Джейн Энн Кренц Разозленные

Стиву Каслу, с любовью.

Мне повезло иметь такого брата.

Пролог

Мартин собирался ее убить.

Она ступила с причала на борт вылизанного до блеска двухмоторного катера, удивляясь, почему ее затопило такое страшное холодное отчаяние. Находясь на попечении государства, единственное, чему быстро учишься, — это тому, что, в конечном счете, ты можешь рассчитывать только на себя. Безжалостная мясорубка приемных семьей и жизнь на улице представляли собой альтернативу любому университету, предлагая суровую «научную» степень в основных видах предпринимательства. Когда ты один на один с огромным миром, законы выживания просты как дважды два. И она хорошо их усвоила.

Ей казалось, что прошлое подготовило ее к любому повороту событий, включая и то, что единственный человек, которому она верила, может в один прекрасный день от нее отвернуться. Она ошибалась. Ничто не могло притупить боль этого предательства.

Мартин вышел из каюты. В его солнечных очках отражался ослепительный свет карибского солнца. Увидев ее, Мартин сверкнул знакомой обаятельной улыбкой.

— Наконец-то, — сказал он и подошел, чтобы взять у нее из рук кейс для ноутбука. — Ты опоздала. — Он бросил взгляд на мужчину в белой рубашке и темно-синих брюках, поднимавшегося на причал с ее чемоданом. — Проблемы с погодой?

— Нет, сэр. — Эрик Шафер поставил маленький чемодан на деревянный причал. — Приземлились мы вовремя. Но тут отмечают какой-то местный праздник. Улицы битком набиты. Ну, знаете, как это бывает здесь, на острове. Единственная дорога от аэропорта, и та проходит прямо через город. Избежать заторов просто невозможно.

Эрик выпрямился и вытер пот со лба тыльной стороной ладони. Его рубашка с неброской вышитой эмблемой «Мир Крокера» еще этим утром, когда он поднялся в кабину маленького корпоративного самолета в Майами, была идеально отглажена. Сейчас же из-за жары на острове она была ужасно измятой.

— «Фестиваль ночи и дня», — проговорил Мартин. — Совсем про него забыл. Здесь это важное событие. Что-то среднее между Марди Гра[1] и Хэллоуином[2].

Наблюдая за странными вспышками темной энергии в его ауре, она подумала, что он врет. Все это было частью плана, имевшего цель убить ее. Фестиваль обеспечит отличное прикрытие для убийства. При таком наплыве туристов местные власти и не заметят, один вернулся мистер Крокер со своего острова или нет.

— Желаете что-нибудь еще, сэр? — поинтересовался Эрик.

— Где Баннер?

— Оставил его в аэропорту. Присматривает за самолетом.

— Можете забрать самолет и вернуться обратно в Майами. Нет смысла вам обоим оставаться тут на всю неделю. У вас жены и дети, которые наверняка будут очень рады вас видеть. Последние несколько месяцев я слишком загружал вас работой, парни.

— Да, сэр. Спасибо.

Благодарность Эрика была искренней. Мартин знал, как привязать к себе людей, сочетая щедрые зарплаты, премии и свое собственное природное обаяние. Она часто думала, что он мог бы стать очень успешным лидером секты. Однако он выбрал другое поле деятельности.

Мартин поднялся по коротким ступеням из тикового дерева[3], чтобы встать у штурвала.

— Отдать концы! — крикнул он Эрику.

— Конечно, мистер Крокер. — Эрик присел, чтобы размотать веревки, которыми мощное судно было привязано к пристани.

Ей стало интересно, что он и другие люди из персонала подумают, когда она исчезнет. Мартин скорее всего уже подготовил для них убедительную версию. Наверное, что-нибудь связанное с падением за борт. Всем известно, какие коварные течения окружают остров.

Двигатели лодки заработали, и она почувствовала вибрацию под ногами. Эрик по-дружески помахал ей и опять смахнул пот со лба.

