Просыпайся, любимый

Глава 8.2

Рафаэль

— Ты ему нормальную комнату пожалел, что ли? — замечаю я.

Мер привез меня за город. Небольшой непримечательный дом в лесу. Парень от души постарался скрыть его Белым Древом.

— Он и дом чуть не разнес не осознавая… Еле уговорил его надеть цепь самостоятельно.

— О, он ещё что-то соображает? — прикуриваю сигару.

— Не всегда.

— Цепь, надеюсь, ты заколдовал Белым Древом?

— Конечно, хозяин. Но нам нужен кто-то посильней.

Дом был маленький и современный. Коробка без души.

— Я не убийца… я не… — бормотал Фабиан Бернот.

Цепь была у него на ноге, привинчена к полу ровно посередине. Он мог дойти до любого угла дома, но не выйти из него. В той же одежде, хотя я вижу на кровати новую. Он сидит, прислонившись спиной к ножке низкого стола, и смотрит в потолок, закинув голову назад.

Вижу, как мерцают его глаза. То нормальные, то нет. Темные волосы торчат во все стороны, на них, как и на одежде, запеклась кровь. Он сделал за меня половину работы, как только я спустил его с цепи в подвале Вердера. Правда, потом пришлось этой же цепью его и связать и честно постараться не придушить.

— Может его хоть из ведра водой окатить… — смеюсь я и шагаю в дом, вытащив катану и ножен, которые отдаю Меру. Ненавижу хаос, ненавижу-ненавижу-ненавижу! Отрезать бы ему голову. Только вот… надо было сразу это сделать. Только вот какого черта я делаю? Надо было сразу его убить. Ещё там. Сразу. Проклятая Фаола.

Медленно захожу разглядывая, что он сделал с мебелью вокруг. Хаос сводит с ума и материю вокруг.

— Это ещё что? — гляжу на ползущую по полу… черепаху?

— Кажется, это… еда, которую я ему приносил, — тихо замечает Мер. Парень впервые видит проявления хаоса и это его пугает — от меня не скрыть.

Черепаха - это тарелка, отрастившая керамические толстые лапы. А голова и спина сформировались из пары бутербродов. Извращенная безумная дрянь! Ненавижу хаос! Отпихиваю эту мерзость ногой.

И вот теперь безумец Фабиан наконец меня замечает.

Дышит странно, ты быстро, то медленно. Моргает через раз.

— Убей меня, — твердым голосом произносит он. Темные глаза мерцают пурпурным светом вразнобой. Он встряхивает головой и опять смотрит в потолок.

— Какой же ты слабак, — похахатываю я, расстегивая пальто. И тут же он бросается на меня и получает рукоятью меча в челюсть. Хотя надо бы вонзить ему клинок в сердце. Отшатывается, смахивая с губы кровь, но ему явно мало. — Очнись, идиот, — рычу ему.

Но он опять кидается на меня, и я делаю два шага назад в дверной проем. Цепь натягивается, и он падает на четвереньки, упершись руками в пол. Отдаю катану Меру.

— Забери, а то я прирежу его сейчас.

Наклоняюсь, хватаю Фабиана за волосы и пару раз бью головой об пол.

— Очнись! Как твоё имя, слабоумный? — задираю ему голову и смотрю в лицо. Он хватает меня за рукава пальто. — Имя?

И вижу растерянность на лице.

— То-то же, вначале вспомни кто ты, а потом выделывайся.

— Фабиан Бернот, — цедит он сквозь зубы. А потом опять его вышибает, глаза разгораются, а я выдергиваю руку. Не успел, в некоторых местах ткань пальто начинает шевелиться.

— Да чтоб тебя, — отпихиваю его ногой в грудь.

Он хватается за голову, руки у него дрожат, цепь гремит. А мне приходится поджечь рукав собственного пальто, чтобы тут же потушить.

— Тебе нужен демон, Фабиан Бернот, — замечаю я, стоя над ним. — Демон и нормальный маг Белого Древа, если не хочешь стать чудовищем.

— Нет, — мотает он головой и отползает вглубь своего логова. — Демон, ни за что.

Простой деревянный стол, на который он упирается, чтобы подняться, становится ярким и каменным. А что с людьми в подвале вытворил, не осознавая - просто кровавая сказка.

