Развод. Из Германии за любовью (СИ)

Глава 10

В голове крутятся слова одной известной песни прошлых лет про одиночество.

— Хорошо, Лана. До встречи.

Скидываю звонок. Хочется выть. Крепко сжимаю телефон в руке. Ещё немного и корпус треснет. Резко вдыхаю и задерживаю дыхание. Выдыхаю через рот. Ничего. Я справлюсь.

Подставляю ко лбу влажную ладонь. Давлю на него. Приглаживаю волосы по бокам. Потом лахмачу их. Смотрю по сторонам.

Прежде чем что-то предпринимать, звоню Лере.

— Привет, Лер. Я вернулась домой. Мне нужно попасть в квартиру.

Я слышу её шумное глубокое дыхание. Оглядываюсь на окна нашей квартиры и замечаю какое-то движение изнутри. И вот, оно исчезает, будто выключатель переключили. Была картинка и нет её.

Что за бред?

— В какую квартиру, Мира? В мою? — задаёт мне вопрос с надменностью в голосе. — Ничего не перепутала? — принимает нападающую позицию.

— Именно в мою, Лер. Квартира моя и мамы. Ты к ней не имеешь никакого отношения. У тебя есть свой родной отец. Все вопросы к нему по поводу жилья, — проговариваю слова холодным тоном, едва сдерживая себя чтобы не сорваться в голосе.

— Вали в свою Германию, сестричка, — истерично кидает Лера. — Ты не нужна нам здесь. Мама мне подарила свою долю и я теперь буду жить в своей квартире. Нравится тебе это или нет.

— Пусть так, Лер. У тебя её доля. Но моя — есть моя. Тебе придётся смириться с этим, — стараюсь держать голос ровным.

— Чего тебе здесь нужно, Мира? Ты же прекрасно жила всё это вовремя. Наверняка, в роскоши купалась. И золотой ложкой ела. И жильё у тебя было получше нашего наверное.

Растираю лоб подушечками пальцев. Опираюсь о ручку чемодана и продолжаю смотреть на окна нашей квартиры. Теперь, получается, моей и квартиры и, квартиры моей сестры.

Знала бы она, как я жила. Каких принципов мне приходилось придерживаться. Как мне приходилось подавлять себя и скрывать себя настоящую. Быть опустошённой, лишённой всего. И своего личного пространства и своей личной жизни.

Вдыхаю полной грудью воздух. Как же хорошо оказаться снова в родном городе. Он, будто поддерживает меня сейчас. И солнце пригревает ласковее и теплее. И птички щебечут по-родному приятно. Даже небо другое, более голубое и тучи, — воздушные, как зефирки.

— Лер. Давай адекватно смотреть на вещи, — предлагаю ей, надеясь, что она не скинет звонок от меня.

— Что ты мне предлагаешь? — голос Леры становится тише.

— Давай встретимся и обсудим дальнейшую судьбу нашей с тобой квартиры, — предлагаю ей и снова замечаю шевеление в окне за светлой шторой.

— Меня нет в городе на данный момент, — с ощутимой ложью произносит она.

— Ты дома, Лер. Я тебя уже два раза видела в окне, — произношу с усмешкой и надеюсь, что она не будет отпираться.

Снова тишина. Мучительная. Напряжённая. Давящая на уши. Только посторонние звуки говорят мне о том, что я не оглохла.

— Хорошо, Мира. Мы поговорим с тобой, — принимает Лера решение. — Только не здесь. Я выйду.

С трудом глотаю пересохшим горлом. Кто бы сомневался. Мама сразу же предупредила Леру о моём приезде.

— Хорошо. Выходи, — выдаю уаеренно.

Обнимаю себя за предплечья. Нарезаю круги по тротуарной дорожке пока жду Леру. Часто смотрю на входную металлическую дверь подъезда. Останавливаюсь, когда из него выходит моя сестра Лера. Смотрю на неё, пока она доходит до меня летящей походкой.

— Привет, — поравнявшись со мной, Лера упирается на одну ногу. Складывает перед собой руки и выпячивает губы.

— Привет, Лер, — смотрю на неё и она отводит глаза в сторону.

— Говори. У тебя немного времени, — пружинит на ноге Лера. Потом опускает свой взгляд вниз и рисует ногой не видимые рисунки на тротуарной дорожке.

— Ты не пустишь меня в квартиру, Лер? Я правильно понимаю? — смотрю на неё в упор стараясь поймать неуловимый рассеянный взгляд на себе.

Она резко поворачивает на меня голову.

— Ты правильно понимаешь, Мира, — крепко сжимает губы.

— Мы разделим квартиру. Нам нужно её продать, — выдаю чётко.

— Ха. Ещё чего, — раздувает ноздри Лера и сдвигает брови над своими небольшими светлыми карими глазами, прикрытыми веером нарощенных ресниц. Она закидывает волосы, чёрного стойкого цвета, за плечи. В парикмахерской явно переборщили, волосы сестры выглядят сухими и запутанными. Лера цепляется длинными нарощенными ногтями за волосы и нервно трясёт рукой, освобождая её от запутавшихся волос. Ветер подхватывает их снова и Лера переходит на другую сторону, принимая дуновения ветра в лицо.

Не могу сдержать улыбку, рассматривая великолепие всего, что могу наблюдать сейчас на ней. Моя сводная сестра явно старается выглядеть лучше. Только мне кажется, что вся эта мишура добавляет её образу комичности. Думаю, так она хочет спрятать свою неуверенность за всем этим. Был бы сделан майкап в меру, выглядело бы совершенно по-другому. Гораздо лучше было бы, если бы она просто подчеркнула свою красоту, воспользовавшись меньшим количеством косметики. Чем старше становится Лера, тем грубее становятся черты её лица.

— У тебя есть другое предложение? — задаю ей вопрос через долгую паузу. Не могла сдержать себя. Не могла отказать себе в удовольствии рассмотреть получше свою повзрослевшую сестру.

— Неужели тебе твой муж ничего не оставил, Мира? — язвит она.

— Нет. У меня только то, что с собой, — указываю кивком на свой чемодан.

— И денег не оставил? — округляет она глаза.

— Не оставил, Лера. Для меня было важно, получить развод и вернуться домой, — произношу уверенно. — Так и будем здесь разговаривать? — оглядываюсь по сторонам. Вижу людей, которые начинают обращать на нас внимание. А ближе стоящие, мне кажется, вообще уже прислушиваются к нашему с Лерой разговору. Просто стоят рядом и беспринципно на нас смотрят.

— Хорошо. Пойдём пройдёмся, — соглашается она со мной нехотя. — Не понимаю, Мира. Зачем ты тогда за него выходила замуж?

— Любила наверное, — медленно иду за Лерой по тротуарной дорожке.

Она оборачивается на меня.

— А теперь что? Разлюбила что ли?