В его взгляде не было ни лукавства, ни хитрости, ни усмешки. Когда он вернется в аэропорт, они со вторым пилотом, Джоном Баннером, не станут говорить о том, что босс уплыл с одной из своих подружек. Никто из персонала Мартина никогда не принимал ее за одну из его многочисленных любовниц. Те обычно были высокими стройными блондинками. Ничего общего с ней. Она была просто наемным работником.

Официально она была чем-то вроде экономки Мартина, личным помощником, одним словом — ассистенткой, единственным человеком, который путешествовал с ним повсюду. Она организовывала его жизнь, следила за порядком в его многочисленных резиденциях. Но самое главное — устраивала развлечения для его друзей, деловых партнеров и время от времени наезжающих политиков, лоббистов или глав государств.

Едва сдерживая готовые пролиться слезы, она подняла руку, чтобы попрощаться с Эриком. Независимо от того, что сегодня произойдет, она знала, что никогда его больше не увидит.

Катер грациозно отплыл от пристани и направился к небольшой гавани, видневшейся вдалеке.

Как и многим, кто вращался в кругах, населенных влиятельными богачами, Мартину принадлежало несколько домов и квартир в различных местах по всему миру. Особняк в Майами был его основной резиденцией, но своим домом он считал небольшой остров, купленный несколько лет назад. Добраться до него можно было только по воде. Взлетно-посадочной полосы на нем не имелось, была лишь пристань.

В отличие от других резиденций, которые всегда поддерживались в состоянии готовности принять своего хозяина, на острове обслуживающего персонала Мартин не держал. Дом здесь был намного меньше и скромнее, чем другие его жилища. Он считал это место своим убежищем.

Пройдя каменные столбы, которые отмечали вход в гавань, Мартин увеличил обороты двигателей. Лодка набирала скорость, разрезая морскую лазурь. Мартин был занят штурвалом, сосредоточившись на управлении катером и не обращая на нее никакого внимания. Она усилила другие свои чувства и опять взглянула на его ауру. Темная энергия стала еще сильнее. Он явно начинал чувствовать себя как на иголках.

Лодка вдруг показалась ей очень маленькой. Спрятаться негде; бежать и подавно некуда.

Уже много дней (даже недель, если уж быть до конца честной с самой собой) она знала, что Мартин собирается от нее избавиться. Даже была уверена, что знает причину. Тем не менее, где-то глубоко-глубоко в душе она цеплялась за призрачную надежду на то, что это не могло быть правдой. Возможно, у этих тревожных изменений в его ауре была логическая причина. Может, внезапно возникшая тьма была результатом какого-то психического заболевания. Вариант, конечно, ужасный, но, по крайней мере, это могло бы ее успокоить. Так она бы знала, что он сейчас не в своем уме и что настоящий Мартин никогда бы не стал планировать ее смерть.

Однако ее собственные отточенные инстинкты выживания не позволили ей и дальше обманывать себя. Может быть, когда-то Мартин и симпатизировал ей, но в душе она всегда знала: их отношения основывались на том, что она была для него полезна. Теперь он пришел к выводу, что она стала обузой, поэтому собирался от нее избавиться. В его глазах ситуация была проще некуда.

Она стояла на корме, наблюдая за тем, как гавань и небольшой городок становятся все меньше и меньше. Когда они превратились в крошечную, неразличимую точку, она обернулась. Личный остров Мартина был уже очень близко. Можно было разглядеть расположенный на склоне дом.

Мартин замедлил ход катера, плавно приближаясь к деревянному причалу.

— Привяжи канаты, — резко сказал он, полностью сосредоточившись на управлении лодкой.

Тут и началось. По какой-то необъяснимой причине обычный приказ переполнил чашу ее терпения. Невыносимая смесь боли, печали, недоверия и отупляющего страха, которая уже много дней бушевала у нее в душе, вдруг сменилась холодным, как лед, гневом. Другие ее чувства яростно подскочили в ответ на выброс адреналина.

