Рабыня эльфийского принца, или Отверженная Истинная Пара

Глава 40 Я на все готов

Мгновение паники и сомнений — и последние победили! Я поспешно отвернулась, давая понять, что снова не готова к открытию своей личности. Рука Мираля медленно опустилась.

— Почему? — голос эльфа прозвучал трагично. — Ты презираешь меня?

Едва не закатила глаза к потолку.

— Нет, — ответила холодно, снова бросая на него взгляд. — Я же уже много раз объясняла вам, Ваше Высочество: мы несовместимы! У меня есть проблемы, которые никогда не позволят нам быть вместе. Просто… забудьте обо мне, прошу! И ваши чувства пройдут…

— А твои? — его глаза буквально прожигали мои, словно он пытался прочитать мысли.

— И мои тоже… — выжала из себя. — Так будет лучше…

— Я же говорил, что мне всё равно, какие у тебя проблемы, — начал принц заводиться вновь, но я жестко его прервала:

— Вы ничего не знаете! Понятия не имеете, о чем я говорю!

И в тот же миг мне в голову пришла совершенно ясная, четкая мысль: а почему бы мне действительно не открыть ему сейчас правду? Округлые уши и рыжие волосы сто процентов отобьют у него охоту продолжать преследования. Конечно, существует вероятность, что он люто меня возненавидит и захочет лучше убить, чем оставить свой «позор» в живых. Но… Мираль сейчас ослаблен. Мне нетрудно убежать…

Выровнялась, решительно взглянула на эльфа и произнесла:

— А хотя ладно! Хотели посмотреть — смотрите! Только не говорите потом, что я вас не предупреждала!

И потянулась рукой к маске на лице.

В глазах эльфа отчего-то появилась паника. Он резко присел, поморщившись от боли в плече, и вдруг схватил меня за руку, препятствуя ей стянуть маску.

— Постой! — выдохнул он, чем меня просто изумил. — Я… передумал. Понял, что не имею права давить на тебя, если ты не готова. Я подожду! Правда подожду, но только… больше не убегай от меня, прошу! Обещаю, что не буду разгадывать твоей, тайны пока ты сама не захочешь открыться, только не считай меня своим врагом!

Я так и застыла изваянием, не веря тому, что слышали уши.

Наш самовлюблённый избалованный наследник может быть настолько великодушным? Неужели он способен приструнить свои желания и мотивы ради меня???

Сердце невольно забилось сильнее, выдавая целую гамму чувств, и я поняла, что с этого момента ушастик с лицом Ангела нравится мне ещё больше.

Проклятье!!!

Опустила руки и прошептала:

— Спасибо.

А Мираль вдруг схватил меня за локоть и потянул к себе на лежанку.

Мы вдвоем повалились на жесткую поверхность, и я оказалась прижата к теплому боку.

Моя голова сама собою улеглась на твёрдом мужском плече. Руки эльфа, обнявшие меня, придерживали нежно.

Ошеломленная, я несколько мгновений не двигалась. Что делать? Вырываться? Бежать??? Отбиваться?

Но с Миралем мне вдруг стало так тепло и приятно, что захотелось остаться. Я расслабилась, позволив себе запретное наслаждение. Принц почувствовал мою покорность и мягко улыбнулся.

— Давно мечтал… обнять тебя вот так, — прошептал он мне буквально в ухо, щекоча дыханием кожу.

Почти сказала: «Я тоже…», но вовремя прикусила язык.

— Как тебя зовут на самом деле?

Я закрыла глаза, мечтая, чтобы этот миг длился вечно.

— Варвара… — прошептала, как в полусне…

— Какое странное имя! — изумился принц.

Я усмехнулась.

— Есть такое…

— Почему тебя так назвали?

— Понятия не имею. А почему вас зовут Мираль? — кажется мне просто нравилось болтать с принцем о всяких пустяках.

— Мое имя означает «Сияющий Правитель», — не без гордости ответил эльф. — Но ты, любимая, сияешь сильнее меня…

Блин, аж сердце ёкнуло! И как он умудрился так красиво вставить комплимент? Наверное, потому что выпалил его совершенно искренне?

По телу разлилась истома, в животе запорхали бабочки.

— Кто научил тебя боевому искусству? — следующий вопрос принца показался вполне ожидаемым.

— Я платила наставникам, а они меня обучали, — ответила, не таясь. Под наставниками я, конечно же, имела в виду тренеров.

— Но зачем? Это же сугубо мужское занятие!

— Женщина должна уметь защищаться… — произнесла очевидную истину.

Мираль вздрогнул и вдруг поднялся на локте и навис надо мной. Лицо его выражало обеспокоенность.

— Ты была в опасности? Кто-то угрожал тебе?

— В некотором роде, — ответила я. — Женщины часто бесправны и беззащитны.

— Но не у нас! В королевстве женщин ценят и оберегают! Если кто-то обижал тебя, то он преступник, и должен быть наказан!!!

Глаза Мираля горели, как у праведного защитника обездоленных. Я поразилась его эльфийской слепоте к очевидным вещам.

— Далеко не всех женщин оберегают… — процедила сквозь зубы, чувствуя поступающую обиду и раздражение на весь род ушастых. — Рабыни — тоже женщины, между прочим — не живут, а существуют!

Лицо принца вытянулось от шока.

— Но… они не эльфийки! — наконец воскликнул он растерянно. — Никому и в голову не придет считать их женщинами!

— А они ими являются! — окончательно вспылила я и, извернувшись, вскочила на ноги. Посмотрела на Мираля строго и холодно. — Эльфы позволяют себе жестокие издевательства и убийства, а наследному принцу нет до этого никакого дела!

