Потерянная пара Дракона

Глава 16 Грей

— Прикажи принести хорошего чаю и чего-нибудь на десерт, — сразу пытается прогнуть меня мать. — Разговор предстоит долгий. А тут ужасно кормят. Не представляешь, как я мечтаю снова почувствовать вкус пирожных.

— Вам дают то же, что и остальным. Никто отдельно для вас не готовит, — усмехаюсь я. — Что касается пирожных, шелковых простыней и дорогой одежды — все это у вас было. И могло бы оставаться дальше. После смерти отца я занимался финансами и делал все, чтобы наш уровень жизни не упал. Вы сами решили избавиться от меня. Теперь имейте мужество принять последствия.

Осознав, что так легко на уступки я не пойду, мать снова презрительно кривится.

— Вот именно! Ты занимался финансами. Ты все решал. И так же, как твой отец, сразу начал контролировать мои траты. Для меня ничего не изменилось. Раньше я должна была отчитываться мужу, а потом тебе. Не представляешь, насколько унизительно доказывать, что это платье или колье мне необходимы.

— И поэтому вы решили, что проще договариваться с Адрианом? А вам не пришло в голову, что он просто-напросто растратит все в короткий срок, полностью разорит герцогство, оставив вас нищей.

— Мой мальчик обязательно бы справился! — опять она говорит так, будто у нее всего один сын. — Ему лишь нужно было помочь, найти хорошего управляющего, чтобы сдерживал его порывы.

— Вы не могли быть настолько наивной, — недоуменно качаю головой. Как у нее получалось одновременно придумывать изощренные планы и верить такому прожженному лжецу, как мой брат? — Адриана даже отец не смог заставить учиться. Брат еле закончил академию. Все, что у него отлично получалось — проматывать деньги, а не зарабатывать.

— Не наговаривай на него! Он уже не может ответить, — разъяренной змеей шипит мать. — Можешь считать меня монстром. Но да, я хотела, чтобы наследником стал Адриан. А ты… Ты уже в колыбели был копией отца. Я даже кормить тебя не смогла, отдала кормилице. Но все равно пыталась стать тебе матерью.

Пыталась? Я не часто возвращаюсь к детским воспоминаниям, но матери в них практически нет. Есть отец, няня, слуги. И далекая, холодная драконица, от которой я сначала пытался получить ласку, а потом понял, что это бесполезно.

Нет, в детстве я не страдал. Просто принял, как факт, что мама не любит обниматься и злится, когда ей докучают. Но вокруг все равно было много тех, для кого я был важен. Да и мать никогда показательно не отталкивала меня, особенно в присутствии других. Она умела изображать заботу.

А потом у меня появился брат. Я стал замечать, как меня наказывают за то, что ему легко спускается с рук. Что верят чаще Адриану, чем мне. У брата было любимое развлечение — мелко пакостить и сваливать на меня. Впрочем обычно я не терпел и давал сдачи. Как умел, не жалобами, а магией, когтями и кулаками.

В конце-концов брат понял, что меня лучше оставить в покое. Пытался развлекаться, подставляя слуг. Но и тут я вставал на их защиту, Адриану пришлось смириться.

Когда мы выросли и отучились в академии, я занялся карьерой. Наши с братом интересы почти не пересекались. Мы не были близки, не разговаривали по душам. Но и не ссорились. Я думал, Адриан перерос детские пристрастия. А он просто перешел на другой уровень.

— Ладно, с причинами мы разобрались. Вы посчитали, что брат достоин герцогского титула герцог больше, чем я. Хотя он вообще не Амальди. Кстати, не хотите наконец признаться, кто его отец?

— Это уже не имеет значения, — морщится мать. — Пусть остается в прошлом.

— Как вам удалось убедить отца в том, что младший сын тоже от него? Обычно драконы чуют родную кровь.

— Это было нелегко. Я нашла колдунью, которая торговала запрещенными зельями. Пришлось продать часть драгоценностей, чтобы оплатить ее услуги. Но самая большая сложность состояла в том, что для приготовления зелья требовалась кровь герцога. Я голову сломала, пытаясь придумать, как ее достать. Помог лекарь.

Да, в заговоре против меня тоже участвовал наш семейный лекарь. Еще один из тех, кому я доверял. И отец тоже. Все, что окружало нас, оказалось ложью. И пусть основные события заговора я уже знаю из проводившегося расследования, слушая равнодушный голос матери, переживаю этот ад заново, как в первый раз.

Вопрос о трагической гибели герцога Амальди тогда тоже поднимали. Мать клялась, что непричастна к трагедии. Проверка на артефакте подтвердила ее слова. Но какие-то сомнения у меня все равно остались.

— Что ж, вы были достаточно изобретательны. Но вернемся ко мне, — перехожу к следующему вопросу. — Теперь расскажите, как вы пытались избавиться от меня.