Сукин сын собирался ее убить. Сейчас. Сегодня.

— Да, сейчас, Мартин, — отозвалась она, поражаясь невозмутимости и спокойствию в собственном голосе.

Хотя, чего греха таить, она порядком поднаторела в том, чтобы скрывать свои чувства за фасадом любезности и изысканной вежливости. Настолько, что могла давать уроки гейшам. Впрочем, гейшей она не была.

Схватив жесткий канат, она легко сошла с катера на узкий причал. Долго возиться не пришлось. В прошлом она привязывала канаты к причалу миллион раз.

Мартин оставил штурвал и спустился по ступенькам вниз.

— Вот, держи, — сказал он, вручая ей ноутбук. — Я возьму твой чемодан и еду.

Она взяла кейс и стала ждать, пока он вытащит на причал чемодан и две сумки с продуктами.

Мартин огляделся, чтобы убедиться, что взял с лодки все необходимое. Затем ступил на причал и спросил:

— Готова?

Не дожидаясь ответа, он легко подхватил сумки с продуктами и повесил по одной на каждую руку. Его аура вспыхнула от нетерпения и по-настоящему страшного возбуждения. Пульсация темной энергии все усиливалась. И тут она поняла, что дело не только в бизнесе. Ему на самом деле не терпелось ее убить. Ее гнев разгорелся еще сильнее.

— Конечно. — Она послала ему свою лучшую профессиональную улыбку, которой обычно приветствовала его гостей и деловых партнеров и которую считала чисто артистической. — Но просто из любопытства, когда ты планируешь это сделать?

— Что сделать? — переспросил Мартин, уже отворачиваясь от нее и направляясь к маленькому внедорожнику, припаркованному в конце пристани.

— Убить меня.

Он замер. Она видела, как поток потрясения прорвался сквозь его ауру. В спектре вспыхнули неописуемые цвета. Она поняла, что действительно застала его врасплох. Неужели он всерьез думал, что может планировать ее смерть, а она этого не почувствует? Видимо, ответом на этот вопрос было громкое «да». С другой стороны, она никогда не раскрывала ему всех своих секретов.

Когда Мартин повернулся к ней, на лице его читалась смесь гнева и раздражения.

— О чем, черт возьми, ты толкуешь? — спросил он. — Или у тебя такое паршивое чувство юмора?

Она сложила на груди руки, приобняв себя, и спокойно проговорила:

— Мы оба знаем, что это не шутка. Ты привез меня сюда, чтобы убить.

— У меня нет времени на эти глупости. Работы по горло.

— Полагаю, я стану жертвой трагического несчастного случая на воде? — Она мрачно усмехнулась. — Как печально. Ассистентка пошла поплавать и утонула. Довольно распространенный случай.

Он вглядывался в ее лицо, будто решил, что она бредит от лихорадки, а затем покачал головой:

— Поверить не могу.

— Я тоже. Но, оглядываясь в прошлое, понимаю, что это началось несколько недель назад.

— Ладно, давай поиграем, — сказал он с видом человека, который начал подозревать, что имеет дело с сумасшедшей. — Мы с тобой долгое время были одной командой. Целых двенадцать лет. Зачем мне сейчас тебя убивать?

— Думаю, есть несколько причин. Во-первых, конечно, то, что я недавно обнаружила, что последние несколько месяцев ты позволял некоторым весьма мерзким людям использовать ресурсы «Мира Крокера» для прикрытия незаконной торговли оружием. Все это сельскохозяйственное оборудование, которые ты так великодушно пожертвовал различным развивающимся странам. Все эти тракторы и комбайны на самом деле оружие и пули. Можешь себе представить, как я удивилась.

