Пышка. Похищенная для кавказца (СИ)

Глава 22

Стеша

Всё происходит слишком быстро и слишком резко.

Я так и не успела убежать.

Я вижу, как Магомед падает после удара прикладом по голове. Кровь ярко-красной струёй стекает по его виску. Он пытается подняться, но один из ублюдков бьёт его ногой в бок. Раздаётся влажный хруст — наверное, сломано ребро.

Мой мир, в котором побеждает всегда добро, сейчас пошёл трещинами и осыпается осколками.

Добро не всегда побеждает.

Слово не всегда спасает.

Мирное решение проблем не всегда работает…

Страшно ли мне?

Безумно! Но вместо паники — ледяная, чистая ярость и сила, о которой я даже не подозревала.

Барс уже вцепился одному из нападавших в горло. Пёс рычит так страшно, что у меня мурашки по коже. Мощные челюсти сжимаются — хруст костей, мокрый треск разрываемой плоти. Кровь бьёт фонтаном. Мужчина издаёт булькающий, захлёбывающийся крик и падает. Барс не отпускает, рвёт глотку.

Подлые шакалы, держащиеся на ногах кто как может, наваливаются на Магомеда и забивают его ногами, пинают по рёбрам, по голове…

Я не думаю. Я действую.

Магомед кричал:

— Беги домой, вызывай полицию!

Но я действую наоборот.

Рядом на земле лежит охотничье ружьё — один из бандитов выронил его. Я бросаюсь к нему, хватаю обеими руками. Ствол холодный, тяжёлый.

— Не трогайте его! — кричу я.

Голос хриплый, чужой.

Один из оставшихся троих поворачивается ко мне с мерзкой ухмылкой.

— О, толстушка решила поиграть… Положи ружьё, лучше давай поиграй с моим стволом, он понравится тебе намного больше.

Я вскидываю ружьё и нажимаю на спусковой крючок. Выстрел гремит оглушительно. Отдача бьёт в плечо так сильно, что я почти падаю.

Я не целилась!

Но выстрел попадает мужчине в грудь и плечо. Он отлетает назад с криком, кровь разлетается мелкими брызгами по траве.

Второй бросается на меня. Я нажимаю ещё раз на курок — звук входит сухой.

Ублюдок ржёт:

— Надо перезаряжать, тупая сука!

Последний, самый здоровый, он выбивает ружьё у меня из рук и с размаху бьёт меня кулаком в лицо. В глазах вспыхивают искры. Я падаю на спину. Он наваливается сверху, прижимая меня к земле своим весом.

— Сейчас ты у меня попляшешь, русская сучка… Будешь визжать, после того как я тебя членом отымею, еще этим ружьем за своего брата трахну!

Его руки грубо хватают меня за бёдра. Пальцы впиваются в кожу, рвут ткань платья и трусов. Я чувствую холодный воздух на обнажённой промежности. Он уже расстёгивает свои штаны, тяжело дыша мне в лицо злобой.

Ужас возвращается, но я не кричу. Я бью его коленом между ног — сильно, отчаянно. Он рычит от боли, но не отпускает.

В этот момент я вижу краем глаза движение.

Барс бросается, на тех, кто напал на Магомеда. Он как огромный злой кошмар, кружит вокруг нападавших и кусает их, распугивая.

Это дало немного времени.

И вдруг… он поднимается!

Магомед.

Он поднимается с земли. Лицо залито кровью, бок разорван ножом, ребра наверняка сломаны. Но он встаёт и бросается из последних сил, как раненый зверь.

Его глаза — чёрные от ярости.

С коротким, звериным рыком он бросается на ублюдка, который прижимает меня к земле. Магомед хватает его за волосы, отрывает от меня и с силой бьёт лицом о ближайший камень. Раздаётся отвратительный хруст — нос ломается, кровь заливает всё вокруг.

Магомед не останавливается. Он бьёт снова и снова — кулаком, локтем, коленом. Кровь летит во все стороны. Последний удар — и мужчина обмякает, как тряпичная кукла, пока Барс атакует последнего, кто еще держится.

Магомед поворачивается ко мне. Он шатается, но всё равно делает шаг вперёд и падает на колени рядом. Его руки, покрытые чужой и своей кровью, осторожно касаются моего лица.

— Стеша… ты цела? — голос хриплый, прерывистый, полный боли.

Я киваю, не в силах говорить. Слёзы текут по щекам, но это уже не страх — это облегчение и что-то гораздо большее.

Он смотрит на меня ещё секунду, потом его глаза закатываются, и он тяжело валится на бок.

— Магомед! — кричу я, бросаясь к нему.

Барс подходит и ложится рядом, тяжело дыша, весь в крови. Поляна вокруг нас — сплошное месиво из крови, тел и оружия.

Последний бандит прихрамывает прочь. Остальные лежат.

Я прижимаю ладонь к ране на его боку, пытаясь остановить кровь.

— Держись… пожалуйста, держись… — шепчу я дрожащим голосом. — Ты меня спас… теперь я тебя не отпущу…

Вокруг тихо. Только тяжёлое дыхание Барса и далёкий шум ветра в горах.

Здесь не ловит связь.

Совсем.

— Держись, держись, я сейчас вызову помощь! — целую его и, поднявшись, бегу.

Бегу так быстро, как только могу, чтобы добраться до места, где ловит связь, чтобы вызвать помощь!

Я вся в крови — своей и чужой — и впервые за всё время чувствую, что готова отдать жизнь за этого мужчину.

За своего мужа.

Бегу, слёзы по лицу… Успеть лишь бы успеть!

И лишь потом, когда я уже ехала в машине скорой помощи, держа руку Магомеда, смогла выдохнуть: успела.