться и следить только за дорогой, но мысли, которые я ему навязал своей речью, делали свое дело. Его лицо кривилось, он напрягался, по лбу стекал пот. Глаза бегали, он то бледнел, то краснел.

А потом сам не заметил, как сел на мой крючок и выдал заказчика с потрохами:

— Мистер Купер хороший человек! — Дэнис словно сам себя убеждал. — Он просто хочет справедливости. Хочет, чтобы убийца его сына был наказан.

Я не ожидал услышать имя отца Ноа. И на миг растерялся и едва ли мог вдохнуть воздух, ставший густым и тяжелым. Отец лучшего друга, того самого, с которым мы попали в аварию и который видимо винил в смерти сына меня, а не дальнобойщика, который умер прямо за рулем. Моей вины в столкновении нет — это фура вышла на нашу полосу.

Черт. Этот удар оказался неожиданно болезненным, почти как предательство, потому что я с его сыном дружил давно. Я уважал мистера Купера и даже после смерти друга не забывал о нем. Отправлял подарки и иногда помогал по работе — тайно, потому что у него дела пошли на убыль после гибели Ноа.

А он в это время придумывал, как убить меня, и сплел целую паутину. Теперь все сходилось — то, что накопали ребята отца, происходящие странности и даже та статья, отправленная Мире с номера штата Пенсильвания.

А друг и его родители были родом оттуда, а во Флориду переехали ради Ноа, которому шли на пользу океан и тепло круглый год.

— Я не убийца, Дэн, а вот твой святой мистер Купер хочет им стать, — сказал я, вернув себе самообладание. Внешне я выглядел невозмутимым, хотя внутри взорвался будто бы вулкан.

— Я знаю про ту аварию. Ваш отец заплатил бабки, чтобы вас не посадили, и забрал на родину, — непоколебимо заявил Дэнис. — Вы пили за рулем! Я сам видел на фотографиях банки из-под пива.

Я рассмеялся. Как, оказывается, просто смешать факты — правду и ложь, и собрать свою истину. В которую проще поверить и утихомирить совесть.

Мистер Купер постарался на славу, выдумывая историю.

— Пусть будет так, — с усмешкой согласился я.

Я сосредоточенно следил за дорогой. Отчего-то теперь была уверенность, что мистер Купер захочет сделать так, чтобы я повторил судьбу его сына. Баш на баш. И в этом раскладе Дэнис просто расходный материал, потому что мы не доедем до места назначения.

И когда вдали показалась фура, очень похожая на ту, что налетела на нас, я не сдержал усмешки. Какой предсказуемый у меня враг.

Сердце начало биться чаще. Я покрутил головой, удостоверившись, что мы на дороге действительно одни. Пустынная трасса и наша машина, несущаяся навстречу.

На висках выступил пот, а руки задрожали от мысли, что я не успею ничего сделать.

Грузовик все приближался, а затем, в последний момент сошел с полосы на нашу, пересекая сплошную.

— Какого..! — выругался Дэн.

Я в последний момент перехватил управление, выкручивая руль и избегая столкновения.

— Жми на тормоз, Дэн! — крикнул я, понимая, что мы несемся на скорости к рекламному столбу.

— Н-н-не получается… — у мужчины дрожал голос, а лицо побелело как простыня.

— Твою мать! — выдохнул я через стиснутые зубы и потянул ручной тормоз. К счастью, он работал.

Приличных слов в голове было мало, потому что этот Дэнис — кретин, который не может действовать в чрезвычайных ситуациях. Он замер, весь дрожа, а я пытался хоть как-то смягчить удар и спасти нам жизнь.

Тормозного пути не хватило, чтобы избежать столкновения. Машина протаранила столб и, наконец, остановилась. Нас удержали ремни и подушка безопасности. От глухого удара из легких выгибало весь воздух, а перед глазами мелькнули звездочки.

Но я остался жив. Трус Дэн, судя по судорожному дыханию, тоже, хотя даже жаль. Предателей я не особо жалую. Таких жалких, как он, тем более.

Пересиливая жуткую боль во всем теле, я потянулся и щелкнул кнопкой, чтобы разблокировать двери. А потом, слегка склонившись, я забрал пистолет, который выпустил Дэнис. Кто знает, вдруг кто-нибудь придет проверить, получилось ли подстроить аварию. А ещё удостовериться, что я умер. Вот же им будет сюрприз.

Усмехнувшись, я выполз из машины. Судя по боли в грудине, у меня треснуло ребро. Но я ещё хорошо отделался — мог бы расквасить лицо от столкновения с подушкой безопасности. Оказавшись на свежем воздухе, я заглатывал кислород, тяжело хрипя. В легких горело.

Немного прийти в себя смог через несколько минут. Начал оглядываться — мы были в лесистой местности, за городом, отчасти это даже хорошо. У нас не было бы и шанса, окажись мы в той же Флориде, где простирается дорога, а по бокам — океан.

Открыв водительскую дверь, я вытащил из кармана Дэна телефон. Он протестующе захрипел. Видимо, приложило его, в отличие от меня, знатно. Или он просто был слабаком и предпочел нытье, вместо того, чтобы действовать.

— Пароль скажи, — потребовал я.

— Нет! — замычал мужик, даже не пытаясь вылезти из-под потерявшей былую упругость подушки.

— Все еще не хочешь говорить? — с улыбкой спросил я, прижимая к его плечу дуло пистолета. Убить не убью, но сделать очень больно запросто могу.

