Патруль оранжевого сектора – 2

Глава 34

В открытый космос Мире предстояло выйти не впервые. Естественно, и на учебных занятиях, и на практике у них были отведенные для этого часы, однако сейчас почему-то девушка особенно волновалась. Может, потому, что выход планировался хоть и тренировочный, но настоящий, не учебный. По графику шел только Бобби — для внешнего осмотра исправности корабля, и Мира как человек, не делавший этого в последние полгода, и как… запасной механик, о чем пилот все время забывала. Как говорится, крепкого здоровья Бобби, потому что, если придется чинить ей… Не факт, что кораблю после этого потребуется что-то большее, чем передатчик для сигнала SOS и спасательная капсула.

Однако Мира честно каждую свободную минуту в последнюю неделю посвятила изучению регламента осмотра, зубрила чек-листы и дотошно наведывалась к Бобби, прося его объяснить то, что сама не понимала. Однако после объяснений механика все становилось еще запутаннее, и Мира, смирившись, решила, что просто все посмотрит «в деле».

Но больше всего повезло Снежку. Капитан, во что пилоту до сих пор не верилось, разрешил йети выход в открытый космос! На прямой Мирин вопрос наедине, «как он до такого дошел», Стивен посмеялся, пожал плечами и пояснил:

— Ни в одном положении Устава или пункте инструкции нет запрета для выхода йети в космос. А что не запрещено — то разрешено. Тем более, Бобби прав: гермесские скафандры самые надежные. Пусть Снежок порезвится.

Йети и правда пребывал в эйфории. Он «плавал», крутился через голову, и на его разомлевшую от счастья моську было приятно посмотреть даже сквозь стекло гермошлема. Мире же «порезвиться» не вышло. Ощущения от невесомости… странные. Ты вроде бы одновременно и паришь в вакууме, и в то же время любое направленное действие: шаг, захват скобы, разворот, перетяжка узлов, даже перецепка карабина на страхующих тросах — для всего этого приходится прилагать куда больше усилий, нежели на земле или в условиях искусственной гравитации. Снежку хорошо — летай себе и летай, как шарик на веревочке, наслаждайся свободой и восторгайся «пейзажами» и новыми ощущениями.

Мира же, пока они с Бобби выполнили обязательную программу, чувствовала себя, как человек, простоявший у станка без сна и отдыха несколько суток. Все мысли только и сводились к тому, чтобы добраться до каюты и свалиться спать.

Однако прежде чем вернуться внутрь, пилот все-таки остановила сослуживца:

— Давай повисим тут пару минут без дела. Просто… посмотрим на тишину.

— Поэтично сказано, — усмехнулся механик, зацепив карабин за последнюю скобу и расслабляя тело.

Космос, обступивший со всех сторон, завораживал и… немного пугал. Мира смотрела вдаль, как и многие-многие поколения людей до нее, но в отличие от них зная, что звезды, во всяком случае некоторые из них — вполне достижимы. Однако то первобытное ощущение себя даже не букашкой, нет, мыльным пузырем в масштабах мироздания, по-прежнему сохранялось. И Мира, очарованная вселенной вокруг, поделилась этими соображениями с Бобби.

Механик же воспринял все в традиционной для него манере:

— Мыльные пузыри, говоришь? Пф-ф-ф! Заметь — разумные мыльные пузыри! А это не одно и то же! Вон уже сколько галактик намылили! А то ли еще будет!

Впрочем, пилот бы удивилась, если бы Бобби рассуждал как-то по-другому. Романтика, если и жила внутри этого здорового весельчака, то всегда уступала место практичности. Поэтому пилот лишь улыбнулась и, пропустив Снежка вперед, влетела в шлюзовую камеру.

Наверное, если бы регламент позволял, Мира бы заснула прямо в отсеке со скафандрами, сразу после переодевания. Но как-то уж очень не хотелось показаться перед остальным экипажем слабачкой, так что, собрав последние крохи силы воли, пилот доползла до личной комнаты. Стивен сегодня дежурил в кабине, а в такие дни Мира обычно спала у себя. Не нравилось ей оставаться одной в капитанской каюте — как-то особенно холодно там без любимого и не спится. Так что пилот глотнула две капсулы «Компенса» — препарата, специально разработанного для людей, выходящих в открытый космос, чтобы избежать побочных эффектов, и отключилась.

Однако буквально посреди глубокого, лишенного сновидений сна, Мира резко вскочила от заоравшей ни с того ни с сего в комме музыки. Во второе мгновение она уже поняла, что это будильник, и села на постели.

Так, будильник. Зачем она его заводила? Хороший вопрос. Зачем в рейде может пригодиться пробуждение посреди ночи? Разве что боишься заснуть во время вахты, однако пилот этим не страдала. Странно, ну да ладно. «Раз уж проснулась, пойду сделаю себе чай и Стивену кофе», — подумала Мира и, потянувшись на койке, вдела ноги в свои любимые тапочки с розовыми помпонами.

В коридоре катера было тихо и горело лишь дежурное освещение. Снежок, по всей видимости, остался с Марлен, а больше особенно шуметь тут некому — все люди взрослые и по ночам спят. Однако, подходя к камбузу, Мира почувствовала — что-то не так.

Девушка еще раз осмотрелась: шлюз в кабину запечатан. За все время Мириной службы на катере она такого не помнила. Зачем бы это Стивену понадобилось? Мира, сама не понимая почему, постаралась ступать как можно тише и, подойдя к переборке, приложила уху к прохладному металлу. Подслушивать, конечно, нехорошо, только пилот хотела понимать, что вокруг происходит. Может вообще, пока она спала, катер захватили. Малоправдоподобно, но все же… В кабине слышалась какая-то возня, частое дыхание и охи-ахи. Пилот оторопела. Стивен что, включил в капитанской рубке просмотр порно⁈

— Да, так хорошо! Да-а-а…