Постучи в мою дверь, любовь

Глава 20. Астра

Спустя две недели

г. Северск

– Как у тебя дела, Медвежонок? – слабо сжимая телефон, спрашиваю.

– Отлично у меня дела, Ась. В садик вот новый пошел, но он мне пока не очень нравится.

– Это почему это? Опять тебя супом кормят?

– Быва-а-ает.

– Это их работа, Мишань. Что уж сейчас поделать? – подбадриваю.

Глядя в потолок, прикрываю глаза. Соскучилась очень, но всячески скрываю.

О решении своем не жалею, просто грустно. Привыкла к тому, что этот маленький, хмурый медвежонок всегда рядом.

– А еще папа каждое утро возит меня на хоккей, – продолжает восторженно. – Тренировки пять раз в неделю, – уже с гордостью договаривает.

– Ого. Серьезный подход…

– Да. Я там с мальчиками познакомился. Мы теперь одна команда.

– Пусть у тебя все сложится, Миш.

В трубке слышится посторонний шум. Я, как всегда, чувствую внутри пугающий дискомфорт.

– Это Астра, пап, – по-детски непосредственно лепит Миша.

– Понял, – серьезно отвечает Авдеев.

– Я могу передать от тебя привет… Или хочешь поговорить? Возьми…

Суда по звукам, Миша протягивает своему невероятному отцу телефон, но в том, что Кирилл ответит, сомневаюсь. И не зря.

– Папа передает тебе привет, Ась, – слышу голос племянника. – Он сейчас сильно занят. Не может поговорить.

– Спасибо, Миш. Ему тоже передай привет.

Расстались мы скомканно. Можно сказать, не расставались.

Я уехала в тот же вечер, после того как поговорила с Аней и, так и не дождавшись приезда Кирилла. Просто было нестерпимо стыдно.

Перед ним, перед собой, перед Лилей…

Я все испортила.

Авдеев пытался со мной связаться, звонил, но я была непреклонна. Мне нужно было физически вырваться из плена его мужского обаяния, сладко убаюкивающего мое чувство вины, и я это сделала.

Жестоко?.. Не спорю.

Сначала Лиля бросила Кирилла, теперь вот я…

Спустя неделю они с Мишей приехали к нам в Северск, чтобы оформить все необходимые документы, но поговорить нам так и не удалось. Во-первых, по нелепой случайности как раз в этот момент в гости зашел мой коллега Юра, а во-вторых, оправдываться за это я не стала.

Решила, что все к лучшему, и Авдеев, кажется, тоже так подумал.

Зато мама неожиданно воспылала к Мишиному отцу неземной любовью и даже в гости к ним собралась. Уже завтра утром за бывшей балериной Северского театра приедет водитель. Почесать ее эго больше было бы невозможно.

Она просто счастлива.

Хоть кто-то…

– Ну, что ты все лежишь? – заглядывает мама ко мне в комнату. – Как мертвая все в этот потолок смотришь. Хоть цветы в руки вставляй.

– Все нормально, мам…

– Нормально, – она качает головой. – Совсем завяла, Астра. Может, расскажешь уже? Что у вас там произошло, что ты которую неделю помираешь? Женщина всегда должна быть живой и позитивной, иначе все вокруг нее умирает.

– Ничего не произошло.

– И Юрика своего вытурила. Я все ждала, когда характер в тебе проснется, и перестанешь этого слепня рядом с собой держать.

– Мам, – морщусь. – Юра вообще-то хороший.

– Хороший, чего уж там, – вздыхает. – Как касторка… Полезный, но горький.

– Зачем ты так? – смеюсь.

Отвернувшись к стенке, рассматриваю незамысловатый рисунок на обоях. Завтра – суббота. Если рабочие дни заняты в театре и детской студии, то выходные – самое тяжелое время, потому что заняться мне совершенно нечем.

– Давай собирайся, Астра Цветкова, – мама строго приказывает. – Завтра в город тебя повезу. Возвращать Авдееву.

Я резко подскакиваю.

– С чего это? – прищуриваюсь. – Я никуда не поеду!..

– Поедешь, конечно. Думаешь, я не знаю, что у вас там произошло? Мишаня мне все рассказал.

– Например?

– И ты тут страдаешь, на потолок молишься, и у Кирилла твоего со сном проблемы…

Лицо будто кипятком ошпаривает. Стыдно нестерпимо. Мой?..

– Он не мой, – тихо выговариваю. – Он Лилькин.

– Ой, дура стоеросовая. И я дура, – мама театрально всхлипывает и садится на краешек кровати. – Всю жизнь камень за пазухой в твою сторону держу.

Приподнявшись на локтях, изумленно наблюдаю за тем, как моя мама плачет. Это такое же редкое явление, как дождь зимой у нас на севере.

–Ты о чем? – пугаюсь.

– Это ведь Авдеев именно тебя тогда в клубе заметил, Астра. А на следующий же день Лилька на смену вышла, и он все сомневался, что вчера была она. Волосы говорит рыжие были и добрее была. Пришлось сестре твоей парик показать, так и поверил.

– Значит никто не жаловался, что я несовершеннолетняя? – догадываюсь, обхватывая колени.

– Жаловался, конечно, – мама виновато опускает глаза. – Лилька меня попросила, я начальнику-то вашему и набрала. Ругалась сильно, так, что он тебя домой отправил.

– Обалдеть…

– Ты прости меня, Астра. Ты ведь знала свою сестру. Лилия не злая у меня была, но и добротой, в отличие от тебя, не отличалась. Если видела цель, то не видела ниикаких препятствий. Вот и Авдеева себе в единоличное пользование захотела, правда потом устала ждать, пока толк из него выйдет. За Витальку выскочила. Еще один слепень кровососущий.

– Не могу в это поверить, мам! – шепчу. Мысли хаотично летают по черепной коробке.

Осколочно, частями вспоминаю наши разговоры с Кириллом.

Он ведь узнал меня. Получается еще в Казани?.. «Это ты!» – сказал. А я ничего не поняла и даже разговаривать с ним не стала.

Просто уехала. Предала, получается.

Всю ночь я маюсь угрызениями совести и вспоминаю то время, когда мне было шестнадцать лет. Могла ли я тогда в толпе заметить Кирилла? А если да, и Лиля бы не вмешалась? Смогли бы мы быть вместе. Я ведь совсем девчонкой была.

С утра пораньше решительно поднимаюсь с постели и принимаю душ, укладываю волосы, попутно выбирая платье. Водитель приезжает вовремя. Дорога до города занимает стандартных три часа, но Миши с отцом не оказывается дома.

Я оставляю маму с Олей и прошу водителя отвезти меня в Ледовый дворец. Просто не терпится встретиться с ними.

Бегу по коридору, стягивая шапку и расстегивая сиреневую шубу, а на встречу мне направляется Авдеев. В том, что сотрудник его предупредил о моем появлении, не сомневаюсь. Вокруг нас много чужих людей, но Кирилл тоже… сейчас чужой.

Он равнодушно смеряет меня взглядом с ног до головы и, оказываясь в полуметре, непонимающе спрашивает:

– Что у вас случилось?

Серые глаза исследуют просторный холл, а затем концентрируются на моем лице.

Озираясь, выдыхаю на высокой скорости:

– Сделай вид, что ты меня целуешь!.. Быстрее, пожалуйста!..