Пропавшая

Глава 19

В этот раз все было по-другому. Нано-боты передавали информацию напрямую, казалось, что я вижу красочные сны.

Альтавры довольно долго экспериментировали. Несколько раз им приходилось начинать заново. И кого они только не создавали. Многие существа из мифов, благодаря генной инженерии, существовали на самом деле. Это потом люди слагали о них легенды.

Когда все же испытания завершились успехом, альтавры разделились на два лагеря.

Верховный советник Анум с горсткой единомышленников хотели жить на Марсе, так как там состав атмосферы был идеален, а людей держать в неведении и изредка отбирать самых сильных женщин для продолжения рода.

И как вы думаете, кто был против этого и хотел держать людей в страхе на коротком поводке, чтобы они считали Альтавров богами? Конечно же, Нингирсу! Силы разделились пятьдесят на пятьдесят. В итоге завязалась нешуточная война. Во время сражений Марс был практически полностью выжжен и стал непригодным для жизни.

Нингирсу одержал верх и казнил несогласных, посчитав, что оставшихся альтавров будет достаточно для возрождения былой мощи альтаврийской цивилизации.

Набу и Лугальбанда, к счастью, не учувствовали в междоусобной войне, и поэтому остались живы, к тому же ученые были на вес золота.

Марс пришлось покинуть. Долгое время альтавры жили на «Дильмун». Они периодически спускались на Землю и обучали людей. Но сами жить там продолжительное время не могли.

Так продолжалось несколько тысяч лет. Дильмун начал разваливаться, запас пищи с родной планеты Хирон давно закончился, энергоблоки окончательно вышли из строя, починить их не было возможности.

Пришлось альтаврам спуститься на Землю.

Проблема с атмосферой встала остро. Из-за нее состав крови альтавров постепенно менялся. Железо стремительно вытисняло медь, и высшая раса теряла способность к быстрой регенерации и устойчивость к земным болезням.

Решение оказалось довольно простым. При употреблении продуктов обогащенных медью, можно было поддерживать правильный состав крови.

При помощи генной инженерии и селекции ученые вывели новые сорта злаковых, содержащих большое количество меди, и заставляли людей выращивать именно их.

Стоит ли говорить о том, что люди считали альтавров богами, которые спустились с небес. И естественно дети, рожденные от них, всегда вставали во главе государств.

Но как бы альтавры не пытались сделать жизнь на Земле комфортной, планета взяла свое. Не имея технологии с Хирона, они не смогли противостоять катаклизмам. Ни одна цивилизация полегла, пока я спала. В итоге чистокровные альтавры канули в лету, оставив после себя не так уж и много потомков. Они всегда держали власть в своих руках, но в итоге перемешались с людьми, окончательно утратив отличительные признаки: голубую кровь, высокий рост, бесцветные волосы…

В какой-то момент информация перестала поступать ко мне. Видимо, Дильмун окончательно вышел из строя.

Второй раз я проснулась где-то в середине семнадцатого века, пришлось еще несколько раз погружаться в стазис, только на короткие периоды, чтобы не проспать нужное время.

Решила вернуться на Землю в день своего похищения и чуть не совершила катастрофическую ошибку.

Я стояла и смотрела, как похищают другую меня, и хотела помешать, но вовремя опомнилась. Нельзя ничего менять, иначе все изменится, и не известно в какую сторону.

С трудом сдерживая себя, отвернулась и улетела как можно дальше, стараясь не думать о том, что ждет впереди ту Иру. Я уже пережила весь этот кошмар, и ей придется.

До переломного момента оставалось восемь лет, шесть месяцев, пять дней и два часа. Бодрствовать это время или все же снова погрузиться в стазис? Я не смогла определиться сразу.

С одной стороны, хотелось быть рядом со Сежанной и видеть, как она растет, хотя бы со стороны. Опять же нельзя вмешиваться. Где гарантия, что я смогу сдержаться и не заявлю о себе? А вторая дочка? Что будет с ней, если я рожу ее до того, как разберусь с альтаврами?

Чтобы не наломать дров, решила дать себе передышку и отложила решение проблем на пару недель.