На мгновение ей показалось, что он собирается немного продлить игру в шарады. Но Мартин был и оставался Мартином. Он мог добраться до сути дела быстрее всех, кого она встречала в жизни. Это было частью его таланта.

Он улыбнулся, на секунду показав подлинное сожаление, а потом поставил сумки с продуктами.

— Я знал, что у тебя будут проблемы с моим маленьким побочным заработком. Вот поэтому и не брал тебя на борт в начале проекта.

— Дело не в том, что ты продаешь, хотя это само по себе плохо. Дело в людях, на которых ты работаешь.

Ярость вспыхнула в его глазах и отразилась в ауре.

— Я больше ни на кого не работаю, — процедил он сквозь зубы. — «Мир Крокера» принадлежит мне. Я построил компанию, черт побери. Я и есть «Мир Крокера».

— Ты был «Миром Крокера». Но ты передал компанию, которую построил, которую я помогла тебе построить, какой-то преступной организации.

— Ты не имеешь никакого отношения к моему успеху. Ты должна на коленях благодарить меня за то, что я для тебя сделал. Не появись я, ты бы все еще работала за гроши в том захудалом цветочном магазине и жила одна с парой кошек, потому что отпугиваешь всех, кого встречаешь. Да черт бы тебя побрал, иногда ты пугаешь даже меня.

— Что-что? — спросила она, пытаясь справиться с потрясением.

— Например, как ты с первого взгляда находишь те места у человека, на которые можно надавить. Ради чего он пошел бы на убийство. Что за дерьмо заставляет его дрожать от страха. Его сильные и слабые стороны. Это чертовски жутко. Почему ты думаешь, что я хочу от тебя избавиться?

— Ты кое-что забываешь, Мартин. Если бы ты не предложил мне работу двенадцать лет назад, то все еще управлял бы дешевым казино у черта на куличках в Бинже в Неваде. Это я вычислила жуликов, которые грабили тебя у тебя же за спиной. Это я помогла тебе откупиться от того главаря мафии. Если бы не я, тебя бы давно похоронили в какой-нибудь мелкой могиле посреди пустыни.

— Бред.

— И именно я нашла для тебя первых инвесторов — тех самых рискованных предпринимателей, которые поддержали тебя, когда ты решил продать казино и начать строить небоскребы.

Сейчас аура Мартина полыхала, словно адское пламя.

— Я нашел бы инвесторов сам! — закричал он.

— Неправда. У тебя талант стратега среднего уровня, Мартин. Ты можешь чувствовать благоприятные возможности и успешно сочетать планирование с мастерством, что могут немногие, потому что ты экстрасенс. Но когда дело доходит до чтения людей, толку от тебя мало.

— Закрой свой поганый рот.

— Без этого таланта любое деловое чутье на свете бесполезно. Строительство финансовой империи — это не только цифры и конечный результат. Это еще выяснение и использование достоинств и недостатков конкурента.

Мартин сверкнул акульей улыбкой:

— Думаешь, мне нужна твоя лекция о том, как вести дела?

— Двенадцать лет я составляла для тебя психологические портреты людей. Именно я говорила тебе, когда у делового партнера неприятности в финансовой сфере или в личной жизни. Я предупреждала, когда кто-то пытался тебя подставить. Я обнаруживала слабые и сильные стороны твоих конкурентов и партнеров. Я советовала тебе, что нужно предложить, чтобы заключить сделку, и именно я говорила тебе, когда лучше всего от сделки отказаться.

— Я использовал тебя, признаю. Но больше ты мне не нужна. Прежде чем мы покончим со всем этим, хотелось бы знать, как ты наткнулась на мое маленькое дельце с оружием?

— Твои гости и деловые партнеры интересуются только делами, а я лишь доверенный член персонала. Никто дважды на меня не взглянет. Никто меня не замечает. Но я внимательно за всеми наблюдаю. В конце концов за это ты мне и платишь. Иногда я что-то вижу, иногда что-то слышу. И я весьма хороша в том, что касается всяких исследований, помнишь?

