Попаданка в деле, или Ректор моей мечты (СИ)

Глава 2

Пока муж ведет пары, я тащу полное ведро с водой и швабру к столовой. Да-а-а, здесь действительно грязно. А как заманчиво пахнет едой из-за дверей!

Сглатываю слюну и принимаюсь за уборку. Еложу тряпкой по полу, а мысленно — уплетаю очаровательное спагетти с малюсенькими мясными фрикадельками от местной кухарки. Готовит она божественно! И потому даже не удивлена, что Мирабелла не сумела устоять перед подобным соблазном и активно запихивалась вкусностями, пока ее муж крутил шашни с другой на глазах у всей академии.

Ториан… Этот дьявол во плоти умел быть обходительным и очаровательным, если хотел. Вот только не со мной. Меня, свою законную супругу, он обходил десятой дорогой. Ругался и кривился при каждой встрече, зато другим девушкам щедро раздавал авансы: улыбался так, что у многих самым натуральным образом подкашивались ноги. Все в академии знали, что ректор Ториан Вальмонт — искусный обольститель и знаток женской любви.

Помимо тяги ко вкусненькому, мне достался от Мирабеллы и еще одни «подарочек» — меня тянуло к гаду муженьку со страшной силой. Я мечтала о нем, когда засыпала в одиночестве в своей постели, думала о его красивом профиле за завтраком и неизбежно наблюдала его крепкую фигуру на работе в академии, куда Тори пристроил меня поломойкой. Естественно только для того, чтобы я поскорее сдалась и расторгла брак.

Но из воспоминаний Беллы я уже знала, что сдаваться нельзя, и сам Ториан развестись не сможет — ему нужно мое добровольное согласие. Вот только он его не получит и все тут!

Если бы только я могла стать красивой и стройной… Тогда-то уж я непременно попробовала бы заполучить ректора Вальмонта в свое безраздельное пользование. А Кассиопее выдрала бы все до единого рыжего кучерявого волоска! Бесстыжая дрянь!

Как и всегда, при мыслях о Кассиопее во мне поднималась безотчетная кипучая ярость, и я излишне сильно пихнула ведро с водой. Оно опасно накренилось и… разлилось большущей лужей у моих ног. Тонкие кожаные туфельки вмиг намокли. Скотство!

Глаза и нос опять защипало. С трудом удалось сдержать рвущиеся наружу слезы. Мирабелла та еще рева была. И мне приходится постоянно себе напоминать, что я — не она! Хоть и получается с трудом, особенно в столовой. Там меня уносит в безбрежное радостное море пищевого удовольствия, в котором хозяйка тела привыкла прятаться от всех проблем, активно заедая и запивая горести вкусностями.

— Привет, Белла! Убираешь? — мимо меня проносится Дар, отвлекая от грустных мыслей.

Он хороший парень из приличной драконьей семьи. Даже немного жаль, что метка истинности зажглась на моей руке не для него. С таким драконом я бы не знала проблем. И его даже не смущают мои лишние килограммы.

— Привет! — улыбаюсь в ответ. — А ты почему не на парах?

— К ректору вызвали. К слову, ты не в курсе, чего хочет твой деспот-муж от меня? — Дар корчит смешную рожу, чтобы меня развеселить.

— Нет. Ты же знаешь, что он не делится со мной ни личными вопросами, ни уж тем более — рабочими. Беги, буду держать за тебя кулачки!

Дар кивает и уходит. Он — во всех смыслах замечательный, но, к сожалению, сердцу не прикажешь. И я возвращаюсь к швабре и тряпке, доделывая свою работу. А по завершению — с трудом разгибаю затекшую спину. Устала!

— Мирабелла! — окликает старик Грон, высовывая голову из кафеля. — Не надрывайся, деточка, посиди со мной!

— Не могу, дядюшка Грон, — отвечаю вездесущему духу-хранителю академии. — Ты же знаешь, что меня здесь терпят только потому, что приношу хоть какую-то пользу.

— Твой муж совершенно отбился от рук! — недовольно трясет жидкой бороденкой дух и выныривает прямо из чисто вымытого пола. — Может, мне уронить ему на ногу что-нибудь тяжелое?

— Нет, дядюшка, не стоит. Дракону ничего не сделается от этого, а я потом получу на орехи за то, что жаловалась тебе. Ториан этого не любит.

— Ториану не нравится это, Ториан не любит се… Противно слушать! Возьми дело в свои руки, милая. Сколько можно носиться с этой драконьей задницей? — дух не на шутку разошелся. Даже каменные плиты под ногами нагрелись.

— Тише, дядюшка, а то развеет тебя ректор и с кем я тогда буду болтать?

— Ох-ох, и то правда! — Грон прячется в полу, но его недовольный тон и оттуда слышно. — Ничего, однажды он еще пожалеет, что так обошелся со своей истинной…

Забота духа трогает до глубины души. Грустная улыбка отражается в мутноватой воде ведра, когда я наклоняюсь отжать тряпку. Может быть, когда-нибудь…. А пока мне не остается ничего другого, кроме как ждать этого светлого момента!