Опороченная невеста в наследство (СИ)

9

Цветом траура в Лизерии был фиолетовый.

Я стояла в закрытом до подбородка фиолетовом платье строгого фасона перед гробом, где лежал покойный Фейердан Сиятельный, справа. По левую сторону стоял в темно-фиолетовом камзоле король Эвердан. Перед гробом бесконечно тянулась вереница вельмож. Лорды и леди по очереди опускались на колени, чтобы попрощаться с усопшим и помолиться богине загробного мира Даракис.

В какой-то момент в этой веренице я увидела своих отца и мать. На колени перед гробом покойного короля они опустились вдвоем и принялись усердно молиться, как можно было предположить, чтобы богиня радушно приняла их уже покойного зятя в своем мире мертвых.

Но я прекрасно видела, что лорд Аграссиус и леди Бериссия больше зыркают на меня, чем молятся. И конечно, это не укрылось от Эвердана.

Наконец церемония прощания подошла к концу, и гроб усопшего короля начали готовить к последнему шествию — в усыпальницу королей.

Вот тут-тот меня и обступили мои любимые родители.

— Аларисса, скажи, есть ли вероятность, что ты понесла от Фейердана? — зашептал папенька мне на ухо низким басом, как заправский заговорщик. — Конечно, я понимаю, что сейчас рано говорить, но... не буду ходить вокруг да около... упало ли его семя на твою благодатную почву?

— Папа! — шепотом, совершенно шокированная, одернула отца я. — Мы на траурной церемонии!

— Вот именно! — ярился родитель. — Твой муженек слишком рано помер, сразу после первой брачной ночи. Было бы этих ночей побольше, было бы больше шансов, что ты принесешь нашему клану престолонаследника!

Я ушам своим не верила! Лорд Аграссиус, видите ли, был недоволен, что старик-муж, под которого меня положили, слишком рано помер. И он это высказывал мне!

— Постой, Аграссиус, дорогой, — спокойно перебила отца моя матушка. — Аларисса не виновата, что Фейердан так быстро умер. Ничего не поделаешь, он был слишком стар.

На секундочку я поверила, что моя мать в кои-то веки заступилась за меня, но она продолжила:

— Нет смысла сейчас гадать, понесла ли она от покойного короля. Ожидание может оказаться тщетным, мы потеряем время, нужно действовать. Аларисса, милая, — леди Бериссия приобняла меня и зашептала на ухо: — По традиции скоро ты станешь женой нового короля. Постарайся соблазнить его, чтобы он почаще бывал в твоей постели. Неважно, кто это будет, старик Фейердан или его сын Эвердан, главное — клану Белых магов непременно нужен законный наследник престола.

— Мама, я не собираюсь!.. — шепотом вспылила было я.

— Что ты не собираешься? — так же, шепотом, очень строго перебила меня мать. — Если ты не родишь Эвердану, он от тебя избавится уже в ближайшем будущем. Значение имеет только мать королевских наследников. Законных! Мы считали, что нам повезло: у Фейердана множество бастардов, и всего один законный сын, который в итоге получил трон. Мы не успели, Фейердан был уже слишком стар. Все попытки других родов нашего клана склонить его к браку, потерпели крах. Только тебя он захотел так, что согласился жениться, даже узнав, что ты не девственна. Ты красива, дочь моя, и должна этим воспользоваться ради блага клана. Соблазни Эвердана, привяжи его к себе в постели и роди нам законного наследника короны.

— Даже если я рожу от Эвердана, он еще молод и только сел на трон. Наш ребенок займет его место нескоро, — яростно зашептала я очевидные вещи, но матушка сумела меня удивить.

— Ты роди, — глядя мне в глаза, заявила она. — Об остальном позаботимся мы.

Я смотрела на нее с удивлением. О чем говорит эта женщина, называющая себя моей матерью? Что скрывается за ее словами?

Закончив с наставлениями, родители ушли, а вскоре за моей спиной раздался знакомый голос:

— Я давно знал, что лорд и леди Тагириусы плетут интриги против меня, стремясь сместить династию Наргалов с трона, захватив власть для своего клана. Но я очень долго не хотел верить, что ты такая же, как твои отец и мать, Аларисса. Я ошибался.

Я повернулась, оказавшись лицом к лицу с Эверданом.

Впервые за очень долгое время мы стояли так близко. И его пронизанные гневом глаза смотрели на меня с укором.

— Мы дружили детьми, ты уже не помнишь? — спросил он; голос Эвердана звучал как далекий рокот грозы, едва слышной, но неумолимо приближающейся. — Но как я посмотрю, у тебя не осталось никаких ностальгических чувств о том времени. Участвуя в интригах родителей, никаких угрызений совести ты не испытываешь.

— Это не так! — вспыхнула я, тоже стараясь говорить потише.

Почему-то мне было неуютно от его упреков, я чувствовала сожаление и вину, хотя ни в чем не была виновата.

— Ты знаешь, что лорд Аграссиус дважды подсылал ко мне убийц? — спросил Эвердан.

Мои глаза широко распахнулись.

Неужели это правда?