- Как много тебе известно?!

— О людях, с которыми ты спутался? — Она повела плечом. — Немного. Только то, что это своего рода картель, которым управляют очень сильные парапсихологи, и что они соблазнили тебя проворачивать за них их грязные делишки.

Аура Мартина вспыхнула еще сильнее.

— Никто меня не соблазнял.

— До недавнего времени я никогда бы не подумала, что кто-то может тебя купить, — продолжала она. — То есть, что может предложить кучка бандитов одному из самых успешных людей на планете, чтобы он потратил время и рискнул своей свободой, репутацией и жизнью?

Гнев Мартина отразился в его глазах.

— Ты, черт подери, понятия не имеешь, какую чушь ты несешь. Организация — это тебе не какая-нибудь мафия.

— Нет, Мартин, это самая настоящая мафия. В первый раз, когда ты привел тех двух мужчин в резиденцию в Майами, я сказала, что они очень, очень опасны.

— Как и я, — прошипел Мартин. Он поднял руку и медленно снял солнечные очки. — Опаснее, чем ты можешь себе представить, благодаря моим новым деловым партнерам. И благодаря им я больше в тебе не нуждаюсь.

— Что ты имеешь в виду?

— Организация, которую представляют те двое мужчин, — на самом деле нечто большее, чем просто куча денег. Дело во власти, реальной власти, о которой мировые лидеры, военачальники и миллиардеры могут только мечтать.

Внезапно на нее снизошло прозрение. Она и не представляла, что может поразиться сильнее, чем сейчас, но ошибалась.

— Думаю, это и объясняет изменения в твоей ауре, которые появились в последние несколько месяцев, — тихо проговорила она.

Похоже, Мартин был шокирован.

— Что за изменения? — требовательно спросил он.

— Я думала, что, может быть, ты стал жертвой какого-то психического заболевания, которое затронуло твои паранормальные чувства.

— Я не болен, черт бы тебя побрал.

— Еще как болен, но не по причине какого-то естественного заболевания. Ты сам сотворил это с собой. Разумеется, не без помощи своих новых друзей.

Мартин сделал шаг в ее сторону. Он не выглядел испуганным. Казалось, в нем бушуют нетерпение и волнение.

— Ты видишь влияние препарата в моей ауре?

— Значит, препарата, — повторила она. — Да, это единственное логическое объяснение. Те двое мужчин снабжали тебя каким-то препаратом, который влияет на твои паранормальные чувства.

— Есть весьма немалая вероятность, что он увеличит продолжительность моей жизни, возможно, даже на несколько десятилетий. Более того, это будут просто отличные десятилетия. Никаких слабостей и болезней. Я сохраню всю свою силу.

— Ушам своим не верю. Мартин, ты же гениальный бизнесмен. Неужели ты веришь в небылицы? Обещание долголетия — самая старая афера на свете.

— Исследователи не уверены в увеличении продолжительности жизни только потому, что новый препарат прошел недостаточно тестирований, чтобы проверить теорию на практике. Там, наверху, его используют всего каких-то несколько лет. Но данные лаборатории выглядят многообещающими.

— Ты идиот, Мартин.

— Все это правда, — настаивал он. — Даже если они неправы насчет способности препарата увеличивать жизнь, это не меняет того факта, что формула работает. Она может поднять талант стратега с седьмого уровня, как у меня, вплоть до девятого или даже десятого.

— У тебя не девятый и не десятый уровень. Я бы знала. Но что-то в твоей ауре все же изменилось. Что бы это ни было, оно… — Она замолчала, подбирая правильное слово. — Не во благо.

— Не во благо? — рассмеялся Мартин. — Что за глупое и старомодное выражение? Думаешь, для меня это имеет значение? К твоему сведению, ты права. Препарат, который мне дали, не повышает уровень моего таланта. Он предназначен не для этого.