Раздраженно вздохнув, мать морщится, но все же начинает говорить:

— Ты сам во всем виноват! Был бы более лоялен к нам, ничего бы не случилось. В тот вечер Адриан пришел ко мне в покои. Мой мальчик был очень расстроен. Оказалось, он поверил одному из друзей и неудачно вложил деньги. Вместо обещанной негодяем прибыли заимел большой долг, который надо было срочно отдавать. Адриан обратился к тебе за помощью, но ты отказал. А я не могла не помочь сыну. Рассталась с еще одной частью драгоценностей. Но их и так уже оставалось немного. Адриан тогда долго благодарил, целовал мои руки и заметил, как было бы хорошо, если бы мы сами распоряжались всеми доходами и имуществом. Он ушел, а я задумалась. Все это было так несправедливо. Ну а потом мне в голову пришел план, и я поделилась с сыном.

Слушая будничный рассказ о том, как решалась моя судьба, удивляюсь насмешке Богов. Я даже не помню тот разговор с Адрианом, который запустил крах нашей семьи и мой личный. В то время брат часто приходил ко мне с разными просьбами. Все они так или иначе касались денег. И все выглядели верхом глупости и расточительства.

Наши финансовые дела после смерти отца были не в лучшем состоянии. Траты на содержание особняка, расходы матери и брата едва покрывались доходами. Запасы таяли. Из-за неурожайного года поступление налогов снижалось. Мне пришлось пересмотреть и урезать все лишнее. И конечно, на бессмысленные просьбы брата я отвечал отказом. Думал, что забочусь о семье. И не догадывался, что подписываю себе этим приговор.

— Почему вы просто не избавились от меня? — уточняю глухо. — Еще один несчастный случай, как с отцом, и все. Зачем была нужна эта ложь с истинной? Она гораздо сложнее и опаснее. Слишком многое надо учесть.

— Об этом мы тоже думали, — спокойно глядя мне в глаза, заявляет женщина, которая меня родила. Кажется, ей вообще все равно, что я чувствую. Судя по блеску глаз, даже получает удовольствие, вываливая на меня мерзкую правду. Надеется хотя бы так отомстить за то, что ее заточили сюда? Или за смерть Адриана?

Внешне я держу себя в руках, не желая показывать, что ее слова достигают цели. Но, как и в первый раз, во мне кипит адский сплав из горечи и боли.

— Так действительно было бы проще, — продолжает мать. — Но ты сам знаешь правила вступления в наследство. Тебе тоже пришлось их выполнять. Чтобы Адриана признали наследником, ему надо было пройти проверку на родство крови. Наша семья слишком знатная и приближена к королю. Его Величество сам назначает проверяющего из придворных. К тому же используется специальный артефакт, на который мы никак не можем повлиять. Он бы сразу показал, что Адриан не Амальди.

— Вам нужен был настоящий наследник. Мой сын, — киваю, ощущая, как в груди опять разгорается гнев. — После этого можно было окончательно избавляться от меня.

— Да, — подтверждает чудовищную правду мать. — Но внука я бы любила. И уж точно воспитала в уважении к бабушке и дяде.

— А пока он рос, всем бы управлял Адриан, как единственный родственник мужского пола, — договариваю за нее, едва сдерживая рык. Мой зверь тоже в бешенстве. — Где вы взяли Алиану? Какая роль отводилась ей, кроме рождения ребенка? Брат собирался жениться на ней?

— Конечно нет! — возмущенно восклицает мать. — Тем более, после того, как она разделила постель с тобой. Уж для моего мальчика я бы подобрала невесту получше. Ему подошла бы чистая драконица с сильной кровью из хорошего рода. А эта девчонка годилась только для вынашивания ребенка. Хотя сыну пришлось пообещать жениться на ней. Одних денег для такого рискованного плана было мало. Возможность войти в род Амальди и стать матерью наследника впечатлила ее гораздо больше. Алиана мечтала попасть в высший свет, хотя сама была вульгарна и плохо воспитана. Мне приходилось постоянно ее поправлять, объяснять, как правильно себя вести в обществе. Не знаю, где Адриан ее нашел. Но ее здоровье мы проверили. Иначе не выбрали бы на роль матери моего внука.

— Что вы планировали сделать с ней после? Избавиться так же, как от меня?

— Если бы она не удовлетворилась деньгами и потребовала выполнить обещание, то да. Мы не могли позволить такой особе воспитывать будущего герцога Амальди, — равнодушно заявляет мать. Я уже даже не удивляюсь ее цинизму. А ведь у них могло получиться. У драконов в неистинных парах тоже рождаются дети. Правда реже, чем в истинных, и не такие одаренные. Я и сейчас еще могу жениться и иметь детей. Просто после смерти Леи все это потеряло смысл. Я добровольно выбрал одиночество и искупление.