Вздыхаю и пускаюсь в объяснения. Всех и всему надо учить.

— Тебе нужен любой демон хаоса, можно использовать даже слабого. Тебе нужна лишь его сущность, чтобы управлять этой силой, которую из тебя не вытащить, ты ею пропитан от макушки до пяток. Слишком поздно. — опираюсь о дверной косяк плечом, недовольно разглядывая горелую ткань на рукаве. — Знаешь в чем отличие Пурпурного Древа от всех остальных? Древа обычно ревностно делятся силой, неохотно, силу надо заслужить, подчинить и добиться. А хаос отдает тебе всё, Пурпурное Древо тебя не будет спрашивать нужна тебе сила или нет. Если ты не хочешь стать овощем, который мне придется сжечь дотла - очнись и сделай, как я сказал. Если дух силен, захватить сущность демона ты сможешь. Правда, потом её ещё нужно будет приручить и удержать. Другой вопрос… тебе придется попросить Вердера призвать тебе его. А потом ты либо станешь его марионеткой, либо сбежишь.

— Я… не вернусь туда, — он опять скатывается на пол.

— А ещё тебе нужен маг Белого Древа, чтобы направлять, иначе рехнешься похлеще моего, — похохатываю я, такой он жалкий. — Я вернусь завтра и спрошу ещё раз.

— Мой ответ нет. Убей меня, — Фабиан мотает головой слишком сильно, больше похоже на нервный тик.

— Убью, если завтра ответ не изменится. Подумай ещё раз. У тебя есть шанс сохранить себе жизнь. И даже почти сохранить разум.

А сам думаю - надо его прирезать. Надо убить. Не дать хаосу разгуливать всюду. Забрать у Мера катану и отрубить голову. Но рано или поздно меня убьют. А она ведь… она его любит?

Вот в такую дрянь я после смерти влезть не ожидал.

— Сфотографируй его, Мер, а то фон Стредос всё ещё не верит, что её ненаглядный Фабиан жив, — бросаю слуге и иду прочь.

Сажусь в машину и едва заставляю себя сдержаться. Злюсь. В основном на себя. Надо было убить её. Потом этого Фабиана. А потом Вердера. Просто. Всех. Убить! Рафаэль! Размотать кишки по всему городу! Пойти простым путем, а я опять иду окольным.

Сука фон Стредос. У меня начинает дергаться глаз, черт. Хочу её тело. Всё целиком и полностью. Искусать каждый свободный сантиметр её кожи.

Кто сходит с ума? Я? Или этот помешанный на цепи?

Моя реальность давно теряет свои адекватные очертания. Потеряла, ещё когда она крикнула “фас” своему долбаному церберу, яростно глядя мне в глаза. Хочу, чтобы она вырвала последнюю память о Кристине из моего больного мозга. Чтобы выместила её.

Но это невозможно. Потому что она здесь лишь чтобы убить. Пусть. Я знаю, что Фаола фон Стредос мою жизнь отберет так же, как и вернула. Глупая, а ведь думает, что не сделает этого. Сделает. Надо гнать её в шею от себя, а я делаю наоборот.

Рано или поздно Вердер меня обхитрит. И, скорее всего, за моей смертью наблюдать будет и она. Что же перед смертью хорошо проведу время.

Однако мне нужен запасной план. И маг хаоса, который себя контролирует, может пригодиться мне против Брауна Вердера.

И вот мы подъезжаем к дому, а она сидит на крыльце. Могу разглядеть красные глаза и темную помаду на губах. Опять будет ныть, что я её жизнь порчу.

Недовольно выхожу из машины и встаю над ней, поднявшись на крыльцо. Мне открывается неплохой вид на глубокое декольте, специально куртку расстегнула. А ещё она в короткой юбке и на каблуках. Вот ведь проклятая некромантка.

— Чего тебе, смертница?

Фон Стредос медленно поднимается, делает она большие оленьи глаза, жалобно приоткрывает свои пухлые губы и спрашивает.

— Можно у тебя переночевать?

Смотрю на неё долгим взглядом, с минуту честно пытаюсь сдержаться, а потом взрываюсь сумасшедшим смехом.