Опороченная невеста в наследство (СИ)

13

— Что здесь происходит?

Стоило мне услышать голос Эвердана, и внутри все похолодело.

— Будьте послушной, моя распутная королева, — быстро шепнул мне на ухо Рабирикус, — и я не выдам вас. Подыграйте мне.

Его пальцы проворно выхватили серьгу из моей руки, так что я лишь ахнула и не успела ему воспрепятствовать. Он сделал это в последний момент, перед тем, как Эвердан — отныне мой муж, — подошел к нам.

— Поздравляю вас с бракосочетанием, ваше величество, — растянув любезную улыбку, сказал с коротким поклоном Рабирикус. — Вам завидует вся Лизерия, королева — красивейшая женщина королевства, ее красоте нет равных.

— Вот как? — мрачно мазнув взглядом по лицу синего мага, сказал Эвердан. — Рад, что вы оценили по достоинству красоту королевы.

— О, и не только ее красоту, но и ее безупречный вкус! — воскликнул Рабирикус, и тут уже нахмурилась я.

И насторожилась. Этот наглец намекает на мой вкус на мужчин? Неужели собирается рассказать о той постыдной сцене в салоне мирсы Таманы? Хочет выдать меня и Дага Эвердану? Я бросила взгляд на дангарца, но не заметила на его лице беспокойства, только недовольство — Рабирикус явно не нравился телохранителю Эвердана.

— Что вы имеете в виду, лэрд Рабирикус?

Тот охотно ответил:

— Ее величество вспомнила, что у нашего клана в Восточной Эхрейне добыча солнцелика и завод по изготовлению драгоценностей для Лизерии. Говорит, очень любит драгоценности из солнцелика, не правда ли, ваше величество? — Рабирикус с лицемерно-льстивой улыбкой повернулся ко мне.

«Подыграйте мне — и я не выдам вас», — вспомнила я, что он успел шепнуть мне на ухо.

Поджав губы, выдавила из себя:

— Украшения из солнцелика любила моя бабушка, леди Мелисса.

— И вас она тоже очень любила, вы так сказали?

Я подавила желание плюнуть Рабирикусу в лицо — он явно использовал мою память о бабушке в своих целях, а я еще даже не понимала, к чему он ведет, — но все же ответила:

— Да. Я была ее любимой внучкой.

— Украшения из солнцелика? — Внимательный взгляд Эвердана остановился на мне; он нахмурился еще сильнее.

«Неужели Рабирикус не понимает, что его внезапный интерес ко мне выглядит для Эвердана подозрительным? Что он делает?»

— Но какое отношение добыча вашим кланом солнцелика имеет к моей свадьбе, лэрд Рабирикус? — Эвердан перевел взгляд на синего мага.

— Ох, — воскликнул таким тоном, будто был тронут, Рабирикус. — ее величество пообещала, что в качестве подарка на свадьбу попросит у вас, ваше величество, освободить нас от королевской пошлины на ввоз драгоценностей из солнцелика, чтобы ее любимые украшения стали доступнее по цене для всех жителей королевства.

От такой наглости я даже дар речи потеряла.

— Это правда, Аларисса? — чуть вскинув одну бровь, повернулся ко мне Эвердан. — Это действительно то, что ты хочешь попросить у меня в качестве подарка на свадьбу? Преференции для Клана Синих магов?

Я посмотрела на него растерянно, не зная, что ответить. Рабирикус тем временем с натянутой улыбкой не отводил от меня взгляда, который ясно говорил: не подыграю — он не постесняется рассказать о нашей встрече в салоне мирсы Таманы Эвердану. И даже доказательство предъявит — мою серьгу.

— Ваше величество, — вдруг дрожащим от негодования голосом обратился к Эвердану дангарец. — Я все время присутствовал при разговоре королевы и лэрда из рода Акунианов, и могу свидетельствовать, что такого обещания королева не...

— Дала, — резко перебила его я.

Если тем дангарцем, с которым я провела ночь, был Даг, то какой будет реакция Эвердана, если он узнает, что его телохранитель и я... Нет, пусть Эвердан ненавидит меня, но я не хочу, чтобы он возненавидел и своего преданного слугу.

— Но... ваше величество... — пытался возразить Даг, и я опять ему не позволила.

