Развод. Из Германии за любовью (СИ)

Глава 37

РУСЛАН

Мира стоит в нескольких шагах от него.

— Приблизь её лицо, — прошу Виталика.

Он приближает, а внутри меня закипает кровь.

Я звоню ей. Наблюдаю за её выражением лица, которое мне кажется не очень радостным.

МИРА

Мелодия телефона доносится из сумочки. Вынимаю его.

Улыбаюсь едва заметно и решаю ответить.

— Мира, привет, — низкий голос Руслана воспринимается мной слишком радостно и я улыбаюсь.

— Привет, Руслан, — произношу мягко.

— Я вижу тебя сейчас, — говорит он и меня обдаёт прохладой от которой я тут же содрогаюсь.

— Ты здесь? — поднимаю глаза на камеру, вмонтированную над центральным видом. — Где ты?

— Я рядом. Очень близко. И сейчас смотрю прямо в твои глаза.

— Кто тебе звонит, Мира? — сдвигает брови Герман, когда я перевожу на него свой довольный взгляд.

— Руслан, — произношу тихо.

— Я у Виталика сейчас. Заехал к нему, — говорит Руслан, а мне всё равно, что он говорит. Лишь бы что-то говорил. Лишь бы слушать и слушать его уверенный низкий голос. — Дождись меня. Я выйду.

— Хорошо, Руслан. Я жду тебя.

И зачем я это ему сказала? Что мне теперь делать? Как поступить? Как избавиться от общества Германа?

Засыпаю себя вопросами. Пока жду Руслана, решаю перевести тему.

— Герман, как пообщался с моей мамой и Лерой?

— Они хорошие люди, — сдвигает брови к переносице Герман. — О Германии меня расспрашивали. О проживании. О ценах. Лера попросила у меня мой номер телефона.

— Поделился с ней? — вскидываю бровь.

— Да. Конечно, — отвечает он мне серьёзно. — Завтра она уделит мне время. Я не могу пользоваться всё время твоей добротой. Одному мне будет очень скучно здесь. Мы завтра пойдём с ней на аттракционы.

Усмехаюсь. Хочу подсказать ему кое-что.

— Герман. Я рада. Может с моей сестрой у тебя получится наладить более тесные отношения.

— Не знаю, — его брови нависают над светлыми карими глазами. Он вдавливает шею в плечи. — Лера не в моём вкусе. Она маленького роста. У неё на лице столько косметики, — округляет он глаза и в его взгляде я замечаю ужас. — И ресницы странные. Не естественные. Будто клок шерсти приклеила.

Не смогу удержаться от смеха. Смеюсь тихо, прикрывая рот кончиками пальцев.

— Сейчас многие девушки прибегают к таким процедурам. Это нормально, Герман, — успокаиваю я его. — И ресницы, и волосы наращивают. И ногти. И вообще, много чего делают.

— А ногти вообще ужас, — округляет он глаза. — Будто четвёртые фаланги на пальцах. Я такое только в фильмах ужасов видел.

Снова усмехаюсь.

— Это нормально, Герман. У каждого свои предпочтения. Каждый имеет право экспериментировать над своей внешностью. Не воспринимай слишком серьёзно. Относись проще.

Он отстранённо смотрит сквозь меня.

— Твоя внешность мне больше нравится. Ты мне больше подходишь, Мира, — добавляет он.

— Герман, — давлю интонацией голоса, чтобы он не продолжал эту тему.

— Да, Мира, — отзывается он.

— У вас тоже такие же девушки. Мода следует за нами по пятам. Передаётся из страны в страну.

— Да? — хмурится Герман. — Только я раньше никогда не общался с такими девушками так близко. Я странно себя ощущаю. Мне не комфортно.

— Относись к людям проще, — даю совет ему. — Принимай их такими какие они есть.

— То есть, я могу завтра не стесняться её? Меня не будут осуждать за то, что я появлюсь с такой девушкой в парке? — смотрит мне в глаза с удивлением.

— Конечно не будут, — опускаю плечи после глубокого вдоха и выдоха.

Вот же странный. Конечно, откуда ему знать, что находится за пределами его сознания. Его мозг всегда воспринимает конкретные вещи. Он сам для себя решил, что должно быть так и никак иначе. Сам разграничил своё пространство. Убрал всё лишнее, оставил скучное. И стал тем, кем сейчас является. Раньше он нравился мне больше. Тогда он тщательно прятал свою сущность. Только в браке я поняла каким является Герман занудой.

РУСЛАН

Я намеренно задерживаюсь у Виталия. Хочу немного понаблюдать за Мирой и за Германом. Хочу понять, как она относится к своему бывшему мужу. И то, что я слышу сейчас, меня вполне устраивает.

— Пока, Виталь, — прощаюсь с другом, пожав его крепкую руку, как всегда.

МИРА

Герман выходит. Смотрит на меня с прищуром, вызывая подозрения, что чем-то он явно доволен.

Сжимаю губы.

Герман вытягивается, будто натянутая струна. Проводит рукой по своим каштановым волосам.

— Добрый день, — здоровается с нами Руслан.

— Здравствуй, Руслан, — хмурится Герман и переводит на меня свой сощуренный взгляд.

— Ты его тоже позвала с нами? — спрашивает меня возмущённо Герман.

— Считай, что я сам напросился, — облизывает губы Руслан. По его взгляду, с едва заметной улыбкой, я вижу, что он явно ощущает превосходство над Германом. Слегка закинута голова. Подбородок приподнят. Повтор жеста Германа. Руслан проводит по своим волосам рукой, запустив в них пальцы и оставив на них след в виде дорожек.

— Ты с нами? — задаю вопрос Руслану.

— Да. Как раз освободился. Какие планы? — обращается к нам обоим.

— Я бы не отказалась зайти в кафе что-нибудь перекусить, — улыбаюсь робко. — А потом, если Герман не передумал, я выберу себе от него подарок. Только пока не решила каким он будет.

Смотрю на бывшего мужа и вижу, как у него челюсть выдвигается вперёд, а лицо бледнеет.

***

В кафе больше молчим и играем в переглядки.

Руслан оплачивает заказ и мы вызываем Герману такси. Провожаем бывшего моего мужа и у меня появляется ощущение, что я груз с плеч сбросила. Причём приличный. Очень тяжёлый.

Я не стала напоминать Герману о подарке. Я побыстрее захотела избавиться от его общества. Я решила промолчать и очень надеялась, что Герман тоже не вспомнит.

Руслан провожает меня до дома. Подвозит на своем автомобиле.

— Какие планы на завтра? — спрашивает меня Руслан, паркуя автомобиль на стоянке возле дома, где я снимаю квартиру.

— Пока никаких. Хочу побыть дома. Там видно будет.

Он провожает меня до подъезда. Рукой касается моей щеки, когда стоим у двери.

— До свидания, Руслан, — выдыхаю, повернув голову в сторону.

— До свидания, Мира, — опускает руку Руслан.

Я открываю дверь, посмотрев на него робко. Ухожу.

В воскресенье мне звонит мама.

— Мира, здравствуй, — её голос необычайно мягкий. — Приди ко мне сегодня, если не занята.