Постучи в мою дверь, любовь

Глава 12. Астра

– Все еще дуешься на меня, Ась? – впервые называет меня так Авдеев.

Он иронично приподнимает брови, а я задираю подбородок повыше и салфеткой вытираю руки после завтрака. Сэндвич был вполне годным, а вот кофе остыл, пока я переваривала то, что случилось на заправке.

– Не злись!..

– Я просила сделать вид! – оскорбленно выдаю, неосознанно облизывая верхнюю губу.

– Не люблю халтуру, – смеется Кирилл. – Делать – так уж делать!..

Поцелуйный перфекционист, значит!

Отвернувшись, перемалываю собственные эмоции, обрушившиеся на меня в тот момент, когда мои губы оказались в крепком захвате мужского рта, и до сих не покидающие бахающее в груди сердце.

Меня определенно точно никто и никогда так не целовал!.. Да и опыта немного.

– Тебя кто-то расстроил, Ася? – вдруг обеспокоенно спрашивает Миша.

Проснувшись, он позавтракал хот-догом, выпил свой чай и принялся монотонно и долго считать столбы, которые мы пролетаем с бешеной скоростью. Сбился на сто пятьдесят четвертом.

– Нет, мой хороший! Все отлично!..

Надо будет не забыть поговорить с ним, чтобы он ничего такого Авдееву про меня не рассказывал. Ни к чему это.

До сих пор этот поцелуй у меня в голове не укладывается!

Если это шутка, то совершенно глупая, Кирилл Владимирович.

Отвернувшись, улыбаюсь в воротник шубы. Надо было видеть лицо этой клуши с губами, когда мы выходили на улицу. Никогда не забуду!.. Вот умора!

– Кстати, давно хочу спросить. А ты планируешь рассказать о внуке своим родителям? – спрашиваю спустя какое-то время. – Или уже рассказал?

– Конечно, планирую, но пока не успел.

– Думаешь, они обрадуются?

– Очень. Мама давно бросила даже намекать на то, что пора бы мне обзавестись детьми, животом и лысиной побогаче.

Я смеюсь, потому что представить Кирилла толстым или лысым совершенно не получается. А потом вспоминаю про девушку, разговор с которой слышала в кабинете в самую первую ночь. Если они с Кириллом встречаются, то к нему вопросы: зачем он целует другую?

От всех этих мыслей у меня начинает болеть голова. Я решаю спать или делать вид, что сплю, потому что сильно переживаю.

Мы еще несколько раз останавливаемся, обедаем в придорожном кафе и ближе к вечеру заезжаем в сияющую новогодними огнями Казань.

Не верится.

Наш отель стоит в историческом центре. Миша с восторгом рассказывает, что видит, пока мы все вместе направляемся к ресепшену. Наш номер и номер Авдеева располагаются на одном этаже, напротив друг друга.

Пока едем в лифте, стараюсь не смотреть на Кирилла, а он снова реагирует на это улыбкой. На этаже идет в наш номер и по-хозяйски там все изучает.

– Сегодня отдыхаем с дороги. Всем надо выспаться. Завтра у нас начинается программа. Готовьтесь.

– Ура!– хлопает в ладоши Мишка.

Пока он снимает комбинезон и забирается на подставку, чтобы оставить его на вешалке, я тоже осматриваюсь.

Номер у нас стильный и очень светлый. Мегауютный после суток, проведенных в машине. Текстиль на окнах и постели в серых оттенках, а еще здесь белоснежные молдинги на стенах и потолках и изысканные светильники золотого цвета.

– Нравится? – спрашивает Кирилл, повторяя траекторию моего взгляда.

Сам придирчиво разглядывает содержимое подноса на столе, а затем – особо долго – заправленную кровать.

Подходит к телефону и нажимает «ноль».

– Добрый день! Принесите несколько дополнительных подушек в триста двадцать пятый номер.

Миша, не обращая на нас внимания, раскладывает свои игрушки на столе. Обживается потихоньку.

– Сейчас все принесут, – Авдеев заканчивает разговор.

– Спасибо. Не стоило!..

Получается слишком мрачно и ворчливо.

Он смеется и по-мальчишески подмигивает. Это что, все тот же Авдеев, который открыл нам дверь в Рождество?

– Обращайся, если что, Астра. Я всегда помогу.