Развод отменяется. Найди меня, папа!

Глава 1.2

Роман

По пути домой захожу в цветочную лавку и совершаю ежедневную покупку. Букет нежно-розовых гортензий. Любимые цветы моей Лейлы.

Продавцы даже оставляют специально для меня одну композицию, зная, что я обязательно зайду за ней вечером. Не было еще ни дня, чтобы я вернулся без цветов.

Перед дверью собираюсь с мыслями и цепляю на лицо приветливую улыбку. Вхожу в дом с маской, которую надеваю уже на протяжении нескольких последних лет.

Разуваюсь и прохожу на кухню. Туда, где Лейла сидит со своими бумагами и сумасшествием, которое поначалу даже пугало, а сейчас… сейчас я уже ничего не чувствую. Лишь пустота мой верный спутник.

Картинка не меняется. Даже на одну незначительную мелочь. Жена в кардигане поверх пижамы по турецки сидит за столом. На голове пучок. В глазах безумие и отчаяние.

— Я дома, — говорю, направившись к ней.

Целую жену в худую щеку и дарю букет, надеясь хоть немного ее порадовать. Она редко улыбается после смерти нашей малышки. И лишь гортензии позволяют ее лицу расцвести.

— Спасибо, — вдыхает аромат цветов и отдает их мне. — Поставь в вазу, пожалуйста! Я сейчас уже закончу и поедим!

— Ага, — киваю и ставлю цветы в вазу, пока она копается в бумагах. — Чем была занята сегодня?

— Я искала нашу дочь, Ром, — оборачивается ко мне, демонстрируя свое худое лицо и синяки под глазами. — И потом я начала готовить обед и… — бодро рассказывает, но застывает. — Ой… я так и не приготовила обед! Рома, прости! Мне нечем тебя накормить!

Но я уже прекрасно понял это по размороженной курице в миске. Она ее достала… и не приготовила. Даже себе.

— Ничего страшного! Я заказал еду из ресторана, — глажу ее по голове и целую в макушку. — Разогреешь?

— Да! Завтра я обязательно что-нибудь приготовлю! — обещает она мне, но если моя жизнь после смерти дочери стала мертвой, то для моей жены она остановилась.

В последний раз она готовила пять лет назад. Когда еще была беременной. Когда наша жизнь еще была…

— Правда замоталась, Ром, — оправдывается, как и каждый день.

Но я не злюсь на нее из-за неприготовленного ужина. Злюсь, что она сама ничего не ела.

Доведет себя!

И так уже один скелет остался!

Моя мама заезжает к нам, пытается помочь с Лейлой. Напоминает ей о еде и порой даже заставляет есть, но мама не всегда может. Моя старшая сестра иногда подменяет, но у нее тоже есть своя жизнь.

Можно было бы пригласить другого человека, нанять сиделку. Но одна как-то нанятая уже слила прессе, что моя жена сумасшедшая и сидит на таблетках.

Больше не нужно!

Моя жена не сумасшедшая! Просто у нее горе!

— Знаешь, я сегодня искала нашу дочь, — рассказывает она мне, поставив еду в микроволновку и присоединившись ко мне в гардеробной. — И я чувствую, что скоро я ее найду!

— Я верю в тебя!

“Наша дочь мертва!” — так и хочу ей крикнуть, но я уже отчаялся. Она не слышит этих слов. Она не хочет в это верить. Она ищет ту, что давно в могиле.

Я тоже поначалу поддавался ей. Искал ребенка. Перерыл все. Но спустя полгода сдался.

Нет ребенка! Мы его похоронили!

Только Лейла не хочет в это верить.

Она сходит с ума!

Она отдалась вся горю и безумию.

Возвращаюсь на кухню, где Лейла принимается накрывать мне стол. Опускаюсь на стул и жду, когда она закончит.

— Ешь тоже! — прошу ее, вручив ей вилку. — Ты совсем исхудала. Меня это пугает, — не скрываю от нее того, что переживаю за нее.

— Не успеваю, Ром! — оправдывается она. — Мы с детективом постоянно ищем малышку! Порой даже воды не успеваю себе налить.

— Ты таблетки пила сегодня? — спрашиваю и накалываю кусок мяса на вилку.

Есть совсем не хочу, но ем, чтобы и она поела. Без меня она не станет.

Изображаю голод, чтобы она следовала моему примеру.

— Я…

— Ясно, — встаю и с полки беру таблетницу. — Пей! — протягиваю ей горсть и стакан воды.

— Пора уже закончить с этими таблетками! Они не помогают! Только хуже спать стала, — жалуется она, но все же принимает антидепрессанты.

Мысли возвращаются к Але и ее словам о беременности.

Что, если мои медикаменты дали сбой? Бывает же такое. И она и правда беременна? Что, если у нее под сердцем мой ребенок сейчас? Тогда я оставлю второго своего ребенка без отца?

А хочу ли я этого ребенка? Особенно после того, что узнал о любовнице.

Да даже если ей он будет не нужен, он будет нужен мне!

Готов ли я ради этого ребенка бросить семью? Бросить Лейлу?

Начав отношения с Алевтиной, я думал об этом. Хотел уйти от несчастной жены. Начать новую жизнь, но не смог. Не было цели…

А ребенок? Он ведь все меняет! Ради этого можно рискнуть!

Черт! Нет, нельзя так!

Я не знаю, чего именно хочу! Как поступить с этим ребенком, если он все же есть.

С одной стороны Лейла, а с другой… возможный ребенок, который не нужен будет Але.

А как я скажу об этом Лейле?

— Лейла, я хочу развестись, — слова вырываются раньше, чем я успеваю сообразить.

— Что? — поднимает на меня свои голубые глаза и… и заставляет вспомнить, что она не виновата в своем безумии. Она не заслужила этого.

Ни развода! Ни горя! Ни того, чтобы остаться одной!

И я до сих пор ее люблю.

Наверное… не знаю.

За столько лет жизнь с ней и в привычку могла перерасти.

— Шучу, — натягиваю улыбку и подмигиваю. — Ты так напряженно ковыряла вилкой в тарелке, что я решил тебя взбодрить!

— Дурацкий метод! — восклицает она и ругается на меня. — Не делай так больше!

— Прости, — дотрагиваюсь до ее руки. Бросаю косой взгляд на ее тарелку. Хоть грудку съела. И то спасибо. Белок ей нужен. — Давай я сделаю тебе чай и уложу спать.

— Но я еще не закончила! — показывает на бумаги на другом конце стола.

— Закончила на сегодня, — настаиваю на своем.