Это подействовало. Он весь затрясся и пробормотал:

— Один, два, четыре, шесть! Только не стреляйте, прошу… У меня дети… я…

— У меня тоже ребёнок, — спокойно отозвался я, набирая на телефоне комбинацию кода и удостоверившись, что он не соврал. — Но что-то жалости в тебе я не видел, когда ты вез меня умирать… Как тебе казалось. Но все оказалось веселее, правда? Тебя использовали, Дэнни, и хотели слить, как я тебя и предупреждал.

Первым делом набрал отца. Тот откликнулся тут же, несмотря на разницу во времени. Коротко объяснил ему ситуацию.

— Вот же сука этот Купер! — голос отца звенел от злости. — Мои ребята до него скоро доберутся, и он пожалеет, что родился на свет.

— Не жести, — поморщился я, чувствуя, как тянет теперь плечо.

— Естественно, не буду. Я ведь приличный бизнесмен, не забыл? За меня сделают все копы. Этот старый черт получит по заслугам.

— Папа, набери Мире и скажи, что я жив. Можешь прямо сейчас это сделать?

— Ты сейчас серьезно, сын? — голос папы был не удивленным, а еще более злым. Только теперь по отношению ко мне. — Ты, черт возьми, стоишь посреди леса, после покушения, хрен знает, какое у тебя состояние, кругом возможно враги, а тебя волнует лишь это?!

— Да, меня волнует то, что Мира переживает, — спокойно отозвался я. — А ещё она может сказать Марку, что меня больше нет. И меня это капец напрягает, представь.

На том конце провода послышалась отборная ругань. А потом, видимо, тем самым успокоив нервы, папа почти выплюнул в трубку:

— Хорошо, Кирилл, я передам твоей Мире, что все с тобой хорошо. Дьявол, я столько пахал, чтобы в один день из миллиардера превратиться в почтальона.

Я хмыкнул, а потом едва ли не застонал от боли, которая прострелила грудь.

— Кирилл, держись там рядом, сейчас тебя заберут. И не смей геройствовать, тебя сначала должен осмотреть врач.

— Понял. Спасибо, отец, — коротко сказал я и отключил звонок.

Ждать пришлось действительно недолго — уже через час я был в частной клинике, ещё через два ко мне зашли копы. Поспать удалось урывками, потому что было очень много дел, которым я должен был уделить внимание.

С мистером Купером мы встретились в полицейском участке. Он сидел, сгорбившись, на скамейке, в этом тощем седом старике едва ли угадывался другой мужчина — успешный Смит Купер, крупный бизнесмен. Эти несколько лет изменили его до неузнаваемости.

Не знаю, зачем я пришел к нему. Этот человек сделал все, чтобы меня убить. Потратил сотни тысяч долларов и годами готовился. Но его карточный домик рухнул, а задуманное не получилось исполнить.

Представление закончилось, актеров поймали, злодей за решеткой.

Что мне ещё нужно?

Ещё бы понять.

— Зачем пришел? — мистер Купер даже не поднял голову, просто спросил, глядя на плиточный под ногами.

— Хороший вопрос, — вздохнув, я потер виски. Очень хотелось спать, тело ещё не адаптировалось к новому часовому поясу, а ещё болели все мышцы. Состояние было паршивым, но вместо отдыха я сейчас торчал здесь. — И у меня даже есть на него ответ. Я выслушал новую слезливую историю о подонке-Кирилле, который обманул всех. Не проникся — ложь меня в любых проявлениях бесит. Поэтому я хочу ещё раз вам сказать — я не убийца. То, что я выжил в той аварии, это просто удачное стечение обстоятельств.

Мужчина засмеялся. Но смех был отнюдь не веселым. Горьким. Истеричным.

— Так ты и сейчас выжил. С поломанным тормозами, чертовой фурой, которая едва не протаранила машину. Мне считать тебя гребанным везунчиком?

— Можете и так, — пожал плечами. — Но я точно знаю, что моя совесть чиста, а вот ваша не очень, мистер Купер. Но мне все же жаль, что все так сложилось. Я любил Ноа и очень ценил нашу дружбу.

— Не смей о нем говорить! — мужчина затрясся и покраснел от злости.

Кажется, горе его буквально пожирало до сих пор. Он никак не мог отпустить сына… Ему нужно к психиатрам, раз ради мнимой мести он готов был пойти на убийство нескольких человек.

Чудо вообще, что никто серьезно не пострадал, кроме машины и самолета, но это лишь груда металла.

Я не стал раздавать советы и молча ушел. У мистера Купера будет отличная возможность подумать над своими действиями за решеткой. Папа постарался на славу — мужчина ответит за все и не выйдет на свободу в ближайшие десятки лет. Впрочем, Дэн на половину его срока составит ему компанию, когда его выпишут из больницы.

Когда я выходил из участка, то было ощущение, что я закрыл целую главу своей жизни. Наконец поставил точку в истории с Ноа. Я сожалел, что он погиб, но я теперь не чувствовал себя виноватым. Ни в том, что остался жив, ни в том, что тогда был за рулем именно я.

А теперь у меня была одна цель — закончить все дела как можно быстрее и полететь домой. К Мире и Марку. Я с ними успел поговорить — всего пару минут, потому что у них было слишком поздно. Этого оказалось мне чертовски мало, и я считал минуты до того момента, когда у них наступит утро, и я снова наберу им. Услышу радостное «Кир» от Миры и сказанное с безумным счастьем «папа» от Марика.

Да, в самом начале наших отношений я совершил много ошибок. Но я их осознал и готов исправить все до единой. И теперь я готов был обещать самому себе — Мира будет моей, и я сделаю ее счастливой.