Сначала наблюдала, как Максим с родителями организовали мои поиски. Весь город гудел, меня показывали по всем каналам, на каждом углу висели объявления. Было больно смотреть на страдания родных.

Показываться на глаза Снежанне и Максиму я не решилась. К тому же знала, что с ними все будет в порядке и мы обязательно встретимся. А вот родителей я больше никогда не увижу. Поэтому, не выдержав, пошла на отчаянный шаг.

Активировав режим маскировки, ночью нашла банкомат, запустила в него ботов, отключила внутреннюю и ближайшую видеокамеру и оборвала интернет связь с банком. Забрала сто тысяч, не оставив никаких следов и повреждений.

Совесть меня совершенно не мучила. Простые люди не пострадали, а от банка не убудет. Итак обворовывают народ, вынуждая брать кредиты под бешеные проценты. Если надо будет, не задумываясь возьму еще.

Затем пробралась в магазин одежды. Взяла нижнее белье, синие джинсы, теплый белый свитер, удлиненную черную куртку с капюшоном, шапку и ботинки. На кассе прихватила солнцезащитные очки, закрывающие пол лица, и оставила часть денег.

Почти две недели после похищения пряталась на крыше многоэтажки, неподалеку от дома родителей. Снять квартиру не решалась, боялась, что меня узнают. Хотела купить телефон и сим карту, но без паспорта это сделать не получилось, а воровать у людей совесть не позволила.

Выждав подходящий момент, когда муж увезет Снежу в садик и уйдет на работу, отправилась к родителям.

Когда поднималась на шестой этаж, меня бил внутренний мандраж. Сколько миллионов лет прошло с того момента, как я в последний раз попрощалась с ними? Страшно представить.

И вот стук в дверь, я прячу трясущиеся руки в карманы, втягиваю голову в плечи и, затаив дыхание жду, когда мне откроют.

Тяжелую поступь и шарканье тапочек узнаю моментально, но дверь так медленно открывается, что я не выдерживаю и слегка тяну ручку на себя.

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​

— Здравствуйте, вам кого? — мама не узнала меня.

Смотрю на нее в растерянности, вспоминаю про капюшон и медленно снимаю его.

Мгновенье, в маминых глазах проскальзывает узнавание, и она бросается в мои объятья. Радостно протягиваю руки на встречу.

— Ира, доченька! Где же ты была так долго?! — давясь слезами, спрашивает мама.

А я не могу сказать и слова, просто стою и крепко сжимаю её. Хорошо, что она не знает, насколько это долго – долго.

На шум вышел папа, быстро оценил ситуацию и похоже не узнал меня.

— Люд, может, ты пригласишь нашу гостью войти? Что встали на пороге? — он укоризненно глянул на маму.

И совсем не удивительно, что папа не узнал меня. Ведь сейчас я гораздо выше и сильно похудевшая. Удивительно, что мама так быстро разглядела во мне свою дочь.

— Что ж это я?! Скорее заходи, — она потянула меня за руку и поспешно закрыла дверь. — Саша, ты что, старый, не узнал Иришку? — теперь настала мамина очередь смотреть укоризненно.

Папа несколько секунд пристально смотрел на меня, а потом по его щеке скатилась скупая слеза.

— Ирка, что с тобой сделали? Убью гадов! — он сграбастал меня в охапку и долго не отпускал.

Я еще никогда не была так счастлива. Родители живы, вокруг родная обстановка и запахи, а еще маленькая Снежана сейчас в садике беззаботно играет с детишками. На душе легко и светло, как будто ничего плохого не было.

— Пап, — не хотя отстранилась от него. — Мам, мне многое надо вам рассказать.

— Чего уж там. Главное жива – здорова, остальное неважно, — шмыгая носам, мама вытирала слезы.

— Важно, очень важно.

— Тогда пошли к столу, за чашкой чая все расскажешь, — папа потянул меня на кухню. Украдкой бросила взгляд на часы. До вечера еще далеко, так что успею.

Перед тем как вывалить свои проблемы родителям на головы, достала из навесного шкафчика валерьянки, накапала по пятьдесят капель и разбавила водой.

