Постучи в мою дверь, любовь

Глава 15. Астра

– Как это случилось? – спрашиваю, вытирая пальцами горячие слезы с лица.

Последние полчаса, пока мы сначала, как оголтелые, выскочили из ночного клуба и сумели остановить такси, а теперь едем по горящим яркими огнями улицам Казани, только и делаю, что навзрыд плачу.

Мой мальчик! Совсем один там, в больнице!..

– Я толком не понял, что произошло, – тихо отвечает Кирилл, крепко обнимая меня за плечи. – Вика вся перепуганная… Анечка плачет.

Еще и Андреевы переполошились. Вот так отпуск у ребят…

– Во всем я виновата! – снова себя накручиваю.

– Ну вот еще, – вздыхает Кирилл. – Что за новости, Астра? При чем здесь ты? Думаю, со всеми детьми такое случается. Не занимайся самоуничижением.

Мотаю головой.

У меня всегда было повышенное чувство ответственности.

Мама – успешная, талантливая балерина. Лиля – яркая звездочка, которой танцы давались чуть легче. Сестра, безусловно, была красивее меня, но, помимо этого, она была смелой!.. Даже слишком. Самоуверенной и всегда добивающейся своих целей.

А я?

Обычная…

Чтобы заслужить место под солнцем, мне надо приложить больше усилий и ответственности. Только тогда что-то получится.

Как же так?..

Симпатия к Кириллу заставила забыть обо всем. Я ведь, по сути, оставила ребенка с незнакомыми людьми.

О чем ты думала, Астра?..

– Забрала Мишу из дома и отвезла к тебе в Рождество. Я теперь за все отвечаю перед мамой. Что сейчас будет?.. Травмпункт обязан сообщить о происшествии в полицию. Они точно свяжутся с Виталиком. Мне конец. Нам конец…

– Лишь бы с Мишей все было хорошо, – успокаивает Кирилл. – С остальным как-нибудь справимся. И с мамой вашей я сам поговорю. Она показалась мне вполне адекватной. Ты делаешь из мухи слона. Это ваше женское…

Отстраняюсь.

– А ты все время такой спокойный? – неожиданно злюсь.

Его равнодушие раздражает.

– Если ты так считаешь, то совсем меня не знаешь, – отвечает он тихо. – Я тоже волнуюсь. Только если буду сейчас верещать, кому станет легче? Мне всегда казалось, что мужчина не должен быть хлюпиком…

– Прости, Кирилл, – смущаюсь. – Мне точно будет хуже, если ты тоже начнешь эмоционировать.

– Тогда перестань себя винить и дождись нашего приезда на место. Может быть, там не все так страшно.

Я утыкаюсь в твердую грудь и продолжаю всхлипывать.

Все свои проблемы я как-то привыкла решать сама. Чтобы вот так, кто-то успокаивал или выгораживал меня, – редкость.

Травмпункт, к которому нас привозят, выглядит стандартно. Много светящихся, несмотря на поздний час, окон, высокое крыльцо с фонарем и приоткрытая дверь.

Мы выбегаем с Кириллом из такси, крепко взявшись за руки.

Первое, что замечаю внутри, – мой заплаканный мальчик, сидящий рядом с Матвеем. Увидев меня, Миша меняется в лице: нижняя губа карикатурно оттягивается вниз, а глаза становятся стеклянными из-за слез.

Бросаюсь к нему, стуча каблуками.

– Ш-ш-ш, – шепчу, присаживаясь рядом и крепко обнимая. – Мой хорошенький… Больно?

Задерживаю дыхание, глядя на перемотанный салфеткой палец.

– Мы ждем, когда освободится процедурный кабинет, – сообщает Матвей. – Спасибо, что оперативно отправили копии документов. Без них отказывались принимать, да еще и с чужим человеком.

– Ты как? – Кирилл ворошит и без того растрепанные волосы на макушке у сына.

Миша ничего не отвечает, но не отодвигается. Принимает сухую отеческую ласку.

– Держишься, Мих?..

Хмурится, посматривая на окровавленную детскую руку.

– Угу.

– Держись. Надо потерпеть.

Присев рядом, заглядывает в глаза:

– Боишься?