— Однако Алиана не стремилась попасть ко мне в постель. Почему? — возвращаюсь к разговору.

— Подделать истинность оказалось сложнее, чем мы ожидали, — признается мать. — А у тебя слишком сильный зверь. Сначала пришлось его ослабить. Я обратилась к той же колдунье, которая помогла мне в первый раз. Она сварила нужное зелье. Мы долго добавляли его тебе в еду и немного переборщили, твой дракон почти впал в спячку и ни на кого не реагировал. Новое зелье, смешанное с кровью Алианы и твоей, должно было создать иллюзию истинности, включая временные парные метки. К сожалению, даже на ослабленного дракона оно действовало недолго. Его приходилось ежедневно обновлять. А ты не всегда обедал дома. Алиана постоянно крутилась перед тобой, но ты не горел страстью. Твой зверь никак не желал ее признавать. Зачатие в таком состоянии не принесло бы плодов. Мы даже решили, что ничего не получится. Но потом сыну удалось достать незаконный артефакт, вызывающий у дракона сильное влечение. Но даже он действовал с перебоями. Ты то тянулся к Алиане, то смотрел на нее холодно и отстраненно. Мы приняли решение не тянуть со свадьбой. А для зачатия применить специальное зелье.

— Как получилось, что наша истинность подтвердилась в храме? — очередной вопрос, на который я уже знаю ответ. Но все равно слушаю.

— Даже там найдется тот, кто за хорошую мзду подтвердит что угодно, — пожимает плечами мать. — А нам очень повезло. Один из служителей храма оказался игроком. Адриан сам увидел его за карточным столом. Сочетание шантажа и денег сработало безотказно. Служитель согласился и сделал все, что нужно.

Ну а я, благодаря очередному продажному дракону, окончательно поверил в истинность с Алианой. Теперь понимаю, почему мой зверь вел себя так странно. Толком не реагировал ни на ложную истинную, ни на Лею. Его сначала опоили, а потом приглушили нюх ложной меткой. Создали фальшивую тягу незаконным артефактом. Но истинная связь пробивалась даже сквозь эти препятствия. Меня все равно тянуло к Лее. Только я не распознал пару и позволил заморочить себе голову.

Мать внимательно следит за мной. Будто догадывается, о чем я думаю. И злорадно кривится.

— Если бы не эта мерзавка, у нас бы все получилось! Какая-то случайная девчонка разрушила грандиозные планы. Она получила по заслугам…

— Замолчи! — рычу, вскакивая на ноги. Эта змея может обзывать меня сколько угодно, плеваться ядом и ненавистью. Жало все равно уже вырвано. Но трогать Лею я больше не позволю. — Не смей касаться этого имени! Вы погубили ее. И я в том числе.

— Очень жаль, что здесь мой мальчик дал маху, — с досадой продолжает мать. — Адриан следил за тобой и конечно видел ваши встречи. Но решил, что с твоей стороны это просто похоть. Думал, после свадьбы ты угомонишься. Только когда эта девица заявилась к нам домой со своей меткой, мы поняли, что случилось. Адриана тогда не было дома. Хорошо, что Алиана вовремя смекнула: вас надо разлучить, не дать поговорить. Вот и велела слугам отвести девчонку к дознавателям. Ведь один из них ее дальний родственник. Сама бросилась следом. Только успела мне шепнуть, чтобы я срочно нашла сына и отправила за ней. Надо было разбираться с неожиданным препятствием. К сожалению, ты успел что-то почувствовать и начал выяснять. Вцепился мертвой хваткой и не успокоился, пока не выяснил правду. Вот и живи теперь с ней, — мать ненадолго замолкает. А потом устало добавляет: — Что происходило у дознавателей, я не знаю. Мой мальчик не успел мне рассказать. Они с Алианой обо всем сами договаривались. Тебе лучше знать. Девчонку арестовали и допрашивали. А с Адрианом ты говорил, перед тем, как его убить… — вот здесь голос матери наконец проседает, наполняясь горечью. Хоть по ком-то она скорбит. Правда недолго, снова вспоминая о себе: — Все, что знала, я рассказала. Теперь твоя очередь. Я могу составить список того, что мне нужно. Ты уж уговори настоятельницу. Тебя она послушает.

— Не будет вам никакого послабления. Сгниете тут или захлебнетесь своим ядом, мне все равно, — бросаю с ненавистью и шагаю к двери. Мне в спину тут же летят изощренные проклятия. Настоятельница сказала правду. Так, как эта бывшая герцогиня, даже нищие в бедных кварталах не сквернословят. Только меня ее проклятия не задевают. Сделать больнее уже невозможно. Я умер тогда, три года назад, когда понял, что рядом со мной была моя настоящая истинная. А я не просто не защитил ее, я позволил, чтобы ее убили.