— Да, это правда, — я подняла глаза на Эвердана. — Солнцелик был любимым драгоценным камнем моей бабушки, ты ведь помнишь ее, она присматривала за нами, когда мы были детьми? Я скучаю по бабушке, и в память о ней хотела попросить у тебя об одолжении. Как подарок на свадьбу.

Я бросила разъяренный взгляд на Рабирикуса, на лице синего мага легко читалось удовлетворение, как будто он знал, что я пойду у него на поводу, поддамся подлому шантажу. Не сдержав мстительности, я добавила:

— Но это всего лишь просьба, Эвердан, если ты откажешь, я пойму.

Лицо Рабирикуса перекосило, он полоснул меня недовольным взглядом. Похоже, не ожидал от меня коварства. Однако теперь было очевидно — он очень хотел отмены пошлины на ввоз своих драгоценностей, и не отринет притворства, пока есть шанс, что Эвердан даст согласие.

— Я помню твою бабушку, Аларисса, — взгляд Эвердана, устремленный на меня, был холодным, выражение лица враждебным, но в его голосе я четко услышала теплые интонации. — Это была улыбчивая старая леди, которая позволяла нам есть столько сладостей, сколько захотим, и не выдавала моей матери наши детские шалости. Возможно, ради нее — только ради нее, — я подумаю над твоей просьбой в ближайшее время.

Рабирикус рядом просиял, его глаза горели жадным блеском, он чуял получение выгоды из своего подлого шантажа.

— Спасибо, Эвердан, — поблагодарила я.

Мне не хотелось делать одолжение подлецу Рабирикусу, но от того, как смягчился по отношению ко мне Эвердан, я испытывала странное волнение, похожее на чувство надежды. Да, я помнила, что мальчиком он любил мою бабушку. Может, воспоминания о детстве все-таки смогут изменить его отношение ко мне? Я не участвовала в интригах родителей, но Эвердан не желал меня услышать. Он видел во мне врага, и это угнетало меня, ведь теперь он был моим мужем, а я его женой.

— Ваши подданные будут счастливы, если драгоценности из эхрейнского солнцелика благодаря отмене пошлины станут доступнее по цене, ваше величество, — поклонился Рабирикус.

— Я еще не принял решение, не торопитесь с благодарностью, лэрд Рабирикус, — холодно одернул синего мага Эвердан.

На лице Рабирикуса промелькнуло сдержанное недовольство, улыбка стала натянутой.

— Разумеется, ваше величество.

Эвердан отошел, а синий маг посмотрел на меня, ядовито усмехаясь:

— Я верю в вас, моя королева, вы сможете умаслить его величество, вы из тех женщин, кто искусен в умасливании мужчин, разве нет?

Он поднял руку, в его пальца я увидела мою серьгу. Резким движением попыталась схватить, но Рабирикус молниеносно зажал серьгу в кулаке. Мне оставалось лишь морщиться от досады.

— Не знаю, что здесь происходит, ваше величество, — раздался рядом голос Дага, — но очевидно, что этот лэрд вымогает у вас поддержку короля. Почему вы позволяете ему?..

— Прошу, не вмешивайтесь, Даг, — стараясь сохранять спокойствие, сказала я. — И не преувеличивайте. Это обычная просьба. Его величество сам решит, выполнить ее или нет.

Дангарец поджал губы, как будто был недоволен моим заступничеством, но следом кивнул, уступая, и отошел.

— Хм, — я увидела на лице Рабирикуса кривую ухмылку, когда он косо и брезгливо глянул Дагу вслед, а потом снова перевел взгляд на меня: — Похоже, я ошибался. Он не притворяется, он и впрямь не узнал вас. Хах! Это просто восхитительно! Стоит рядом с вами и даже не понимает, в какой щекотливой ситуации вы находитесь из-за него.

Рабирикус подался вперед и похабно усмехнулся:

— Всего из-за одной ночи, которую вы провели вместе.

— Замолчите, — предупредительно прошипела я. — Иначе не видать вам отмены королевской пошлины как своих ушей.

— Что ж, я унесу вашу тайну с собой в могилу, ваше величество, — продолжал скабрезно скалиться рабирикус. — Но вы уж ради этого постарайтесь выпросить у вашего новоиспеченного мужа отмену пошлины для моего клана.

С этими словами синий маг поклонился и был таков.