– Вот еще, – всхлипывает горько. Из последних сил терпит!

– А я вот… – Кирилл хитро посматривает на Матвея, потом на меня. – Астра, будь так добра, прикрой уши. У нас здесь мужской разговор намечается.

Я шутливо закатываю глаза, но включаюсь в эту игру. Хоть как-то повеселее становится.

– Так вот, – слышу Авдеева, словно сквозь толщу воды. – Скажу по секрету, я крови с детства боюсь. Мои родители, Миш, хирурги. Сколько себя помню, они хотели, чтобы я тоже стал врачом. Только вот незадача: как кровь увижу, сразу в полуобморочном состоянии. Такая реакция организма.

– Да-да, – подтверждает Матвей. – Мы же с детства дружим. Как кровь видит – сразу падает.

Мишу эта откровенность почему-то крайне веселит.

– Я, в отличие от тебя, крови не боюсь, – признается он. – Мне просто… страшно, что будет больно. Пашке из нашего двора голову летом зашивали, так он сказал: «Там вот такая игла», – показывает, разводя руки в стороны и как будто собираясь снова заплакать.

– Это он приврал!.. Видел я такую иглу. Обычная.

– Да?.. Ты уверен?

– Конечно, Миш, – серьезно говорит Кирилл. – Верь мне. Зачем я буду обманывать?

Он вдруг с подозрением смотрит на меня. Да так, что я не успеваю отвести взгляд.

– Ты подслушиваешь, что ли? – грозно спрашивает.

Я морщусь и отворачиваюсь. Улыбаюсь украдкой.

– Давай будем работать над страхами, – продолжает Авдеев. – Я пойду с тобой в кабинет, Миш. Ты боишься боли, я – крови. Все будет честно.

– А Ася?..

– Асю здесь оставим. Она девушка, чего ей там делать. И так переживает. По-мужски разберемся… Только вдвоем!..

– Ладно! – храбро говорит Миша.

– А я домой, – поднимается Матвей. – Вика пишет, Аня без меня не укладывается. Поеду своих успокаивать. Все перенервничали… Астра, – зовет меня.

– А-а? – поспешно убираю ладони.

– Прости еще раз. Мы не нарочно. Недоглядели…

– Со всеми случается, Матвей, – тоже поднимаюсь. – Извините и вы нас. Дети бывают неуклюжими. И почему в гостиницах такой пол? Чуть что – посуда сразу вдребезги.

– Да уж. Позвоните, как тут закончите.

Замечаю медработника, который пришел сообщить, что процедурный кабинет освободился, а потом провожаю Кирилла и Мишу. Обоих целую в щеки. Краснею.

Меня отправляют в регистратуру, где я подписываю кучу документов. Благо у нас с племянником одинаковые фамилии.

Вернувшись к процедурке, долго хожу по коридору из угла в угол. И когда Кирилл, держа Мишу на руках, открывает дверь, спешу к ним.

– Ну и как?

– Все хорошо, Ася, – твердо произносит Миша.

– Боец! – подтверждает Кирилл.

Оба бледные и уставшие.

– Пойдемте, – всхлипываю от пережитого страха.

– Не плачь, Ася, – Мишка вдруг становится бодрым. – Завтра на перевязку сказали приехать.

– Хорошо, – пытаюсь поскорей одеть его в комбинезон.

Авдеев снова подхватывает сына на руки и ведет нас к ожидающему такси.

– Блин! – вскрикиваю от резкого холода. – Я ведь в туфлях, оказывается. Выбежала из клуба, даже не переодевшись. И пока ехали, так переживала, что не заметила.

Кирилл задумчиво смотрит на дорогу, на тротуар и, наклонившись, подхватывает меня под бедра. Теперь несет нас обоих. Вообще не напрягаясь. Я, конечно, легкая, но не до такой же степени!

– А-а-а… Ты что делаешь? – пищу, вцепляясь в Авдеева куда приходится.

Поправив шапку, смотрю то на Мавроди, то на Мишу. Тут же смущаюсь, вспоминая, как откровенно мы целовались до того, как Андреевы позвонили.

– Жалко вечер испорчен, – вздыхаю.

– Поужинаешь со мной в городе, Ася?