Развод отменяется. Найди меня, папа!

Глава 14.2

Роман

— Зайка, проснись, — ласково и как можно нежнее трясу Лею за руку. Пытаюсь деликатно ее разбудить. С Лейлой это обычно проще. Она от поцелуя и аромата кофе пробуждается, а здесь так не выйдет.

— Еще пять минут! — просит она и никак не двигается. Продолжает спать. Я даже не уверен, что она это не во сне мне сказала.

— Лейла уже приготовила нам завтрак, — глажу ее по ножкам и боку. — Нужно вставать. Поесть. И потом у нас дела.

— Какие дела? — заинтересованно открывает один глаз.

— Мы нашли бассейн в кладовке, — объявляю ей, добавив в голос как можно больше радости. — Установим его с тобой, потом я натаскаю воды. Нужно будет, чтобы кто-то следил за тем, чтобы я больше нужного воды не принес. А Лейле еще обед готовить. Тоже твоя помощь нужна будет.

— И что бы вы без меня делали, — тянется и встает. Лениво и чем-то напоминая мне Лейлу по утрам, идет к своему рюкзаку и берет оттуда зубную щетку и расческу. — Я быстро, пап!

— Мы тебя на кухне будем ждать, — говорю ей и иду к Лейле, которая уже час на кухне возится и все закончить не может. — Блинчики уже готовы?

— Почти, — бросает она, указав на кастрюлю в которой еще немного теста осталось. — Дамир сказал, что там мед есть в погребе. Принеси, пожалуйста, — просит так, словно я могу ей оказать. — Я хотела бы меда. И Лея, вероятнее всего, никогда его не ела. Попробовала бы. К тому же домашний.

— Я быстро, — киваю головой, краду один блинчик и смываюсь в подвал, пока меня публично не казнили за мою кражу.

Банок в погребе оказывается не много, и мед я нахожу довольно быстро. Правда засахарился, но на водянной бане ему быстро можно вернуть привычный вид.

Вернувшись на кухню, сажаю Лейлу отдыхать, а сам дожариваю блины и топлю мед, как меня мама учила в детстве. Она у меня любительница меда, а домашний очень быстро становится твердым.

— А что ты делаешь? Банку варишь? — хмыкает Лея, заглянув в мою кастрюлю с водой. — Оно так не сварится, — хохочет она.

— Это чтобы мед растопить, — смешно кривлюсь на ее высказывание. — Он немного засахарился, а так он станет мягкий и тягучий.

— Мед? — повторяет она. — Я никогда не пробовала мед. А мне можно будет немного?

— Да, мы будем блинчики с медом есть, — хмыкает Лейла, отвечая на ее вопрос. — Я покажу тебе. Это очень вкусно. Но много меда тоже плохо, поэтому сегодня ты только попробуешь, и если у тебя не будет никакой реакции, то завтра больше меда дам.

Продолжаю растапливать мед, пока девочки уплетают блины со сметаной и йогуртом.

Мы изначально приглашали к нашему столу и помощников Дамира, но те отказались, сказав, что им нужно наблюдать. И первую партию блинов Лейла отнесла им в машину.

— А ты правда моя мама? — спрашивает Лея, намазывая уже второй блин медом. Первый с этой сладостью ей зашел на ура.

— Ага.

— Тогда я буду называть тебя мама Лейла, — предупреждает она ее так, между делом, словно в этом нет ничего такого. Но я вижу, как замирает моя жена от этих слов. — Хорошо?

— Хорошо, — любимая с трудом выдавливает из себя одно слово.

— И нарисую тебя сегодня тоже в своем альбоме, — продолжает говорить девочка. — И подпишу, что ты моя мама.

— А хочешь, пока мы здесь застряли, я включу тебе видеоуроки по рисованию? — предлагает Лейла ей.

— А что это? А как это?

— Я тебе покажу! Очень удобно! Научишься рисовать что-нибудь!

— Хорошо, — кивает, разрезая блинчик вилкой на кусочки. — Но вначале у меня дела. Мне нужно следить за водой, пока папа Рома будет ее носить. Чтобы он не принес слишком много, и она не вышла из берегов.

— А мне обед готовить, — тянет Лейла.

— Но ты не переживай, мама! — Лея дарит ей улыбку. — Я тебе с обедом тоже помогу. А потом мы с тобой обязательно посмотрим видеоуроки! Или я могу тебя научить рисовать сама! — обещает ей. — А можно мне сегодня три блинчика с медом, мамочка? Всего три!

— Хорошо…

— А четыре? — хитро прищуривается.

— А от четырех у кого-то попа слипнется, — бросаю я, чмокнув обеих в щеки.