— Прежде, чем я все расскажу, выпейте, — каждому всунула в руки кружку с настойкой.

— И, в правду, не помешает, — согласилась мама и залпом все выпила.

— Неужто все так плохо? — папа помедлил, но тоже выпил.

— Уже все хорошо, просто немного неправдоподобно, — приуменьшила я и пустилась в долгие объяснения.

Чтобы доходчиво донести происходящее пришлось потратить около трех часов. Не обошлось и без небольшой демонстрации.

Моё исчезновение значительно сократило маме с папой жизнь, и я лишь хотела, чтобы они жили долго и счастливо.

Поэтому, чтобы не пугать родителей, трансформировала только часть руки, этого оказалось вполне достаточно. Конечно же, я не стала рассказывать всех подробностей похищения и экспериментов надо мной. Ни к чему им лишние переживания.

Из-за вмешательства будущее может кардинально поменяться, и теперь вдобавок ко всему мне предстоит придумать, как этого избежать.

Пока мама с папой переваривали услышанное и пили вторую порцию настойки валерьяны, я пыталась составить план действий.

— Мааам! Пааап! Лет через восемь нам надо инсценировать вашу смерть для одного человека. Точнее для меня.

— Если ты продолжишь в том же духе, то и инсценировать не придется, — попытался пошутить папа, а мама охнула.

— Вообще-то не смешно, — обиделась я, но тут же одернула себя. — Я вас очень сильно люблю. К тому же вы скоро второй раз станете бабушкой и дедушкой. Без вас мне не справится.

— У тебя будет ребенок? — переспросила мама и отвела взгляд.

Задать невысказанный вопрос пришлось папе.

— Кхммм…. Ребенок это всегда счастье. Но что ты скажешь Максиму? И еще я даже боюсь спрашивать, от кого ты забеременела.

— Максим со Снежанной не должны знать обо мне, по крайне мере, пока он не женится второй раз.

— Ох, бедная Снежа! — запричитала мама.

— Перестань, мне и так тошно.

— А где ты жить будешь и на что?

— Сниму жильё где-нибудь недалеко от вас. А деньги не проблема, — не стала вдаваться в подробности, чтобы лишний раз не травмировать их.

— А у нас соседняя квартира сдается. Может, её снимешь? — предложил папа.

— Как удачно. Рядом с вами, и Снежанна все время на виду.

— Вот и отлично. Позвоню соседке. Скажу, что племянница приедет из деревни.

На том и порешили. Потом мама спохватилась и вспомнила, что я голодная. В ход пошло все, что было в холодильнике, она буквально заставила весь стол едой.

— Целую вечность не ела, — мычала с набитым ртом. — Как же божественно вкусно, — и это была чистая правда. Я была готова съесть целый тазик и все равно бы не наелась.

В итоге ближе к вечеру приехала соседка показать квартиру и отдать ключи. Обо всем договаривались родители, а я не рискнула показаться на глаза даже несмотря на то, что сильно изменилась. Не стоит лишний раз рисковать.

Все дела успели решить до приезда Максима и Снежанны.

Я зашла в съемную однокомнатную квартиру и смотрела в окно на то, как пока еще мой муж идет к подъезду и несет дочку.

На секунду задумавшись, быстро разделась, активировала броню и став невидимой, вышла на лестничную площадку.

Через пару минут двери лифта открылись. Сначала вышел Макс, он придержал створки, пропустив Снежу вперед.

Вот она, стоит только протянуть руку, и мы снова будем вместе. Моя девочка, моя малышка. Сколько бесконечных лет жила только мыслями о ней. И сейчас, когда она так близко, я все равно должна ждать.

С трудом поборов искушение, отвернулась от дочки и дождалась, когда они войдут в квартиру.

Если до этого момента я еще сомневалась в том, что поступаю правильно, то сейчас твердо решила быть всегда рядом и неважно, что придется наблюдать тайком. Хочу хотя бы видеть, как она взрослеет.

С этого момента все должно наладиться. Я приложу максимум усилий.