— Уважаемая, я вам еще раз повторяю, ваша бронь отменена! — талдычила, как заведенная, взъерошенная курица передо мной.
Меня никогда не нервировали молоденькие фифы, коих мелькало перед носом просто тьма.
Во — первых, моя дочь была одной из них. Замороченная модными шмотками, с точеной фигуркой из — за нескончаемых диет, и лицом, уже тронутым различными «процедурами» красоты.
Во — вторых, я слишком уверенная в себе женщина, чтобы завидовать чужой быстротечной молодости.
Но пигалица с именем на бэйдже «Мари» практически выбесила меня. И это — лучший ресторан в городе⁈
— Еще раз: я хочу увидеть хозяина! — процедила сквозь зубы, сдерживаясь из последних сил.
Крашеная блондинка заметно напряглась и попятилась назад. Очевидно, даже несмотря на всю свою напыщенность, девица все же поняла, что так просто сдаваться я не намерена. Еще бы. Я никогда и не перед чем не отступала. Тем более, на кону стоял слишком важный вопрос.
— Олег Иванович просил никого к нему не пускать, — как — то жалобно пропищала Мари. И где она успела растерять всю свою наглость и резкость с которыми доказывала мне, что жираф здесь — это я?
— Это еще что за фокусы⁈ Мы с Олегом… Ивановичем давно знаем друг друга! — настаивала я на своем.
Естественно, мой бывший одноклассник Стежкин уже многие годы являлся другом нашей семьи, если так можно выразиться. На самом деле, это было скорее взаимовыгодное партнерство.
Ресторан со скромным названием «Пять звезд» достался Олегу по наследству. Его отец — дядя Ваня, и мой папа — вот кто был друзьями. И ушли мужчины практически одновременно… Тем не менее, все важные мероприятия всегда проводились исключительно в заведении Стежкиных, включая мою свадьбу. Вот и сейчас на кону стояла наша двадцать пятая годовщина с мужем.
— Лека, выходи подлый трус! — заорала я во все горло, не заботясь о приличиях. Повезло всем здесь трудящимся, что приехала я аж за два часа до открытия, иначе остались бы без единого клиента. Потому что я набрала в легкие побольше воздуха, намереваясь вновь обратиться к бывшему однокласснику.
— Исчезни, Кошка, — пробасил за моей спиной Олежка — пельмешка. Хотя, он больше походил на переваренный хинкал: этакое вареное тесто с мясом. — Тебе здесь больше не рады.
Непривычно грубый тон приятеля не сулил ничего хорошего. Поэтому я сразу подобралась и, сделав миленькое личико, невинно залепетала, обернувшись:
— Привет, мой хороший! Извини за этот маленький балаган, душа моя.
— Мила, уходи, — угрюмо пробурчал Стежкин. — По — хорошему, пока предлагаю.
— Да что произошло в конце концов? — все же не выдержала и повысила голос.
Ситуация немало нервировала, и я не понимала логику сих событий.
— Твой муж мне нагадил неслабо, поэтому больше мы с вами не сотрудничаем, — не стал ходить вокруг да около одноклассник. — И да, бронь за субботу отменил именно он. Так что не донимай моих людей и просто проваливай.
Тут я выпала в осадок.