— Не понимаю.

— Попадая в генетическую среду отдельно взятого человека, препарат может по-разному изменяться, подстраиваясь под психологический портрет индивидуума. В моем случае он предоставил мне совершенно новый талант.

— Если ты на самом деле в это веришь, то окончательно спятил.

— Я не сумасшедший! — заорал Мартин.

Слова отозвались эхом. Последовали несколько секунд ужасающей тишины. Затем аура Мартина вспыхнула тошнотворным жаром.

Она поняла, что момент настал. Сейчас он попытается ее убить. Вопрос в том, воспользуется он пистолетом или будет действовать голыми руками. Одно было ясно: он встал в конце пристани, чтобы она никуда не сбежала.

Словно из ниоткуда возник обжигающий мозг взрыв энергии. Он взревел в ней, причиняя сбивающую с толку боль и обещая навечно погрузить в бездну.

«Значит, без пистолета. — Она упала на колени под силой молнии, которая пронзила ее чувства. — И не голыми руками». Небольшой просчет с ее стороны.

Мартин смотрел на нее, опьяненный своей силой.

— Они были правы, — вздохнул он. — Они сказали мне правду о препарате. Поздравляю. Ты станешь первым человеком, который увидит, на что я способен с новым талантом.

— Не трогай меня.

— Я не собираюсь тебя трогать. В этом нет необходимости. Я собираюсь сжечь твои экстрасенсорные чувства. Ты впадешь в кому, а потом умрешь.

— Нет, Мартин, не делай этого. — Теперь ее голос звучал увереннее. Чувства вернулись с новой силой. Она немного оправилась от первоначального травмирующего шока и успешно справлялась с болью, а это значило, что она отбивалась от вторгающихся волн энергии. — Может, еще не слишком поздно. Может, кто-нибудь из экспертов «Общества» сможет тебе помочь.

— Умоляешь меня. Мне это нравится.

— Я не собираюсь просить пощады. Но есть кое-что, что тебе нужно узнать до того, как ты это сделаешь.

— Что?

— Если бы ты тогда не появился, то сейчас я бы владела тем цветочным магазином, целой сетью цветочных магазинов.

— Это всегда было твоим самым большим недостатком, — сказал Мартин. — Твои мечты и амбиции намного меньше моих.

Он поднял температуру производимой им темной психической энергии. Лицо его напряглось от усилий. Она изо всех сил отталкивала темные волны, черпая энергию из своей ауры. Боль ослабла еще немного.

— Сдохни, черт бы тебя побрал! — прошипел он и подошел еще на шаг ближе. — Почему ты не умираешь?

Ее сила возвращалась. Она смогла сосредоточиться на поддержании энергетического щита, в который превратилась ее аура.

Мартин пошатнулся, но, казалось, не заметил, что она с ним борется. Вместо этого он выглядел слегка дезориентированным.

Разозлившись, он взял себя в руки, сделал еще один шаг, встав почти вплотную рядом с ней, и высвободил еще больше энергии через производимые им мрачные вспышки темных молний.

— Ты должна умереть! — крикнул он и протянул руку, чтобы схватить ее за горло.

Она инстинктивно подняла руки в защитном жесте. Он схватил ее за руки. Она стиснула его запястья.

Ее ладони горели. Мир взорвался, посылая одну за другой ударные волны через ее чувства.

Мартин Крокер забился в конвульсиях. Он смотрел на нее глазами человека, глядящего прямо в ад.

— Нет!!! — завопил он.

Потом пошатнулся, потерял равновесие и свалился с пристани в воду. Его аура внезапно погасла.

Она поднялась на ноги. Сердце бешено колотилось. Второй раз в жизни она убила человека. Но на сей раз не простого человека, а очень могущественного, влиятельного мультимиллиардера, который по воле случая оказался вовлеченным в опасное преступное предприятие.

А ее руки продолжали гореть.

Загрузка...