Мираль ошарашенно присел, уже даже не морщась от боли в плече, и уставился на меня в глубоком ошеломлении. Лента, удерживающая его волосы на затылке, развязалась, и золотистые локоны рассыпались по широким плечам в очаровательном беспорядке.

— Но… Вар-вара… — он впервые назвал меня полным именем, и это почему-то доставило жгучую боль. Я бы хотела услышать это имя из его уст в других обстоятельствах, а не тогда, когда между нами в очередной раз выросла каменная и непреодолимая стена отчуждения. — Почему ты так ратуешь за рабов? Они же словно вещи и не более того! Мы кормим их и создаем условия для жизни. В своих примитивных поселениях они бы уже давно погибли от голода!

— Лучше погибнуть от голода, чем от побоев какого-то ушастого придурка! — прошипела я и ощутила, как гнев вытесняет из меня прежнее расположение, которое возникло между нами. Мираль снова доказал мне, что ничуть не отличается от всех этих мерзких нелюдей, которые с отвратительным удовольствием калечат беззащитных девушек в своих домах. Кажется, в этот момент я даже начала его немного ненавидеть, но метка на руке вдруг отчетливо полоснула меня болью. Правда, ту же боль почувствовал и Мираль, потому что скривился и медленно поднялся на ноги.

Его лицо вдруг побледнело, глаза расширились, словно он открыл для себя нечто совершенно неведомое.

— Значит… именно это для тебя важно? — прошептал он приглушенно, делая шаг ко мне. — Значит… именно в этом мы очень сильно отличаемся?

Я не знала, что ответить на это. Даже кивнуть не смогла.

— Тогда я… приму твое мнение, как единственно правильное! — вдруг заявил принц, заставив меня изумленно открыть рот. — Если для тебя так важна участь рабов, я обязательно займусь тем, что разработаю реформу в этом вопросе. Обещаю! Могу запретить избиения, могу обложить налогами рабовладельцев… Я многое могу! Только… не злись больше, — он потер запястье со своей меткой, и я осознала, что до него донесся мой ментальный вопль ненависти. — Только не отказывайся от меня, молю!

Видя, что я начала остывать, эльф немного расслабился и продолжил:

— Знаешь… я многое понял сейчас. Парность — это не просто идеальное сочетание физических данных для сотворения потомства. Парность — это родство душ, тебе не кажется? У меня ощущение, что ты — это я! И если я предам тебя, значит, предам себя! Я больше не буду на тебя давить! Наберусь терпения и подожду, когда твое сердце откроется для меня, обещаю! Не хочешь показывать лицо — не нужно! Пока не нужно. Я буду любить твои глаза, — он улыбнулся — мягко, слегка мечтательно, и эта улыбка буквально уложила меня на лопатки. Сердце, уже покрывшееся было льдом, снова растаяло и растеклось лужицей. Как отчаянно хотелось довериться ему!

Я шагнула навстречу и тихо, едва заметно прошептала «Договорились!»

И зачем я это сказала? Неужели поверила, что надежда все-таки есть?

Не знаю, это безумие!

Вдруг снаружи послышался шум: кажется, улицу наводнили эльфийские солдаты.

Мираль забеспокоился.

— Я выведу тебя из здания, — проговорил он после того, как выглянул в окно. — Но пообещай мне, что мы встретимся здесь завтра вечером!

И я пообещала. Глупая была, но просто не устояла.

Расстались мы в переулке, но, прежде чем уйти, Мираль приобнял меня и поцеловал в лоб.

Кажется, я покраснела от смущения, а он рассмеялся, наклонился и шутовски чмокнул мою маску в районе губ…

— Я в мужской одежде… — напомнила я ему. — Не позорьтесь, Ваше Высочество!

— Здесь никого нет… — шепнул он. — Я буду ждать…

И я убежала, скрывшись в темноте, а сердце колотилось, как окончательно сошедшее с ума…

Остаток ночи я проспала, как убитая, а утром нам объявили, что я, Рая и еще восемь рабынь отправляемся в местную казарму прислуживать стражникам. О, с вояками мы еще дел не имели…

На самом деле в казарму набилось намного больше рабынь: остальных привели из других бараков. За каждой девушкой закреплялась всего одна комната, принадлежащая одному стражнику. Рабыни должны были навести порядок, перестирать вещи и, если нужно, приготовить еду.

Мне досталась простая узкая комнатка с весьма аскетичным убранством. Койка была тщательно заправлена, на столе вообще не лежали вещи. Было заметно, что эльф, обитающий здесь, довольно-таки чистоплотен. Мне оставалось избавиться от пыли, сложить вещи на полках и вымыть пол.

Рая работала в соседней комнатке, и мы периодически перебрасывались короткими репликами. Хозяева комнат отсутствовали и должны были вернуться только к вечеру.

Я справилась довольно быстро. Комната засияла, и я осталась весьма довольной. Нет, и всё же последний штрих — нужно смахнуть пыль с оконного стекла. Когда же я потянулась к раме, позади раздался раздраженный мужской голос:

— Всё, довольно! Можешь уходить!!!

Я замерла, дыхание перехватило. Этот голос я узнала бы из тысячи!!!

Попятилась и попыталась прошмыгнуть мимо, пока некий ушастый и очень привлекательный парень королевских кровей меня не узнал.

— Постой!

Его возглас настиг меня как раз у порога. Блин, не успела всего на шаг!

— Это же ты!!!

Мираль приблизился вплотную, замерев прямо за спиной, а мое сердце совершило кульбит в груди. Я неистово сжала метку на руке пальцами, отчаянно приказывая ей молчать и не выдавать меня…