Просыпайся, любимый

Глава 11.2

А я подбираю с пола кость Геррии, она едва жива. Убираю её в карман куртки.

Не разрешаю себе думать. Вообще. Я просто снимаю каблуки и кладу их рядом, чтобы моих шагов не было слышно. Надоело пытаться не стучать. Залезаю обратно на кровать и выдыхаю.

— Твой последний шанс проснуться…

Но Рафаэль лишь мерно дышит, а я стягиваю покрывало, которым сама же и укрыла, чтобы мы не мерзли. Никаких “мы” никогда не было и не будет. Я не буду выбирать между своей матерью и им. Это отвратительный выбор. Но я встала на эту развилку уже тогда, когда пробудила его на кладбище. Когда не остановилась, хотя догадывалась, что воскрешаю огромную проблему.

Внутренний карман пальто. На нем лежит его рука, в локте которой катана. Как быстро Рафаэль её выхватит если проснется? Пусть проснется и выхватит… И я скажу ему всё честно.

Секунду думаю его разбудить. Растолкать. Но боюсь. Я просто боюсь. Он ведь не идиот отдавать мне свою кровь, чтобы умереть из-за… фон Стредос. Он просто расплавит стилет, как и хотел. Странно, что не сделал этого… Может специально, чтобы я таскалась за ним как собачонка?

Сердце бьется в истерике, пытаюсь не дрожать. Просовываю руку под его предплечье, едва-едва и замираю. Ненавижу себя, как же я себя ненавижу. Больно прикусываю губу. Медленно нащупываю внутренний карман и рукоять. Его рука с катаной лежит на моей, но чувствую, что мышцы расслаблены. Чувствую как под моим запястьем бьется его сердце, ведь я упираюсь ему в грудь. Пока бьется… Из-за меня остановится…

Мне конец, если он проснется. Пальцами подцепляю рукоять стилета и медленно тяну. Мне становится ужасно жарко, я мерзла несколько минут назад, а теперь хочется сбросить куртку. Руки дрожат, когда я прижимаю стилет к себе.

Прости-прости-прости. Но выбирая между матерью и тобой, я выберу её. Боюсь дышать, приподнимаю рукав пальто и рубашки на его левой руке. Рафаэль опять начинает ворочиться. Я замираю, сердце бьётся уже где-то в горле мешая дышать. Сжимаю рукоять, сидя на коленях, одной рукой держу его рукав, второй - клинок. И не решаюсь.

Я не хочу этого делать. Пожалуйста, Рафаэль, проснись сам, останови меня…

Хочется его поцеловать, разбудить, просить, умолять его отдать мне кровь. Я никогда в жизни не делала подобного… свинства, гадства! Сажусь так, чтобы в случае чего быстро сползти с кровати и скрыться в Мертвых Землях. Распластываюсь на постели на животе.

— Прости пожалуйста, — шепчу я и наклоняюсь к его руке. Дую на неё своей магией, тленом уничтожая нервные окончания, истончаю кожу. Во время войны некроманты делали так с ранеными, если боль была невыносимой, даже если те выживали - чувствительность уже было не восстановить. Но Рафаэль демон… или человек? Не медлю и провожу клинком перерезая вену. Из раны тут же выступает кровь и струйкой стекает на постель. Его и правда можно убить сейчас… Я ведь могу просто, вонзить клинок ему в сердце.

Я не могу, нет. Этого я не сделаю. Ни за что.

Рафаэль дергается во сне, дергает рукой, но пока слабо, я ещё могу держать. Чувствую, что он начинает просыпаться и упираю острие в рану. Он мгновенно начинает тянуть в себя кровь.

И тут глаза Рафаэля распахиваются. И они не демонические. Я не вижу в темноте какие, но они не светятся. Он резко поворачивается ко мне, вскакивает, я тут же одергиваю руку и открываю позади себя портал.

Не просто отскакиваю, а влетаю в него спиной, лишь бы уйти, лишь бы успеть! Его рука хватает воздух прямо у меня перед лицом, он едва меня не касается.

В последнюю секунду вижу удивленное и в то же время взбешенное лицо Рафаэля. Вижу как резко разгораются рыжим его глаза и всюду вспыхивает пламя.

Падаю на спину в жесткий серый песок, огонь надо мной тут же иссякает. Рафаэль пытался меня сжечь на прощанье…

Я лежу, прижимаю стилет к груди и боюсь подняться. Не могу отдышаться, не могу успокоиться, перестать трястись, будто пробежала многие километры. Ничего не могу.

Какая же я… Изнутри разрывает, как же я себя ненавижу. Не хочу, не хочу этого! Шмыгаю носом, глядя в серое небо, которое вовсе и не небо даже… В глазах стоят слезы. Почему я плачу?

Он был удивлен? Неужели и правда мне поверил? Суке фон Стредос?